Охотник за страхами
Шрифт:
Я сидел на крыше пятиэтажки и смотрел вниз, на город. Грязный и жестокий мир, где гений с тремя высшими образованиями может прозябать на должности охранника, а человек без образования грести миллионы. И в тоже время этот мир для меня родной. Иногда, когда я заставляю свою депрессию немного отойти, и тогда приходит тоска, тоска по тем временам, когда все было просто и понятно, когда в моей жизни не было ни магии, ни нежити, ни Алерии… ни Инвил. Я тоскую по тем временам, и в тоже время понимаю, что без нее моя жизнь была пуста. Странное ощущение, неоднозначное.
Я убрал жемчужину, содержащую сознание Лилиан, в дальнюю тайную комнату катакомб своей Алерийской крепости, наполнил ее добрым десятком мертвяков, которым обеспечил в случае надобности подпитку ото
Глава 5
Нимарсис вздохнул и поудобнее расположился в кресле.
— И опять ты мне молодых девушек на экспертизу приносишь — произнес ректор Алерийской Академии.
— Жизнь такая, что делать. Так Вы осмотрели ее? — Я пропустил остроту мимо ушей. И ведь прекрасно знает, как мне приходится…
— Да. Когда она сошла с ума? ее разум открылся и я прочитал ее полностью.
— И…
— Не знаю? кто их там готовил, какой садист, но этот человек цинично изучал то, как человеческие чувства влияют на отпечаток и какие характеристики ему нужны. Она талантлива, у нее есть Дар, но только его загубили? превратив в непробиваемый щит от любых ментальных воздействий. Во время обучения им давали отвары трав, судя по всему наркотических. Одну из них я сразу узнал, равно, как и ее действие, так как она растет и в Алерии. Мы зовем ее «трава страсти». Иногда, ее подсыпают девушки в пищу слишком ушедшим в науку личностям, чтобы те обратили хоть толику своего внимания на них. Эффект этим не ограничивается, немного обостряется восприятие, эмоции становятся сильнее. Благодаря этим отварам во время обучения у наставников была уверенность, что между каждой парой, которых готовили будет… Что-то. Потом это чувство перед финальным поединком приглушали другим отваром, чтобы они не завалили экзамен, а потом давали двойную дозу первого растения. Забавно, что даже партнеров подбирали в пару им больных: у кого спина сорвана, у кого сердце плохое. Они никакие бойцы, несмотря на тренировки, и убить их на последнем поединке здоровым и тренированным бойцам ничего не стоит.
— И результат…
— Очень нестабилен. Эмоции настолько сильны, что сохраняются в отпечатке и потихоньку сводят с ума. Сам отпечаток тоже не стабилен, как я бы сказал. Хотя сейчас от него вообще мало что осталось, так что долго она не проживет, в любом случае. Можно лишить ее памяти… практически всей, и тогда, если постараться, она сможет начать новую жизнь, но магом ей уже не быть никогда. Более того, в мире, где есть первородная энергия, воспоминания рано или поздно вернутся, и тогда она скорее всего опять сойдет с ума… В любом случае, я не думаю, что ее навыки стоит использовать — она слишком многое пережила, и терзать ее и без того измученный отпечаток не стоит.
— Спасибо, ректор Нимарсис. Раз так, вы можете ей стереть память?
— Да, но приступлю не ранее, чем послезавтра. Сейчас я слишком вымотался. И это займет некоторое время — неделю, может две, а может, и больше. После этого рекомендую увести ее из этого мира туда, где нет в воздухе такого количества рассеянной первородной энергии, так как это чревато тем, что воспоминания могут вернуться.
— Конечно, это терпит.
Отлично. Одной головной болью больше — теперь надо найти еще, куда пристроить эту безымянную, теперь еще и беспамятную, причем, скорее всего, в моем родном мире — там ей точно
С ребятами из Альянса мне связываться по такому поводу пока не хотелось, так как я не слишком доверял этой конторе. Конечно, Джим едва ли может быть предателем, но у меня были подозрения.
И породило их не столько сказанное Лжеинвил, сколько другие факты, которые всплыли за последние недели. Демоны знали что-то из моего прошлого, что мог знать только я, более того, имели представление о том, что я испытываю. То, на чем основывалась их программа подготовки воительниц, было слишком похоже на желание воссоздать меня.
Джим и еще десяток людей Альянса недавно наведались в тот мир, на который указал мне первый устраненный мною демон, и там нашлись весьма и весьма странные бумаги и заметки. Целью всего эксперимента было воссоздать мои приступы. Среди полного описания программы подготовки нашлось то, что я изъял и предпочел не давать на изучение специалистам Альянса. Эта, например, заметка нашлась в кабинете, в котором работал убитый мною демон. Черновик письма, скомканный и оставленный на столе.
«Мы практически полностью воссоздали его душевное состояние, но так и не смогли добиться стабильности. Мужчины сходят с ума уже через неделю, женщины держатся дольше. Должно быть, мы упускаем какую-то деталь, а может быть, даже несколько. Ни один из подопытных, как местный, так и вырванный из иного мира человек, не проявил ни одного из требуемых качеств. Быть может, все напрасно, и это лишь Дар его одного, но мы не бросаем надежды.»
Может, я льстил себе, и это не меня пытались воссоздать? Или это паранойя? А может быть и нет, и если так, то эта Джанна, которой это письмо адресовалось и которая всю эту кашу заварила, имеет доступ к моим воспоминаниям, знает то, что я чувствую. Но как?
Мои воспоминания после Алерийских событий читали только Илона и ее дальняя родственница. Мари мы отметаем, так как, судя по дате письма, пересчитанной с учетом разных скоростей хода времени в разных мирах, демоны знали все это до того, как всю мою память прочитала Мари.
Я вздохнул, распрощался с ректором Академии и по пути решил заглянуть на родную кафедру. Не так давно, наткнувшись на магический талант у одного своего старого друга в Москве, так и остававшийся в зачатке в связи с особенностью родного мира, я его перенес сюда и теперь он осваивает искусство некромантии вот уже скоро полгода. Хотя учится он на «боевика», но некромантию решил изучить факультативом, наслушавшись россказней о моих похождениях.
Виталий отличался не только своим уверенным атеизмом, но еще и патриотизмом. Сейчас, когда я подошел к кафедре, я увидел весьма странную картину, вызвавшую у меня улыбку. Это был футбольный матч, вот только играли в футбол мертвяки, управляемые некромантами. Посмотреть даже набежал народ с других кафедр, у кого были крепкие нервы и желудки. Роль судьи отводилась самому Чарфе, который, судя по всему, и одобрил предложение Виталия демонстрировать свои способности в таком виде. Оценив «свежесть» материала, которая доставляла дикое количество проблем в управлении, я понял что кто-то из преподавателей решил «наказать» за инициативу.
— Добрый день, профессор Алькор — сдержанно поздоровался Чарфе.
— Дайте догадаюсь…
— Виталий рассказал об этой игре моим ученикам, но сам знаешь, как они «любят» бегать. В результате получилось это…
— «Свеженький» у Вас тут материал…
— Чтобы жизнь им медом не казалась. Сначала Ассерус вообще хотел им «отработку» выдать.
«Отработкой» некроманты называли мертвяков, чьи остатки отпечатка хоть и позволяли «зацепиться», но в виду изношенности чуть ли не каждое движение некроманту приходилось делать за нежить, что не позволяло управлять более чем одним трупом одновременно, который хорошо если мог ползать. По сравнению с этим неудобством, такой мелочью, как бешеное потребление им первородной энергии, можно было пренебречь.