Огромный. Злой. Зеленый

Дверь открылась, и в вип-ложу вошел мой худший на свете кошмар – моя мать.

Она брезгливым и презрительным взглядом оглядела присутствующих, остановившись на мне.

– Ах ты малолетняя… – ее губы почти беззвучно произнесли ругательство. – Парни, забирайте ее. Нечего невесте за день до свадьбы шляться по злачным местам.

Шестерки матери вышли вперёд, но Дит выставил руку, ограждая меня от них.

Увидев это, мать пришла в бешенство.

– Вы хоть представляете, кто я такая? Я Эльвира

Орлова! Этот город – мой. Уберите руку, или мои люди вам её сломают, – прошипела она.

Перед глазами в момент пронесся весь сегодняшний вечер. Как я сбежала из дома и чудом проникла в этот клуб. Мать собиралась продать меня и мою девственность одному из своих компаньонов по бизнесу. Свадьба была назначена через день. Мой план был простым и вместе с тем невыполнимым. Я собиралась отдаться первому встречному в клубе, спровоцировать скандал, который мать не смогла бы замять. Пусть моя репутация была бы безнадежно испорчена, плевать. Зато свадьба бы гарантированно не состоялась.

И всё почти удалось. Симпатичный, пусть и немного мрачный мужчина, сидевший сейчас рядом, пригласил меня в вип-ложу, и если бы мать не вломилась сюда, то, мой план бы исполнился. У него было необычное имя Дитрих, два кольца в левом ухе, и он говорил с едва заметным акцентом.

– Поздно! – наконец отмерла я, вцепившись в руку, загородившую меня от матери. – Я уже переспала с ним!

Если Дитрих и удивился моему заявлению, то виду не подал. А вот мать пришла в бешенство.

– Ах ты маленькая… – оскорбление было словно пощечина. Электричество, освещавшее ложу, начало коротить, и свет жалобно замигал. – Не пойдешь сама, я тебя отсюда за волосы выволоку. А что до твоей девственности, то у меня есть хороший хирург на примете, он тебя зашьет, и завтра будешь как новенькая. Ты меня поняла? И только попробуй что-нибудь ляпнуть своему жениху! Свадьба состоится, и точка.

Видя, что её шестерки медлят, мать сама вышла вперед и схватила меня за плечо.

– Вы что, не местный?! – взвизгнула женщина, когда Дитрих грубо отодвинул ее, вставая с места и преграждая путь. – Я же сказала, я – Орлова. И никто в нашем городе не смеет со мной связываться!

«Вот черт!» – я мысленно кляла себя последними словами. Моя мать была способна на многое, и последнее, чего бы мне хотелось, это чтобы кто-нибудь платил вместо меня за мою самонадеянную глупую надежду спастись.

– Прошу прощения, госпожа Орлова, – между тем усмехнулся мой защитник. – Я действительно не местный, недавно приехал в город, но, думаю, вы тоже обо мне слышали. Мы должны были с вами встретиться через пару дней. Но для меня честь иметь возможность быть представленным раньше.

В этот момент его облик вдруг начал меняться. Он стал выше, шире в плечах. За свою жизнь я успела повидать многое, но такого – никогда. Никогда еще кожа человека не становилась на моих глазах насыщенно зеленого цвета.

– Дитрих Адрон. – Его две серьги так и болтались в теперь уже заострённых и вытянутых ушах, торчащих из жестких черных длинных, до плеч, волос.

Вот только выглядело это настолько брутально и опасно, что на миг я пожалела, что не осталась сегодня дома.

– Орк, – процедила моя матушка. Однако, несмотря на то, что она старалась держать лицо, я видела, как в глазах на мгновение промелькнул настоящий ужас.

И вот это уже придало уверенности мне. Если боится моя мать – ведьма стихии земли и природы, то, кажется, у меня действительно появился шанс.

– К вашим услугам, – зеленый отвесил шутливый поклон. – И раз уж так вышло, что я случайно обесчестил вашу дочь, то я заявляю на нее свои права. Как настоящий мужчина готов жениться хоть сейчас.

В воцарившейся тишине было слышно, как заполошно стучит моё сердце.

В смысле «жениться»?! Как жениться?! Мне нельзя выходить замуж! Я вообще-то специально сюда пришла за свободой.

Ещё и орк… это же вообще ни в какие ворота... он же огромный… и зеленый…

Материнские приспешники переводили обеспокоенные взгляды с неё на Дита, потом – на меня. Клянусь, на их лицах читалась безысходность. Драться с орком они точно не хотели. Зубов недосчитаются. Тут без вариантов.

– Думаю, мы можем всё уладить по-человечески, если можно так выразиться, – голос матери наполнился медовым ядом. – Напомните, а с какой целью вы собирались со мной встретиться?

– Разве не помните? Я должен оценить вашу картину. Я владею реставрационной мастерской, занимаюсь куплей-продажей предметов антиквариата. На днях мне звонила ваша помощница, и мы договорились о встрече. Ну, неудивительно, что запамятовали. У вас столько дел. Дочь, вон, замуж выдать нужно.

Он говорил так буднично, словно только что не заявлял на меня права. Я начала было пятиться к выходу, но Дитрих почти ласково схватил моё запястье гигантской лапищей и оскалился в полный рот.

– Не спеши, малышка. Мы с тобой ещё не закончили. С вашего позволения, мы пойдем, – обратился он к застывшей столбом матери. – Вы немного остынете, я с невестой поближе познакомлюсь. А завтра встретимся, как вам такая идея?

– Да как ты…

– Тш-ш-ш, – он приложил огромный палец к материнским губам. – В вашем возрасте нельзя нервничать.

А затем отпихнул загораживающего выход мужика (тот отлетел к соседней стене) и быстрым шагом вышел в общий зал. Прямиком на танцпол. Тут хоть и было темно, но гарантирую, что двухметровую тушу орка все увидят.

Но не успела я напомнить, что вообще-то нельзя показываться обычным людям в боевом обличии, как Дитрих вновь обратился в себя прежнего. По щелчку пальцев. Моментально.

Долбила музыка, рядом обжималась какая-то парочка.

– Схватите их! – кричала за нашими спинами матушка, пока мы прорывались сквозь шумную толпу.

– Какая нервная женщина, – закатил Дит глаза. – Врагу не пожелаешь такую тещу.

Он вывел меня на улицу через черный вход, щелкнул брелоком сигнализации. Черный внедорожник, что стоял в трех метрах от нас, приветственно мигнул фарами.