Ограбить Императора
Шрифт:
– Господин Фаберже? – внимательно посмотрел на старика красноармеец.
– Он самый.
– Давайте пройдем в здание.
– А это зачем? – насторожился Карл Густавович.
– Обыкновенная процедура, нужно поставить в паспорт печати об отъезде.
– Это надолго? – беспокойно спросил Фаберже, предчувствуя недоброе.
– Всего-то на пару минут, обычно дипломатов не мучают ожиданием.
– Если только так, – кивнул Карл Густавович, беря с собой саквояж.
Мистер Дерик вышел из машины и, показав паспорт
– Я британский дипломат, а этот человек, – показал он на подошедшего Фаберже, – дипкурьер нашей миссии. Вас что-то смущает?
– Пройдемте, пожалуйста, в помещение, господин Фаберже, – настойчиво приглашал красноармеец. – А вы, господин Дерик, можете отправляться по своим делам. Мы вас не задерживаем.
– Что значит, «отправляться»? А как же господин Фаберже?
– Господину Фаберже мы зададим несколько вопросов.
– Что-то я вас не совсем понимаю, – хмуро обронил Карл Густавович. – Объясните мне, что происходит? И почему я должен идти за вами?
– Послушайте, я никуда не пойду без господина Фаберже, – возмутился Дерик. – Это неуважение к британской короне, и я вынужден буду сообщить об инциденте британскому послу.
– В таком случае вы можете пойти с нами. Но мы обязаны переговорить с гражданином Фаберже. Проходите, – распахнул красноармеец дверь.
Помещение было тесноватым, с серыми унылыми стенами, в нем умещался небольшой стол, четыре стула и коротенький продавленный диван с протертой тканью, из которой во все стороны торчали нитки. За столом сидел черноволосый молодой мужчина (не более тридцати лет) в выцветшей гимнастерке. Небольшое грязноватое окно закрывала пестрая неряшливая тряпица, по всей видимости, служившая занавеской. В центре стола стояла пишущая машинка, из которой торчал пожелтевший лист бумаги.
– Вы присаживайтесь, гражданин Фаберже, – сказал черноволосый мужчина.
– Собственно, а кто вы такой? – с вызовом спросил Карл Густавович.
– Я уполномоченный ВЧК Полуянов Спиридон Яковлевич. А теперь позвольте полюбопытствовать, с какой именно целью вы покидаете пределы Российской Федерации?
– А разве я не могу направляться туда, куда мне заблагорассудится? Разве я совершил какое-то злодеяние? Может, я кого-то ограбил или убил?
Оперуполномоченный едва улыбнулся:
– Меня предупреждали, что вы не без юмора, но я никак не думал, что это настолько серьезно. Сейчас действует закон революционного времени, и мы можем задержать всякого, если того требуют обстоятельства дела. А теперь позвольте узнать, что у вас находится в саквояже?
– В нем мои личные вещи, – спокойно отреагировал Карл Фаберже.
– Вам нечего беспокоиться, если в нем действительно лежат личные вещи, – ледяным голосом проговорил уполномоченный.
– Что же тогда в нем, по-вашему?
– У нас есть информация, что в дорожном саквояже вы
– Что вы себе позволяете? – возмутился мистер Дерик. – Как вы относитесь к подданному Великобритании и дипкурьеру его королевского величества?! Кто вам позволил обыскивать дипломатическое лицо?! Я буду жаловаться! У вас возникнут большие неприятности! Завтра же… Нет, сегодня же об этом инциденте узнает премьер-министр!
– Позвольте взглянуть на британский паспорт гражданина Фаберже и предписание дипкурьера, – учтиво-холодным тоном потребовал уполномоченный.
– Документы забрал ваш сотрудник, – растерянно посмотрел Фаберже на красноармейца, стоящего у самых дверей.
– Да, документы у меня, – прошел красноармеец через комнату. – Возьмите, товарищ Полуянов, – положил он на стол паспорт с предписанием.
Уполномоченный остро посмотрел в нахмурившееся лицо Карла Густавовича. Внимательно пролистал паспорт. Хмыкнул каким-то своим мыслям и строго произнес:
– Однако быстро вы сориентировались, гражданин Фаберже. Даже паспорт успели себе оформить. Значит, вы утверждаете, что в этом саквояже личные вещи?
– Разумеется. Здесь смена белья.
– Ну что ж, господин Фаберже, не смею вас больше задерживать… Кажется, вы теперь гражданин Великобритании, – едко хмыкнул уполномоченный.
Выйдя из помещения, Фаберже с признательностью обратился к Дерику:
– Спасибо вам, мистер Дерик. Без вас я бы не справился.
– Это было несложно, к тому же в мои обязанности входит заступаться за граждан британской короны, – произнес Дерик, направляясь к машине. – Надеюсь, что все ваши неприятности останутся в прошлом, как только вы пересечете границу.
Водитель, открыв капот, с интересом изучал металлические внутренности автомобиля.
– Мистер Дерик, вы сделали для меня даже больше, чем я рассчитывал. Даже не знаю, как вас отблагодарить.
– Пустое, господин Фаберже.
– Постойте, мистер Дерик. – Карл Густавович приостановился и вытащил из кармана пальто небольшую изумрудную брошь. – Возьмите… Она ваша!
Секретарь британского посольства удивленно посмотрел на старика и испуганно проговорил:
– Это не моя вещь.
– Она ваша.
– Уверяю вас, я ее не терял. У меня сроду не было таких дорогих вещей.
– Это мой подарок. Я настаиваю! Возьмите, если не хотите меня обидеть.
Мистер Дерик осторожно взял в тонкие холеные пальцы брошь, словно боялся обжечься. Некоторое время он просто взирал на изумрудную россыпь, бросавшую зеленоватый свет на его ладони.
– Мне сроду не приходилось держать в руках столь совершенного предмета, – наконец признался он. – Господин Фаберже, но ведь это…
– Давайте без всяких «но», – строго сказал Фаберже и надавил на пальцы Дерика, заставив их сжаться в кулак.