Огюст Монферран

Чеканова Ольга Александровна

Приняв решение оставить монумент гладким, без рельефных композиций, Монферран большое внимание уделил построению наиболее точной и правильной формы стержня колонны. Соотношение верхнего и нижнего диаметров, очертания наружного контура, отношение основания к общей высоте — все это требовало самой тщательной проработки. Но самым главным был вопрос выбора кривой утонения стержня колонны. Для достижения наиболее совершенной формы стержня все крупнейшие архитекторы, начиная с Витрувия, предлагали свои способы утонения. Архитекторы эпохи Возрождения Виньола и А. Палладио считали, что на одну треть своей высоты колонна имеет цилиндрическую форму, затем получает некоторое утолщение, после чего происходит постепенное утонение ствола. В каждом случае такие построения производились с помощью расчетов.

Для построения формы колонн Исаакиевского собора Монферран воспользовался этими расчетами. Проектируя Александровскую колонну, зодчий взял за основу пьедестал и базу колонны Трояна, приняв диаметр основания стержня 12 футов (3,66 м), высоту стержня 84 фута (25,58 м), диаметр верхнего основания стержня 10 футов 6 дюймов (3,19 м). Получалось, что диаметр колонны укладывался в ее высоте 8 раз. Отсюда следует, что отношение верхнего диаметра к нижнему составляет 3,19 : 3,66, т. е. равно отношению 8 : 9.

Самую ответственную задачу — утонение стержня колонны, Монферран решил по-своему. Он, в отличие от Витрувия, Виньолы и Палладио, считал, что утонение должно начинаться не с одной трети высоты, а с самого основания,

и подкрепил эту точку зрения расчетами, сделанными по методу математика Ламе. Этот расчет подтвердил правильность поставленной Монферраном задачи и позволил создать красивую плавную кривую линию наружного контура колонны. Оценивая ее художественный эффект, Ламе писал: «Вид возвышающейся колонны, элегантно и прочно построенной, вызывает истинное удовольствие, смешанное с удивлением. Удовлетворенный глаз с любовью обозревает детали и отдыхает на целом. Особая причина ее эффекта — счастливый выбор меридиальной кривой. Впечатление, которое производит вид нового сооружения, зависит столь же от возникающей у зрителя мысли о его прочности, как и от изящества форм и пропорций» [ 63 ].

План карьера в Пютерлаксе. Гравюра Шрейбера по рисунку О. Монферрана. 1836 г.

Построенная по способу Монферрана кривая утонения ствола дает изумительно плавную линию контура, удачно сочетающуюся с перспективным сокращением. Предложенный Монферраном метод построения кривой утонения вполне отвечает самым строгим требованиям, которые могут быть предъявлены к свободно стоящей, обозреваемой со всех сторон колонне. В этом его большая заслуга.

Сравнительная высота колонн Александра I, Наполеона, Траяна, Помпея и Антонина. Литография Мюллера по рисунку О. Монферрана. 1836 г.

Проект был утвержден 24 сентября 1829 г., и Монферран назначен строителем монумента. Академия художеств, ранее не признававшая архитектора, теперь отдавала ему дань уважения в том же зале заседаний, где десять лет назад происходило обсуждение записки Модюи и ответов Монферрана. 29 сентября 1831 г. Совет Академии по предложению президента Оленина присвоил ему звание «почетного вольного общника». Это звание обычно присуждалось титулованным отечественным особам или очень известным, выдающимся иностранным художникам.

Вид работ в каменоломне. Литография Бишбуа и Ватто по рисунку О. Монферрана. 1836 г.

История создания Александровской колонны изложена в альбоме, изданном Монферраном в 1836 г. под названием «План и детали мемориального памятника, посвященного императору Александру». Весь процесс, связанный с поисками нужного монолита в карьере Пютерлакса, с доставкой его на специальном судне в Петербург, выгрузкой и транспортировкой на Дворцовую площадь, а также момент открытия памятника изложены в этом труде со всеми подробностями.

Фрагмент лесов для подъема колонны. Литография Бишбуа по рисунку О. Монферрана. 1836 г.

Поэтому, не останавливаясь детально на описании всех работ, все же хотелось бы отметить некоторые любопытные эпизоды, сопровождавшие это необычное строительство. Когда колонна уже была подготовлена для подъема, состоялась церемония передачи шкатулки с медалями Монферрану для того, чтобы он вложил ее в специальное углубление в центре пьедестала. В шкатулке находились монеты и медали с изображением Александра I ^[44] . Среди них — платиновая медаль, выполненная по рисунку Монферрана, с изображением Александровской колонны и датой «1830». На ободе медали надпись: «Александру Благословенному благодарная Россия». Кроме того, в шкатулке находилась пластинка из позолоченной бронзы с надписью: «В лето от Рождества Христова 1831 начато сооружение памятника, воздвигаемого императору Александру благодарною Россиею на гранитном основании, положенном в 19 день ноября 1830 года в Санкт-Петербурге. При сооружении сего памятника председательствовал граф Ю. Литта. Заседали: князь П. Волынский. А. Оленин, граф П. Кутайсов, И. Гладков, Л. Карбоннер, А. Васильчиков. Сооружение осуществлялось по начертанию того же архитектора Августина де Монферрана» ^[45] .

44

ЦГИА, ф. 789, оп. 1, ч. II, 1830–1831, д. 138, л. 1. Рисунки для закладных медалей Александровской колонны Монферран выполнил в 1830–1831 гг. и представил на рассмотрение Совета Академии художеств и министра императорского Двора.

45

При закладке Александровской колонны присутствовали:

Ю. П. Литта (1763–1839), крупный государственный и политический деятель, видный представитель католицизма в России. При Павле I был Великим магистром Мальтийского ордена. С 1811 г. член Государственного совета, а с 1826 г. — обер-камергер Двора. При возведении Александровской колонны отвечал за доставку и установку гранитного монолита на Дворцовой площади.

П. М. Волконский (1776–1852), генерал-фельдмаршал, герой Отечественной войны 1812–1814 гг., начальник Главного штаба, министр императорского Двора.

А. Н. Оленин, Л. Л. Карбоньер — см. примечание [10].

П. И. Кутайсов (1782–1840), действительный тайный советник, член Государственного совета, сенатор, с 1825 по 1835 г. член Комитета по строительству Исаакиевского собора.

И. В. Гладков (1766–1832), сенатор, генерал-лейтенант, с 1821 г. петербургский обер-полицмейстер, член Комитета по строительству Исаакиевского собора.

А. И. Васильчиков (1818–1881), известный публицист, автор многих работ по вопросам сельского хозяйства в России. Близкий друг М. Ю. Лермонтова и его секундант в дуэли с Мартыновым.

Детали Александровской колонны. Пьедестал, база, капитель и скульптура. Литография Арну по рисунку О. Монферрана. 1836 г.

30 августа 1832 г. было назначено поднятие колонны на пьедестал. Эта строительная операция вылилась в событие общегосударственного значения. Монферран подробным образом зарисовал и описал эту операцию:

«Улицы, ведущие к Дворцовой площади, Адмиралтейству и Сенату, были сплошь запружены публикой, привлеченной новизной столь необычайного зрелища. Толпа возросла вскоре до таких пределов, что кони, кареты и люди смешались в одно целое. Дома были заполнены людьми до самых крыш. Не осталось свободного ни одного окна, ни одного выступа, так велик был интерес к памятнику. Полукруглое здание Главного штаба, уподобившееся в этот день амфитеатру Древнего Рима, вместило более десяти тысяч человек. В специальном павильоне расположился Николай I со своей семьей. В другом посланники Австрии, Англии, Франции, министры, уполномоченные по делам, составляющие иностранный дипломатический корпус. Затем специальные места для Академии наук и Академии художеств, университетской профессуры, для иностранцев, лиц, близких к искусству, прибывших из Италии, Германии, чтобы присутствовать на этой церемонии.» ^[46] .

46

Описание подъема колонны из альбома Монферрана [ 63]: «На платформе, окружавшей леса, были установлены по двум плоскостям кругообразно 60 стальных кабестанов в шахматном порядке. Канаты, идущие от этих кабестанов, образовали соответствующее им количество радиусов равной длины и доходивших до центра лесов. Кабестаны были сгруппированы в четыре класса. 16 солдат оперировали рычагами, пять матросов тянули канаты и направляли их. Восемь других солдат составляли резервный взвод. При каждом кабестане находилось по одному унтер-офицеру, наблюдавшему за порядком. Он руководил солдатами, заставляя их идти в ногу ускоренным шагом, смотря по обстоятельствам. Он же заменял уставших людей другими, из резерва, не прерывая движения.

Кроме того, было прислано 1440 солдат, 60 унтер-офицеров, 30 барабанщиков различных гвардейских полков и 300 матросов с 15 унтер-офицерами, а также необходимое количество офицеров саперных гвардейских батальонов. При помощи этих отрядов под командованием генерал-майора Шильдера поддерживался порядок, столь необходимый при всей этой операции. Десять десятников размещались между лесами и следили за равномерным натяжением канатов. Четыре помощника главного архитектора находились по углам лесов. Каждый из них наблюдал за группой кабестанов.

На лесах сотни матросов направляли полиспасты во избежание спутывания их. Шестьдесят наиболее опытных, с русской смекалкой, энергичных рабочих на самой колонне, среди паутины канатов, направляли полиспасты. Шестьдесят каменщиков у блоков „обратного вращения“ следили за тем, чтобы никто не подходил близко. Тридцать других рабочих направляли ролики, постепенно снимая их. Шесть каменщиков у самого пьедестала подливали раствор на гранитную плиту. Один десятник помещался на высоте 6 метров для подачи сигнала колоколом. Один офицер флота находился на самой верхушке лесов для водружения государственного флага, как только колонна встанет на пьедестал.

У самих лесов присутствовал хирург для оказания первой помощи в случае какого-либо увечья. Наконец, имелась наготове резервная команда рабочих с инструментами и материалами на всякий непредвиденный случай…

Когда на часах Зимнего дворца пробило два раза, раздался троекратный удар колокола и одновременно с этим сигналом начался подъем колонны. Это было любопытное зрелище — лежащий монолит колонны из красного гранита в 28 метров длиной и 3,5 метра в диаметре, опутанный канатами, из которых, как в тумане, вырисовывались шесть десятников, ловких широкоплечих молодцов, подлинных Геркулесов, вместо палиц — с железными рычагами, спокойно ожидавших подъема вместе с монолитом… Вокруг царила глубокая тишина, прерываемая лишь глухим звуком — гулом кабестанов… Трудно описать внезапный переход от мучительной душевной тревоги к чувству удовлетворения, какое испытал каждый, когда колонна была установлена и когда всякая мысль об опасности отпала. Бурные крики „Ура!!!“ неслись со всех сторон площади, энтузиазм достиг предела и довел многих, имевших доступ на платформу, до такого состояния, что они бросились подбирать остатки от раздавленных роликов и уносили их на память».

Подъем колонны. Литография Бишбуа по рисунку О. Монферрана. 1836 г.

В течение двух последующих лет производилась окончательная доработка монумента: полировка ствола, уточнение энтазиса, установка бронзовых украшений на пьедестале и фигуры ангела, которая по замыслу зодчего должна была завершать колонну. Создание эскизов и изготовление предварительных моделей было поручено скульпторам С. И. Гальбергу, И. Леппе и Б. И. Орловскому ^[47] . Академик Б. И. Орловский, несмотря на трудные условия работы, вызванные бесцеремонным вмешательством Николая I, в течение восьми месяцев вылепил в глине и отлил в гипсе фигуру ангела в проектную величину. Однако вопрос о размерах основания под фигуру ангела детально обсуждался в Комиссии построения. Были высказаны мнения об уменьшении его величины. Член Комиссии князь Г. Г. Гагарин считал: «Если колона, воздвигнутая в честь Александра I, должна быть увенчана его изображением, то тогда необходимо, чтобы эта завершающая часть торжествовала над всем памятником, но раз речь идет о символическом изображении, то… эта эмблема должна выглядеть как можно проще, и в этом случае все требования искусства должны быть направлены главным образом на показ ни с чем не сравнимой глыбы гранита и ее прекрасного пьедестала» ^[48] .

47

Проектные чертежи Монферрана, в том числе и окончательный вариант памятника (инв. № А-5645, А-5646, А-5648, А-5647), а также конкурсные проекты скульпторов И. Леппе, Б. И. Орловского, рисунки барельефов и модель Александровской колонны (исполн. М. Т. Салин) хранятся в НИМАХ, инв. № АМ-126. Модель лесов для подъема колонны находится в ГМИЛ, а проекты лесов в НИМАХ.

48

Гагарин Г. Г. (1810–1893), вице-президент Академии художеств, действительный член Общества поощрения художников и др. обществ. При Академии художеств основал Музей древнерусского искусства. Художник, коллекционер, автор многих трудов по истории искусства.

Конструкция гранитного пьедестала и лесов с каменным основанием для установки колонны. Литография Ру по рисунку О. Монферрана. 1836 г.

Александровская колонна, Адмиралтейская и Исаакиевская площади. Литография Арну и Байо по рисунку Монферрана. 1836 г.

Ангел с крестом. Скульптор Б. И. Орловский