Охотничьи тропы
Шрифт:
– Нет! – полным гнева и ужаса голосом взревел полевик.
Существо топало ногами, пытаясь заставить чародея прекратить, призывало ветры, пытаясь остановить пламя, но всё было тщетно.
– Прекрати! Получишь своё, я все сделаю!
Следопыт бросил на полевика пристальный взгляд. Мольба выглядела искренней.
Димитр произнёс пару новых заклинаний. Огонь успокоился, с неба хлынул дождь, ликвидируя остатки начавшегося пожара. Манипуляции с погодой отняли немало сил. Защитный купол развеялся. Охотник сжал кулаки, попытавшись
– Спасибо, – недовольно протянуло существо, подходя ближе. – Только тут такое дело, я не могу выполнить твою просьбу. Я на самом деле не главный. Меня просто попросили присмотреть за всем.
– Что? – гаркнул окончательно сбитый с толку Димитр. – Кто попросил?
– Настоящий главный – Фиас.
– Эта цепочка становится уже неприлично длинной. Ты точно не врёшь?
– Какой мне прок? Ты вернёшься и спалишь поле. Такого я допустить никак не могу.
– Хорошо, поверю тебе на слово. Где найти Фиаса?
– Значит так, надо отправиться в лес в ту сторону, – начал объяснять полевик, указывая направление. – Надёжнее всего вечером, лучше поздним. Пойдёшь прямо туда, километра два. Вскоре почувствуешь магический барьер. Чтобы его пройти, нужны особые магические слова. Я тебе на ухо шепну, чтоб точно никто не услышал.
Димитр кивнул, разрешая существу приблизиться, на всякий случай приготовившись отбивать внезапную атаку. Однако полевик действительно лишь шепнул нужные слова и сразу отошёл.
– Произнесёшь их и пройдёшь дальше. Там уже всё ясно будет.
– Хорошо. Даю тебе два дня, чтобы закончить здесь все дела, а затем ищи себе новое место жительства.
– Понял, – угрюмо согласился полевик и побрёл своей дорогой.
Остаток дня Димитр провёл в кровати, восстанавливая силы после непривычных погодных чар. В академии Вервибалий охотники на монстров проходили их в комплексе боевой магии, не сильно углубляясь в суть. Наставники делали ставку на иные умения и науки.
Пробудившись в десять вечера, следопыт глянул на часы и спешно отправился в лес. Погода на сей раз оказалась более благосклонной. Ветра почти не было, ничто не норовило забраться под плащ, щипая кожу холодом. Перешедшая в фазу убывания луна ярко светила на безоблачном небе, хотя в чаще леса света всё равно недоставало. К счастью, Димитру было не привыкать рыскать в потёмках.
Оговоренные полевиком два километра оказались несколько приуменьшены и на деле вылились в три с половиной. Негодуя себе под нос, охотник добрался до магического барьера.
Преграда была невидимой, однако создавала устойчивое ощущение. Вытянув руку, Димитр не почувствовал никаких препятствий. Похоже, барьер не преграждал путь, а скрывал от посторонних рождённое лесом карманное измерение. Ухмыльнувшись, чародей собрался с мыслями и произнёс нужные слова.
Преграда проявилась. Стена из тусклой золотистой энергии недвижимо стояла, испуская
«Кто-то основательно постарался, чтобы его убежище не нашли», – пронеслось в голове Димитра.
Стоило охотнику пройти в брешь, она мгновенно закрылась у него за спиной. Двинувшись вперёд, Димитр вскоре заметил впереди свет. Отсюда казалось, что он исходил от нескольких факелов или вроде того.
Продвинувшись вглубь, следопыт убедился в верности своего предположения. Свет рождался двумя десятками факелов, окружающих небольшую поляну. Приблизившись, Димитр начал различать звонкий девичий смех.
Преодолев образуемую факелами границу, чародей вышел на поляну. В центре располагалось массивное ложе, созданное из могучих корней деревьев и покрытое мхом. На нём вальяжно развалился сатир вместе с тремя лесными девами. Виляя хвостом и изредка подёргивая увенчанными копытами мохнатыми ногами, козерог игриво болтал с подружками, вызывая у них приступы кокетливого смеха.
Внезапно сатир привстал, не иначе услышав шаги незваного гостя.
– Раз барьер прошёл, значит, по делу пришёл, – нараспев молвил сатир, облокачиваясь на спинку ложа. – Чего желаешь?
Охотник подошёл ближе, надеясь получше рассмотреть собеседника. Тому же визитёр напротив был совершенно не интересен. Козерог блаженно водил глазами по лесу и звёздному небу, не забывая ласкать руками округлости своих дев. Те одарили Димитра короткими взглядами и вновь улеглись в ложе, продолжив покрывать тело сатира поцелуями.
– Я побеседовал с местными и выяснил, что ты покровительствуешь этим землям. Смею заметить, на них в последнее время происходит сплошной бардак, – учтиво завязал разговор чародей.
В древних книгах говорилось, что сатиры являлись полностью устойчивыми к магии, но в целом не враждебными существами. Посему, самым надёжным способом получить от них желаемое были дипломатия, учтивость и толика хитрости. Димитр, хоть раньше и не встречал подобных созданий, много читал о них. Оперативно выуженные из памяти сведения советовали выбрать девизом в этом деле «осторожность».
– Бардак? Кому бардак, кому порядок. Всё едино. Земля плодоносит, с них должно быть довольно, – вновь нараспев ответил козерог, почёсывая один из рогов.
– С них?
– Тебя не они послали? Что же ты тогда здесь делаешь? – обеспокоенно уставившись на чародея, воскликнул сатир.
– Разумеется, они, – мгновенно придав лицу обыденное выражение, молвил Димитр. – Просто я не думаю, что такой бардак их устроит.
– Всем-то недовольны! Лишь бы славней и раздольней! Я свою часть уговора выполняю. Если кто-то из тех, кому я доверил часть обязанностей, немного схалтурил, невелика беда. Теперь ступай, передай им, что всё идёт как надо! – отрезал сатир и вновь улёгся на ложе.