Огонь Прометея
Шрифт:
После переодевания Альтер из монаха превратился в солидного местного охотника. Танаеву досталась теплая кожаная куртка с меховой подкладкой.
Уже перед самым уходом он заметил хорошо замаскированный люк, ведущий в подвал. Произошло это по чистой случайности. Направляясь к двери, он зацепился за деревянный ящик, наполненный каким-то хламом, и, сдвинув его с места, увидел четкий квадрат на пыльном полу.
— Здесь, похоже, тайник. Будем проверять?
— Ну, деньги нам не очень нужны...
— Деньги в подвалах не прячут,
— У нас же есть крест!
— Как выясняется, он не всегда надежен, может подвести в самый ответственный момент. Ружья нам не помешают. Особенно когда мы уйдем из города. Если тебе не удастся связаться с монастырем, путь предстоит долгий и нелегкий.
Его доводы убедили Альтера. Больше они не спорили на этот счет. Танаев легко перерезал своим виброножом язычок спрятанного под деревянным полом стального замка. Люк тоже оказался не так прост, каким казался снаружи. Снизу его подстилал лист броневой стали, не меньше сантиметра толщиной.
Вдвоем они с трудом приподняли тяжеленную крышку люка и оказались в квадратном помещении, с двух сторон перегороженном стальными решетками, за которыми поблескивали свежей смазкой десятки стоявших на специальных козлах ружей.
— Бери только автоматические карабины и побольше патронов, — распорядился Танаев, аккуратно перерезая отделявшую их от желанного оружия решетку.
— Откуда ты знаешь, что они здесь есть?
— Вижу по форме. Когда-то мне приходилось иметь дело с таким оружием.
— Для Годвина тоже взять?
— Разумеется. Но ему бери обычную двустволку. Он у нас слишком любит пострелять.
Завернув в брезент отобранные ружья, они выбрались из магазина на улицу. Сигнализация, к удивлению Танаева, так и не отреагировала на их вторжение, а встречные горожане отводили глаза в сторону или смотрели сквозь них, как сквозь пустое место.
— Его работа? — спросил Танаев, кивая на крест.
— Скорее, твоя. Ведь это ты вернул мне его, а вместе с ним честь и возможность возвратиться домой, к моим братьям. Теперь я твой должник до конца жизни.
— Сочтемся. Здесь недолго ждать подобной возможности.
Только в самом конце переулка за их спиной взвыла сирена и замигали сигнальные лампы на фасаде магазина.
— С чего это их охранная сигнализация так долго раздумывала? — осведомился Танаев.
— Мне удалось приглушить ее на какое-то время, но воздействие креста слабеет с расстоянием, а механические системы контролировать с его помощью сложнее всего.
Они прошли до конца переулка, стараясь не слишком выделяться в толпе прохожих. На центральных улицах было много людей, но сейчас это им было на руку, в толпе их труднее заметить.
Альтер уверенно свернул в очередной узкий переулок. Улицы этого подземного города были созданы строителями в двух вариантах — «парадные», с широким пешеходным проспектом посредине, и обычные, расходившиеся от
Порой эти второстепенные улицы оказывались настолько узкими, что два человека не могли пройти по ним рядом, — пришлось пропустить вперед Альтера, который, не задумываясь, выбирал нужные повороты.
— Ты здесь хорошо ориентируешься, — отметил Танаев.
— Мне приходилось бывать в Петроводске раньше, еще до нашего знакомства. Монастырь поддерживает с этим городом постоянную связь. Здесь мы закупаем необходимое нам оборудование, одежду и, частично, продовольствие. При нынешних суровых зимах монастырю не каждый год удается обеспечить себя необходимым количеством сельскохозяйственной продукции. А в Петроводске гидропонные теплицы, с искусственным освещением, приносят хороший доход, и горожане охотно выставляют на продажу свежие овощи, картофель и другую, самую разнообразную сельскохозяйственную продукцию.
— Чем же вы расплачиваетесь?
— Лекарственными сборами, оружием.
— Оружием? Ты хочешь сказать, в монастыре есть свои оружейные мастерские?
— Конечно. У нас, правда, нет литейных цехов, и сырые заготовки металла мы приобретаем здесь, но вся доводка, обработка и облагораживание стали проходит у нас.
— В таком случае, между монастырем и городом должна быть налажена постоянная транспортная связь!
Альтер резко остановился и посмотрел на Танаева загоревшимися глазами.
— Ты прав, брат мой! Мне почему-то не пришло в голову, что эту связь можно использовать. Петроводские снеговые катамараны всю зиму совершают челночные рейсы между монастырем и городом — и это дает нам реальный шанс выбраться отсюда и добраться до монастыря намного быстрее и проще!
— Что это за «снеговые катамараны»? Никогда не слышал о таком транспортном средстве.
— Это что-то вроде двух больших парусных лодок, соединенных общей палубой и снабженных лыжами. По ровному льду замерзшего залива, на берегу которого расположен Петроводск, они способны, при попутном ветре, развивать скорость до восьмидесяти километров в час!
— А более надежных транспортных средств, не зависящих от ветра, здесь нет?
— Даже в империи почти не осталось запасов жидкого топлива. Оно было израсходовано еще во время Большой войны. Так что все бензиновые двигатели превратились в бесполезный хлам.
А что касается электрических, надежные аккумуляторы для них так и не были созданы, помешала все та же война.
Говорят, в империи осталось какое-то количество мощных атомных батарей. Но в Петроводске их нет.
Танаева все время поражала осведомленность и образованность монаха, сочетавшаяся в нем с внешней природной дикостью, умением обращаться с примитивным оружием и находить выход из любой ситуации. В который уж раз он подумал, что Валамский монастырь, воспитавший таких братьев, весьма любопытное место.