Охотники
Шрифт:
– Тебя привораживать, - сладко пропела охотница в отместку, заставив его захлебнуться возмущенным приступом кашля. Демон пытался что-то добавить, но она его опередила, заставив сильно удивиться и возмутиться, из-за чего он сейчас и страдал, силясь откашляться.
Кира не смогла сдержаться, тихо прыснув от смеха. Конечно, Хайярд думал, что она пытается напугать его еще одним сельским поверьем о том, что, зная имя демона, его можно с помощью волшбы приручить и полностью покорить своей воле, превратив в бессловесного раба, слепо выполняющего все распоряжения и повеления своего господина. Но она знала, что все эти россказни - всего лишь чушь собачья, придуманная, скорее всего, каким-то пьяным магом,
Довольная охотница кусала губы, чтобы сдержать смех, и пропустила момент, когда демон бесшумно и совершенно незаметно подкрался к ней, укладываясь на бок так, чтобы они оказались лицом к лицу. Наклоняя к ней ближе голову, он тихо и искушающе прошептал.
– Поверь, в этом нет никакой необходимости.
Остановился Хайярд только тогда, когда его шею легко кольнуло металлическое острие раскрытого сюрикена, всегда находящийся у нее под рукой.
Тяжело вздохнув, демон обреченно закатил глаза, рассматривая звездное небо, широко раскинувшее над ними свой бархатный купол. С красивого лица исчезло неотразимое, притягательное выражение. Полюбовавшись какое-то время красотами над головой, он устало осведомился нормальным голосом, из которого уже исчезли соблазнительные и дурманящие нотки искушения.
– Нет, ну правда. Ты всегда так реагируешь на шутки?
– Что ты, - искренне возмутилась Кира его предположению, - обычно я шутникам такого рода сама на шею бросаюсь.
– То есть для меня ты сделала редкое исключение?
– Уныло поинтересовался демон, изобразив на лице вселенскую скорбь.
– Можно сказать и так. Не лежи на траве, я с тобой грязным дальше не пойду...
Демона словно ветром сдуло. Спустя мгновение он оказался на прежнем месте, сидя у костра. Недовольно поглядывая на нее, он неохотно отряхнул брюки и жилет от налипших мелких травинок, обиженно бормоча себе под нос что-то про слишком привередливых человеческих женщин. Ведь раньше им достаточно было мускулистого тела и красивого лица, чтобы броситься к нему в объятия, а теперь и чистым необходимо быть и рацион менять, потому как пить кровь мышей не красиво. И, судя по всему, весьма негигиенично...
Кира слушала вполуха его сетования, размышляя над тем, насколько этот демон отличался от ее воспоминаний. Он никак не соответствовал тем стандартам, которыми она привыкла мерить их вид. Хайярд настолько естественно и непринужденно переходил от своего истинного облика грозного, могущественного и опасного демона к веселому, непринужденному и обаятельному, что становилось понятно, что он не притворяется, чтобы запутать ее и сбить с толку. Просто для него это было обычное поведение.
Глава 8. Каждая придуманная ложь рождает недоверие.
– Кира? Какими судьбами?
Удивленный голос, со сменившимися искренней радостью нотками изумления, прозвучал прямо за спиной, заставив охотницу лениво обернуться. Увидев остановившегося немного в стороне худющего, высоченного охотника, возвышающегося над толпой на добрых три головы, она заулыбалась, едва не подавившись. Вытащив изо рта сладкий разноцветный леденец на палочке, она приветливо кивнула.
– Да вот, попутным ветром занесло, - весело и звонко ответила охотница.
Мужчина
– И откуда этот ветер дует?
– Из Краснева, - охотница скосила взгляд на конфету, аппетитно поблескивающую яркими красками, пожала плечами и засунула ее в рот, вызвав смех у мужчины, дошедшего до нее и остановившегося рядом, опираясь рукой на толстую перекладину, удерживающую полосатый тент над лотками со всевозможными сладостями.
Решив, что Лирр никуда не торопится, раз ошивается в разгар дня на торговой площади, Кира вернулась к прерванному занятию и стала выбирать лакомства, щедро разложенные цветными, яркими горками по, на удивление, чистым салфеткам и подносам. Побродив с утра по торжищу, чтобы послушать многочисленные разговоры и слухи, быстро расползающиеся от одного торговца к другому, она не смогла пройти мимо прилавка со сладостями, когда заметила, что все очень аккуратно и чисто.
Охотник, приподняв брови, молча наблюдал за тем, как в ее рюкзаке исчезает приличная горка всевозможных лакомств, покачал головой и не сдержался.
– Ничего не слипнется?
Кира недовольно покосилась на шутника, но поленилась снова доставать конфету и что-то отвечать, только состроила скептическую мордашку, явно говорящую о том, что ответ отрицателен.
– Ишь, ты, выискался здесь.
– Неожиданно вступился за охотницу дородный торговец, снимая специально подготовленные перчатки. Краснея от возмущения, он выдал.
– Вон сам, как жердь ходишь, и ходи. Нечего тут головы всем остальным забивать блажью всякой!
Кира едва не подавилась, с трудом сдержав приступ смеха, когда поняла, что вывело мужчину довольно простоватой и добродушной наружности из себя, лишив душевного покоя. Он решил, что охотник придерживается нового, очень популярного в городах принципа в еде, ограничивающего употребление сладостей. Его придумали придворные лекари, пытаясь заставить королеву и ее фрейлин отказаться от сладкого, чем каждая из них сильно злоупотребляла, а потом жаловалась на многочисленные проблемы со здоровьем, будь то зубная боль или лишний вес, мешающий втиснуться в любимое платье.
– Да я не о том, - досадливо поморщился Лирр, отчего его старый шрам дернулся, заставив торговца слегка побледнеть, видимо, тоже понимая, о чем идет речь.
– Не волнуйся, - утешила его Кира, ободряюще похлопав по руке, потому что выше достать не смогла бы даже в прыжке, - не слипнется. Лучше скажи мне, ты здесь как оказался?
– Не скажу, что ветром занесло.
– Блеснул в широкой улыбке белоснежными зубами охотник, лениво потянулся, проверяя заодно плечо, и добавил.
– Скорее уж слухи привели. Говорят, здесь кобальты завелись за городом. Вот, проверяю, что да как.