Охота

Лав Бейби

– Дорогая, это совсем не то, о чём вы сейчас подумали! – даже не отрываясь от своего паскудного блуда прямо в спущенных до колен панталонах, продолжал мой супруг покрывать грязную девку.

Я, гордо задрав голову, вышла из библиотеки, и постаралась ни о чём не думать. Поскольку граф продолжал повторять, что я думаю о чём-то не том и совсем не так. Ну что же. Я дала ему эту великолепную возможность. Тем более на тот раз я смогла вполне держать себя в руках и не проронила более ни слезинки.

2

Меня выдали замуж очень рано: я была весьма завидной партией, нарасхват, к тому

же юной и неопытной, и ко мне выстраивались в ряд все желающие просить моей руки и сердца. Поэтому выбор моих дражайших родителей пал на Сергея Бестужева – одного из богатейших наследников, денди, франта и любимца двора и светских салонов.

Ах, если бы только все эти качества дополнялись добродетелью! Но увы, пребывание при дворе с юных лет развратило его, и с младых ногтей вкусив запретных и сладких забав с фрейлинами при дворе, мой муж уже не мог остановиться и продолжал свои развратные и дикие игрища. Как часто все пороки общества идут рука об руку со знатностью и богатством!

И очарованная красивым и обходительным Сергеем Бестужевым, которого я видела в салонах и на балах, я была шокирована и сконфужена тёмной порочной стороной в нашей спальне, которая проявила себя в полной мере в нашу же первую брачную ночь…

Нисколько не заботясь о том, что я никогда не имела подобного опыта, мой муж грубо и жестоко овладел мною на супружеском ложе, не задумываясь о моих нежных чувствах и невероятной боли, которую я испытала в свою первую брачную ночь. Привыкнув к безудержным оргиям, мой Серж даже помыслить не мог, что для юной девушки всё это может обернуться сущим адом и не приносить того низменного наслаждения, которое, по всей видимости, испытывал он.

Внушив мне, что теперь я его законная супруга и отныне должна исполнять любые прихоти своего мужа, Бестужев заставлял меня заниматься самыми омерзительными вещами, которые не могли бы понравиться и уж тем более доставить удовольствие ни одной благовоспитанной девице из знатной семьи.

Он брал меня, как дворовую девку или как продажную кокотку, используя все отверстия в моём юном неподготовленном для таких экзерсисов теле, чем совершенно сломил мой дух и привил отвращение к исполнению в дальнейшим каких бы то ни было супружеских обязанностей.

Поэтому, конечно же, после нашей первой брачной ночи я всячески старалась избегать её повторения, сказываясь регулярно больной, на что мой супруг неизменно отвечал:

– Ах, мне досталась самая болезненная жена в государстве! Если бы я знал, сударыня, что у вас такое слабое здоровье, то я бы очень задумался, прежде чем брать вас в жёны, – на что я ему с неизменной холодностью отвечала:

– Ах, сударь, если бы я знала, насколько у вас неуёмный темперамент, больше подходящий для какого-нибудь деревенского мужлана или свинаря, то я бы сама просила своих дорогих родителей избавить меня от брака с вами!

Так мы и жили, осыпаю друг друга взаимными упрёками и обливая ушатами ледяного презрения.

По счастью, после рождения наследника и после того, как я потеряла второго ребёнка, ещё не родив его, мой ненасытный грубый муж поубавил свой пыл в мою сторону и утратил ко мне свой прежний интерес, словно я выполнила своё основное предназначение. И теперь стук в мою спальню, который я ждала с замиранием сердца по ночам, раздавался

куда как реже.

Не могу сказать, чтобы меня не устраивало это положение вещей: мой гадкий супруг как можно реже обращался ко мне за удовлетворением своих низменных потребностей, но в ответ мне приходилось закрывать глаза на его бесконечные измены, которые я со временем и за измены перестала принимать.

Сменялись Глашки, Парашки, пышные кормилицы и гувернантки, до меня регулярно доходили слухи и сплетни дворни об омерзительных оргиях, которые граф Бестужев устраивал в купальнях и банях, а я углубилась в чтение, ведение хозяйства и воспитание своего сына Никиты. И полагала, что вся моя жизнь так и пройдёт: вдали от бурь и потрясений, пока мой неверный супруг насыщает на стороне свой неуёмный аппетит.

От двора и его соблазнов я была крайне далека, привыкнув вести простую деревенскую жизнь в нашей обширной усадьбе, которая требовала постоянного пристального внимания с моей стороны: во мне открылся дар прекрасного управляющего, и я выписывала из столиц и из-за границ разнообразных редких специалистов. И теперь архитекторы, агрономы и ботаники окружали меня, без устали исполняя мои распоряжения и работая над моими идеями. И совсем скоро усадьбы графа Бестужева превратилась в цветущий оазис.

Даже зимой в наших оранжереях зрели ананасы и бананы, а мой маленький Никита игрался в саду с золотыми рыбками, плескавшимися в тёплом пруду с лотосами и лилиями. Наши специально выписанные из Швейцарии коровы круглый год давали необыкновенно вкусное молоко, из которого мы начали делать знаменитые пикантные сыры Бестужевых, и теперь у меня их регулярно заказывали к самому царскому столу!

Так вышло, что пока мой беспутный граф Бестужев совершенно по-скотски развлекался со всеми девками, которых только мог покрыть, я с головой ушла в хозяйство, добившись необыкновенных высот в этом деле, и сама этого не желая, заработала определённую репутацию деловой женщины и невольно привлекла к себе внимание всего королевства и знати.

И если раньше мы жили совершенными затворниками в своей глуши, то теперь весть о моём необыкновенном хозяйстве облетела всю империю, и к нам посыпались, как плоды из рога изобилия, бесконечные визитёры и гости, которые мечтали заключить с нами выгодные сделки и выведать секреты ведения хозяйства, которыми я со всеми охотно делилась. Потому что не было никакого секрета: вся моя жизненная энергия и нежность, которые должны были быть направлены по праву на моего супруга, текли по другому руслу, приумножая моё богатство.

3

Не могу сказать, что я не уставала от бесконечных гостей. Но, с другой стороны, всё, что шло на пользу моему делу, я принимала с великой радостью. И с тщательностью рачительной хозяйки давала званые обеды, чтобы ещё больше поразить деловых людей своими возможностями и размахом.

Я получила в браке беспутного развращённого мужа, но и преумножила наше состояние в несколько раз, по праву надеясь, что моему сыну Никите достанется солидное наследство.

Я совершенно перестала думать о себе как о женщине, предпочитая в своей повседневной одежде сдержанные тёмные цвета и более чем скромные фасоны, полагая, что обольщать мне совершенно некого, а громкую славу я сникала благодаря своей деловой хватке, а отнюдь не женским прелестям.