Огонь изнутри
Шрифт:
– Позволь мне объяснить, что мы собираемся делать, – продолжал он после осмотра зеркала. – или, лучше сказать, что мы попытаемся сделать. Мы вдвоем собираемся поместить это зеркало на поверхность ручья вблизи дома. Он достаточно широкий и довольно мелкий, что нам подходит.
Смысл в том, чтобы позволить текучести воды оказать на нас давление и унести нас.
И до того, как я успел что-либо сделать или задать вопрос, он напомнил мне, что в прошлом я исследовал воду подобного потока и совершил необычайные подвиги восприятия. Он напомнил мне последствия приема внутрь галлюциногенных растений, которые я переживал многократно, пока был погружен в ирригационную канаву позади его дома в северной Мексике.
– Оставь свои вопросы до
Мы вышли к близлежащему ручью, и он выбрал место с плоскими, выступающими на поверхность камнями. Он сказал, что здесь вода довольно мелкая, и это подходит для наших целей.
– Что, по-твоему, должно произойти? – спросил я в наплыве захватывающих опасений.
– Я не знаю. Все, что я знаю, это то, что мы хотим попробовать. Мы должны держать зеркало очень осторожно и очень крепко. Мы мягко опустим его на поверхность воды, а затем позволим погрузиться. После этого мы будем придерживать его на дне. Я проверил: здесь достаточно ила, чтобы мы могли погрузить наши пальцы под зеркало, чтобы прочно его удерживать.
Он предложил мне сесть на корточки на плоский камень, торчащий над поверхностью в середине слабого потока, и заставил держать зеркало обеими руками почти что за углы одной из сторон. Сам он присел на корточки напротив и взял зеркало так же, как я. Мы позволили зеркалу погрузиться и затем держали, опустив руки в воду почти по локоть.
Он приказал мне освободиться от мыслей и внимательно глядеть на поверхность зеркала. Он все время повторял, что трюк в том, чтобы совсем не думать. Я пытливо всматривался в зеркало. Слабое течение мягко волновало отражения наших лиц. После нескольких минут постоянного вглядывания в зеркало мне показалось, что постепенно изображения наших лиц стали гораздо яснее, а зеркало выросло в размерах, по крайней мере до одного ярда. Течение как бы прекратилось, и зеркало выглядело так, как если бы было положено на поверхность воды. Еще более странной была четкость наших изображений: казалось, что мое лицо увеличилось не по размеру, а по фокусу, так что можно было видеть поры на коже лба.
Дон Хуан тихо прошептал мне не останавливать взгляда на моих или его глазах, а позволить ему блуждать по кругу, не фокусируясь на какой-либо части наших отражений.
– Смотри пристально, не останавливая взгляда! – повторял он приказание громким шепотом.
Я делал то, что он требовал, не переставая думать о кажущемся противоречии указания. В этот момент что-то во мне поймалось на зеркале, и противоречие действительно обрело смысл: «можно, оказывается, смотреть пристально, не останавливая взгляда», – подумал я, и в тот момент, когда мысль сформулировалась, рядом с моей головой и головой дон Хуан появилась еще одна. Она была видна в нижней части зеркала справа от меня.
Все мое тело тряслось. Дон Хуан шепотом советовал мне успокоиться и не показывать ни страха, ни удивления. Он опять скомандовал мне смотреть внимательно, не останавливая взгляда на новом пришельце. Я должен был делать неимоверное усилие, чтобы не задохнуться от страха и не упустить зеркало. Тело мое тряслось с головы до пят. Дон Хуан опять прошептал, требуя держать себя в руках. Он постоянно подталкивал меня локтем.
Постепенно я взял под контроль свой страх. Я смотрел на третью голову и постепенно понял, что это не человеческая голова и не голова какого-нибудь животного. Фактически это вовсе не была голова: это была форма без всякой внутренней подвижности. Когда возникла эта мысль, я мгновенно понял, что не я ее мыслю. Это осознание тоже не было мыслью. Для меня возник момент ужасной тревоги, а затем мне стало известно нечто непостижимое: эти мысли были голосом в моем ухе!
– Я вижу! – закричал я по-английски, но звука не было слышно.
– Да, ты видишь, – ответил голос в мое
Я почувствовал, что охвачен силой, превышающей меня самого. Я не чувствовал боли или хотя бы тревоги. Я ничего не чувствовал. Я знал без тени сомнения, поскольку этот голос так говорил мне, что я не могу разорвать хватку этой силы актом воли или усилия. Я знал, что умираю. Я автоматически поднял глаза, чтобы взглянуть на дона Хуана, и в тот момент, когда глаза наши встретились, та сила оставила меня. Я был свободен. Дон Хуан улыбнулся мне так, как если бы знал, через что я прошел.
Я осознал, что стою. Дон Хуан держал зеркало за край, чтобы позволить стечь воде.
Домой возвращались в безмолвии.
– Древние толтеки были просто загипнотизированы своими находками, – сказал дон Хуан.
– Могу понять, почему, – сказал я.
– И я тоже, – ответил он.
Сила, которая тогда охватила меня, была такой могущественной, что лишила меня дара речи, даже мышления, на несколько часов. Она заморозила меня полным безмолвием, и я оттаивал по кусочкам.
– Без всякого сознательного вмешательства с нашей стороны, – продолжал дон Хуан, – для нас эта древняя методика распалась на две части: первой было как раз достаточно для того, чтобы ознакомить тебя с тем, что происходит. Во второй мы попытаемся осуществить то, к чему стремились древние видящие.
– Что в действительности произошло там, дон Хуан? – спросил я.
– Есть две версии. Сначала я дам тебе версию древних видящих. Они думали, что отражающая поверхность сияющего предмета, погруженного в воду, увеличивает власть воды, поэтому обычно они пристально смотрели на водные тела, а отражающая поверхность была помощью в ускорении процесса. Они полагали, что наши глаза являются ключами для входа в неведомое. Пристально глядя в воду, они позволяли глазам отворить путь.
Дон Хуан заметил, что древние видящие отмечали, что влажность воды только увлажняет или смачивает, а ее текучесть движет. Она бежит, думали они, в поисках других уровней внизу. Они верили, что вода дана нам не только для жизни, но и как звено связи – дорога к другим нижним уровням.
– Много ли этих уровней внизу? – спросил я.
– Древние насчитывали семь, – ответил он.
– Знаешь ли ты их сам, дон Хуан?
– Я видящий нового цикла и, следовательно, у меня другие взгляды, – ответил он. – я просто показываю тебе, что делали древние видящие, и рассказываю, во что они верили.
Он заверил меня, что только то, что у него другие взгляды, не делает негодными методики древних видящих: их интерпретация была ошибочной, но их истины имели для них практическое значение. В случае методик, связанных с водой, они были убеждены, что по-человечески можно быть перенесенным текучестью воды в любое место между этим нашим уровнем и другими семью нижними или же быть перенесенным в сущности в любое место на этом уровне вдоль реки в обоих направлениях. Соответственно они использовали текучую воду для переноса на этом нашем уровне, а воду глубоких озер или водяных провалов для переноса в глубины.
То, к чему они стремились с помощью показанной мной методики, – продолжал он. – было двойственным. С одной стороны, они использовали текучесть воды, чтобы перенестись на первый нижний уровень. С другой – для встречи лицом к лицу с живыми существами этого первого уровня. Головоподобная форма в зеркале была одним из этих существ, которое подошло посмотреть на нас.
– Так они действительно существуют! – воскликнул я.
– Да, они, конечно, существуют, – ответил он.
Он сказал, что древние видящие потерпели урон из-за своей странной привязанности к их ритуалам, но то, что они нашли, остается в силе. Они нашли, что самый надежный путь для встречи с одним из этих существ лежит через тело воды. Размеры этого тела не так важны: океан или пруд служат одинаково хорошо. Он выбрал небольшой ручей потому, что ему не хотелось промокнуть. Те же результаты мы могли получить в озере или в большой реке.