Охотники
Шрифт:
– Давай я потом скажу тебе об этом, - с тяжелым вздохом предложила она, не отрываясь от обнявшего ее за плечи мужчины, согреваясь его теплом. Кира уткнулась носом в его шею, вдыхая знакомый и успокаивающий запах чистой, теплой кожи и горьковатого аромата чабреца. Сколько она его знала, от охотника всегда пахло именно этой травой. На все ее многочисленные настойчивые вопросы Рин реагировал смехом, и неизменно говорил, что ей просто кажется. Мысли плавно потекли в другом направлении, и напряжение стало медленно отступать. Кира чувствовала, как предательски задрожали руки, выдавая ее секундную слабость. Словно этого было мало, с каждым мгновением кровь
Рин не стал спорить. Он просто молчал, успокаивающе и ободряюще поглаживая ее раскрытой ладонью по спине, задумчиво глядя в сторону каким-то отстраненным и решительным взглядом, словно обдумывал что-то малоприятное, но требующее немедленных действий.
– Вызовем стражников сразу?
– Кира неохотно подняла голову, нарушая гармонию, царящую вокруг. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь ветви раскидистого дерева, растущего как раз у входа, пускали вокруг веселых зайчиков. Со стороны доносилось звонкое пение птиц и ласковый напев воды. Она зажмурилась от удовольствия, потянулась и толкнула ушедшего в себя мужчину руками в грудь, привлекая его внимание.
Рин вздрогнул от неожиданности, переводя на нее взгляд, из которого очень быстро исчезало выражение крайней и холодной решимости, не понравившееся ей.
– Надо поговорить с девушкой, прислуживающей припадочной хозяйке этого дома.
Охотник с легкостью поднялся на ноги вместе с ней, заставив Киру вцепиться ему в шею и обхватить ногами за пояс, возмущенно запыхтев. Падать с такой высоты будет больно...
– Ты тоже заметил ее странную реакцию, когда женщина превозносила своего покойного мужа?
Мужчина вынырнул из-под низко склонившихся ветвей, оплетенных пышным, разросшимся плющом, прошел какое-то расстояние и остановился, насмешливо глядя на удобно утроившуюся охотницу, не собирающуюся спускаться на землю.
– Что?
– Кира ответила ему невинным взглядом, кокетливо похлопала длинными, подкрашенными черной краской ресницами, и лукаво улыбнулась.
– Когда еще меня вот так на руках поносят?
– А что, твой загадочный поклонник не осиливает это почетное занятие?
– Рин даже не прилагал никаких усилий к тому, чтобы скрыть хитрую усмешку. Его глаза загорелись серебристыми огоньками, лихо отплясывающими в глубине. Хотя у его, казалось бы, насмешливых слов было горьковатое послевкусие.
– Эй!
– Возмутилась она, решив на всякий случай обидеться.
– Это намек на его некомпетентность или на мой вес?
– Это камень в его огород. Ты как была мелкой, так такой и осталась.
– Я - строоооойная!
– Привычно огрызнулась Кира противным и наставительным тоном.
– У нас в деревне вот такие стройные, чтобы найти себе хорошего мужа, под одежду валики подкладывали в нужные места, - голос охотника дрогнул от смеха, но внешне он был серьезен.
Охотница скептически бросила на него сомневающийся взгляд и взглянула вниз, на то самое стратегически важное место. Довольно улыбнувшись, она пожала плечами. К счастью, такая страшная участь, как разоблачившаяся жена, против ожиданий оказавшаяся совсем не такой, как на свадебном торжестве, ее возможного и предполагаемого
– Мне беспокоиться не о чем! У меня прекрасная фигура...
– М-да, скромность явно не входит в число твоих добродетелей, - хмыкнул Рин.
– Кто бы говорил, - не сдержалась она, - ты вообще в очереди за наглостью стоял, когда скромность раздавали. Тебе ее даже не хватило!
– А зачем она мне?
– Справедливо удивился охотник. Он покачал головой и добавил.
– Если бы совесть у меня была, моя семья давно бы от голода умерла. Я с пяти лет хлеб и мясо на рынке у торговцев воровал, а потом врал, что заработал. А сладости от матери прятал, потому что она всегда расстраивалась из-за этого, а мне хотелось сестренок побаловать.
Улыбка быстро исчезла с ее губ, едва он договорил. Кира понимала, что охотник просто отвлекал ее безобидным поддразниванием, хотя и заметила, что у него появилась новая навязчивая идея - ее возлюбленный, которого он сам же и придумал, сделав какие-то свои, совершенно не правильные выводы. Хотя она и до этого при любом удобном случае снимала облегающий кожаный костюм, переодеваясь в более привычную и удобную для нее одежду. Охотница сотни раз бывала у него дома в нормальных женских нарядах, но у мужчины ни разу даже мысли не возникло, что она старается ради него, пытаясь произвести впечатление своим внешним видом.
А вот к такому откровению со стороны обычно скрытного охотника Кира не была готова. У нее сердце кровью обливалось каждый раз, когда она просто представляла его маленьким, заморенным, настрадавшимся на жизнь вперед ребенком, слишком рано распрощавшимся со своим детством. Рин с рождения обладал чрезвычайно сильно развитым чувством ответственности, требующим от него немедленных действий. Она знала, правда не от него, а от его домоправительницы, что за свою юность он сменил десятки профессий, нанимаясь на самую тяжелую и опасную работу, ведь за нее всегда больше платили, что позволяло ему немного облегчить жизнь своей матери. А когда в его крови проснулся дар, он, не задумываясь, стал брать задания из вторых рук, то есть те, с которыми никто не справился, не считаясь с риском. Хотя Кира знала, что он - самоучка, как и большинство охотников в городе. В отличии от нее, ему никто ничего не объяснял и не помогал, не только наставляя советом, но и обучая технике боя и владению оружием...
– Нужно присмотреться к той мегере, которая водила нас по дому, - без предупреждения меняя тему, произнес Рин, спокойно спускаясь по каменным ступеням сада, куда они вышли, - как только ты оказалась внизу, она забормотала, что ей нужно обо всем рассказать хозяйке и умчалась.
– Кто-то точно замешан во всех этих убийствах. Убийце удалось ускользнуть незамеченным, потому что ей помогли. Едва она спустилась в потайной ход, как крышку люка за ней закрыли.
– Она?
– Засомневался Рин, видимо, вспомнив о том, что все убитые были мужчинами.
– Я нашла множество следов, в том числе и совсем свежих, все они оставлены дорогой и модной обувью на высоком каблуке.
– Как та, что красовалась на хозяйке дома?
Кира вспомнила изящные атласные туфельки на ножках женщины, и согласно кивнула.
– Да, похожи... Но сомневаюсь, что она смогла бы на них пройтись по той дороге с такой легкостью и уверенностью, как это удалось сделать преступнице.
– Безутешная вдова - человек, - Рин задумчиво покусал нижнюю губу, на ходу потерев по старой привычке переносицу, без труда удерживая охотницу одной рукой.