Ограбление
Шрифт:
— Айви, как прошло твое свидание? — спросил партнер Нельсона Хэнк, выходя из их художественной студии с распростертыми для объятий руками.
Я сухо рассмеялась, когда он сжал меня, а затем отпила бокал вина, которое налила.
— Это было забываемо, — призналась я. — Нельсон сказал, что ты работаешь над чем-то новым?
— Да! — Ухмылка Хэнка широко расплылась, а его глаза сверкали от возбуждения. — Пойдем посмотрим.
Мы налили еще бокал вина для Нельсона, затем Хэнк провел меня в их художественную студию, которая была отделена
— О, на этой неделе мы будем работать с ювелирными изделиями? — восторженно воскликнула я, увидев оборудование и принадлежности на их рабочих столах. — Ты же знаешь, я люблю блестящие вещи.
Нельсон встал со стула и жестом подозвал меня ближе.
— Мы тоже. Что ты думаешь об этом?
Я подвинулась, чтобы занять его место, и посмотрела вниз на изделие, над которым он работал. Затем я посмотрела на его эталонное изображение, распечатанное и прикрепленное к столешнице рядом с его рабочим местом.
— Хм… — Я поставила вино на место и взяла их ювелирную лупу, чтобы поближе рассмотреть кольцо. — Оно хорошее, — сказала я им, положив его обратно.
Нельсон сузил глаза.
— Хорошее? — повторил он. Хэнк застонал и провел руками по голове, оставив свои серебряные волосы торчать во все стороны.
Я подняла бровь на Нельсона.
— Да. Хорошее. Неплохое.
— Мило. — Он выплюнул это слово, как будто это было худшее оскорбление в мире.
— Господи, Айви, просто скажи ему, что с ним не так, — умолял Хэнк. — У меня нет сил на это перед сном.
Я подавила желание рассмеяться, вместо этого сохраняя спокойное выражение лица.
— С ним все так. Это хорошая попытка.
Хэнк вскинул руки вверх, и челюсть Нельсона чуть не упала на пол.
— Хорошая попытка? — прокричал мой наставник.
— Теперь ты, блядь, сделала это, — пробормотал Хэнк. — Я уже говорил, что ненавижу тебя?
Нельсон уже выбегал из своей студии в ярости, бормоча проклятия и жестикулируя по поводу зеленого, как жабры, бесталанного ребенка, критикующего его.
Я ухмыльнулась Хэнку, но он только нахмурился в ответ.
— Исправь это, — сказал он мне твердым голосом, указывая алым ногтем в ту сторону, куда только что ушел Нельсон. — Ты его сломала, ты его и чини. Пока не починишь, никакого вина. — Он выхватил мой бокал, прежде чем я успела до него дотянуться, и я надулась.
— С тобой не весело, — проворчала я, драматично закатив глаза. — Нельсон! — позвала я, прекрасно зная, что он меня слышит. — У тебя лапки на левой стороне толще, чем на правой. Выровняй их, и все будет безупречно.
Наступила минутная пауза, затем Нельсон вернулся в студию с очками в руках. Бросив в мою сторону возмущенный взгляд, от которого я чуть не расхохоталась, он оттолкнул меня в сторону и водрузил очки на нос. Затем он взял кольцо и лупу, чтобы проверить мои наблюдения.
— Нет,
Хэнк тяжело вздохнул, протягивая руку за кольцом и лупой. Он не спеша проверил их, затем даже достал пару тонких штангенциркулей, чтобы измерить каждую лапку, удерживающую центральный бриллиант грушевидной огранки. Никто не разговаривал, пока он проверял и я стащила свое вино с того места, куда он его поставил.
Вкуснятина. Сира Хоукс-Бей.
— Ну что? — спросил Нельсон, когда Хэнк положил кольцо обратно на стол.
Его партнер поморщился.
— Она права.
Нельсон испустил долгий, раздраженный вздох, затем посмотрел на меня с уважением в узких глазах.
— Ты молодец, Айви. Это чертово кольцо не давало мне покоя всю неделю. Я знал, что что-то не так, но не мог понять, что именно.
Я усмехнулась, довольная тем, что оказалась права. Конечно, это была проверка, как и всегда с Нельсоном.
— Всегда рада быть полезной.
— Итак, расскажи нам о сегодняшнем неудачном свидании, — попросил Хэнк, махнув мне рукой, чтобы я вернулась с ним в гостиную.
Я зевнула, устроившись в одном из больших удобных кресел и подобрав под себя ноги.
— Нечего рассказывать, он был самовлюбленной задницей, которая кончила за минуту или меньше.
Нельсон издал рвотный звук, а мы с Хэнком ухмыльнулись. Мы с Нельсоном не были родственниками, но иногда ему нравилось вести себя как мой отец. Последнее, что он хотел услышать, это подробности моей неудачной встречи на одну ночь в закусочной.
— Лучше расскажу о невыносимом ублюдке, которого я встретила сегодня утром в Боулз, — предложила я, прежде чем замолчать.
Брови Хэнка заинтересованно поднялись.
— О? Рассказывай.
— Что он сделал, чтобы заслужить этот убийственный взгляд в твоих глазах, Айвз? — спросил Нельсон, уже ощетинившись в мою защиту. Черт, я любила его.
Я глубоко вздохнула, медленно выдохнула, затем глотнула вина.
— Хорошо. Давайте начнем с того, как он назвал мою "Литературную женщину" ужасным и оскорбительным произведением искусства.
Нельсон усмехнулся.
— Ну, по правде говоря, она всегда задумывалась как оскорбительная. Он совершенно не прав в том, что она ужасна. Хотя, тут нужно учитывать вкус. Он был красив?
Захватывающе красив, да.
— Что? — Я не флиртовала с ним, ты пропустил ту часть, где он оскорбил меня в лицо?
Хэнк и Нельсон обменялись ухмылками.
— Ага, ладно, не флиртовала, — согласился Хэнк, со всей хреновой саркастичностью. — И что было дальше?
— Как его зовут, этого невыносимого ублюдка? Или будем звать его просто НУ? — Нельсон одарил меня дразнящей улыбкой, а я уставилась на них обоих.