Охота за невестой

– Пожалуйста, мисс Пру. – Миссис Бидл взяла пачку писем с кухонной полки. – Сегодня всего несколько. Но это, по-моему, посерьезнее остальных.

Она выбрала из пачки длинный пухлый конверт из веленевой бумаги и уставилась на печатные строчки на нем.

Пруденс пила мелкими глотками чай и не сделала ни малейшей попытки поторопить хозяйку. Миссис Бидл жила по своим законам, подчинялась собственному ритму жизни и делала все по-своему, не в пример ее брату Дженкинсу, совмещавшему обязанности дворецкого, друга, помощника и соучастника

всех проказ сестер Дункан, которые они совершали в доме на Манчестер-сквер.

– Есть новости от мисс Кон? – спросила миссис Бидл, положила конверты на хорошо вымытый и отчищенный сосновый стол и потянулась за чайником.

– Вчера от них пришла телеграмма из Египта. – Пруденс пододвинула пустую чашку миссис Бидл, чтобы та снова ее наполнила.

– По пути они побывали в Риме и Париже. В общем, путешествие удалось на славу.

В голосе ее звучала грусть. Шесть недель медового месяца сестры показались вечностью Пруденс и младшей из трех – Честити, остававшихся в Лондоне. Теперь, когда сестры были вдвоем, с весьма скудными средствами, вести хозяйство, скрывая от своевольного отца бедственное положение семьи, оказалось гораздо труднее, чем они себе представляли.

Пруденс и Честити уже готовы были заставить отца посмотреть в лицо реальности – ведь это он довел семью до такого состояния своими капиталовложениями, которые он сделал после смерти их матери и которые принесли одни лишь убытки. Но они свято чтили память матери, а леди Дункан любой ценой была готова защищать покой своего мужа. Дочери следовали ее примеру.

К тому же необходимость выпускать каждые две недели газету «Леди Мейфэра» без редакторской правки Констанс, а также вести дела их брачного агентства довела Честити и Пруденс до полного изнеможения. Они едва добирались до постели и проваливались в сон без сновидений.

Прозвенел звонок, возвещавший о том, что в лавку миссис Бидл пришел посетитель, и та поспешила за прилавок, разглаживая по дороге свой белоснежный передник. Пруденс отпила чаю и взяла еще один имбирный пряник. В кухне, помещавшейся позади магазина, было тепло и мирно.

До нее доносилась веселая болтовня миссис Бидл, время от времени перемежавшаяся пронзительным и резким голосом собеседницы, жаловавшейся на качество отбивных из ягнятины, приобретенных у мясника.

Пруденс вытянула ноги поближе к плите и вздохнула, полная благодарности за краткую передышку от повседневных забот, и принялась рассеянно перебирать конверты, адресованные «Леди Мейфэра», приходившие до востребования на адрес миссис Бидл – угловая лавка в Кенсингтоне. Издательницы «Леди Мейфэра» любой ценой старались сохранить свою анонимность.

Толстый конверт из веленевой бумаги выглядел официально. В верхнем левом углу было напечатано: «Фальстаф, Харли и Гринуолд». Пруденс задрожала от недоброго предчувствия. Похоже, письмо от адвокатской фирмы. Она потянулась за ножом для масла и уже было вознамерилась вскрыть конверт, но передумала. По молчаливому согласию сестры вскрывали деловые письма только вместе.

Пруденс бросила пачку писем в свою большую сумку и допила чай. Миссис Бидл все еще была занята с покупательницей, когда Пруденс вышла через лавку на улицу, натягивая на ходу перчатки.

– Благодарю за чай, миссис Бидл.

– О,

вы всегда желанная гостья, мисс Пру, – ответила владелица лавки, сияя улыбкой. – И мисс Чес тоже, разумеется. Приходите вместе на следующей педеле. Я испеку свой знаменитый кекс на свином сале. Мисс Чес его очень любит.

– Чес огорчится, что ей не досталось имбирного пряника, но сегодня ей пришлось навестить старую подругу, – сказала Пруденс с улыбкой, вежливо кивнув посетительнице, с любопытством разглядывавшей ее. В угловой лавке в Кенсингтоне нечасто можно было встретить леди с выговором, выдававшим в ней жительницу Мейфэра, к тому же элегантно одетую. Особенно учитывая то, что она появилась из комнат хозяйки, расположенных в задней части дома.

Пруденс взяла экземпляр «Леди Мейфэра» с подставки для журналов в задней части лавки.

– Возьмите эту газету, если хотите что-нибудь почитать, мэм. Вас, возможно, она заинтересует.

Пруденс протянула женщине газету, и та с удивлением взяла ее.

– Право же, не знаю, – сказала она, – слишком претенциозное название – «Леди Мейфэра».

– Вовсе нет, – любезно попыталась ее разуверить Пруденс. – Я знаю, что миссис Бидл читает ее.

– Да, иногда читаю, – сказала хозяйка лавки. – Попробуйте и вы, миссис Уорнер. Прекрасное развлечение в холодный день, когда сидишь у камина и вяжешь.

– Я не большая любительница чтения, – сказала покупательница. – А сколько стоит? – Она повертела газету в руках.

– Всего два пенса, – ответила Пруденс. – Вы удивитесь, когда увидите, сколько там интересного.

– Право, не знаю, но думаю... – Она открыла кошелек, порылась в нем и, выудив наконец два пенса, положила их на прилавок. – Ладно, попробую почитать...

– Почитайте, – напутствовала ее миссис Бидл. – И вот что я вам скажу: если не понравится, приносите обратно. Я отдам ваши два пенса.

Миссис Уорнер просияла:

– О, это так благородно с вашей стороны, миссис Бидл.

Пруденс задумалась. Как же они могут рассчитывать на доход от своего издания, если приходится умасливать читателей подобным образом? Но она не могла сказать этого миссис Бидл, старавшейся ей помочь. Поэтому, бодро распрощавшись с хозяйкой, вышла из лавки в промозглый серый день. Уже смеркалось, хотя была всего половина пятого. Осень в этом году наступила раньше обычного, подумала Пруденс. Так кажется после длинного, необычайно жаркого лета.

Она поспешила к остановке омнибуса, снова подумав о Констанс, находившейся в данный момент в Египте. Некоторым такое пекло по душе, пришла она к заключению, в то время как моторизованный омнибус, выплюнув облачко пара, подошел к остановке. Она вошла, заплатив пенни за проезд, и села у окна, глядя на мелькавшие мимо улицы.

Она вспомнила о Честити. Та вовсе не отправилась навестить подругу, как Пруденс сказала мисс Бидл, а в качестве «тетушки Мэйбл» отвечала на три письма читателей, пытаясь разрешить их проблемы. Эти ответы предполагалось опубликовать в следующем номере газеты. Она пыталась очень деликатно успокоить читательницу, подписавшуюся «Отчаявшаяся из Челси». Читательница возмущалась, что престарелые родители тратят деньги на всевозможные развлечения, в то время как сама она, их дочь, изнывает в ожидании наследства.