Ого, индиго!
Шрифт:
Пушкинскую площадь Динка любила. Наблюдала за прохожими, словно, и правда, они были представителями разных рас, цивилизаций, планет. Словно Земля – пункт пересылки между раем и адом – принимала всех без исключения странников. Каждая раса приносила на Землю свои законы, ценности, культуру. И все-таки главной на Земле оставалась любовь. Динка искала своего единственного принца, вглядывалась в лица, но все (или почти все) были бесконечно чужими в холодной Вселенной. Динка не понимала, почему именно в центре Москвы ее накрывало космическим одиночеством.
– Расслабься! Он уже не помнит о факте твоего существования.
– Но почему?
– За счет тебя, он поднял самооценку. Стал лучше в своих собственных глазах. К тебе это не имеет никакого отношения.
– Он такой красивый, – мечтательно пропела Динка. – Неужели все кончено?
– Женщина-жертва особенно нравится отъявленным циникам! Тем, кому вообще никого не жалко. Есть ключевые слова, которые никогда нельзя говорить мужчинам. От этих слов их тошнит.
– И какие это слова?
– «Мать-одиночка», «ищу работу», «очень на вас надеюсь», «бедственное материальное положение».
– Но он так внимательно слушал.
– Он чувствовал себя великим Прометеем, который раз в сто лет спускается к людям и в своих ладонях несет им огонь и счастье. Здесь все наоборот, как в Зазеркалье. Если хочешь куда-то прийти, надо двигаться в другую сторону. Называть вещи другими именами, делать вид, что ты вообще никуда не идешь. Не желай!
– Я так не умею, – всхлипывала Динка-блондинка.
– Продается не товар, а имидж товара. Дома будь зайкой, мышкой, кошкой, хомячком, тюлененком, белочкой. А на улице будь сукой и стервой. Или возвращайся к Игорю. Заметь, он в отличие от тебя не боится настоящей жизни. Он взял огонь на себя. Это он медленно сдался ветрогонам и не заметил, когда приросли к нему ослиные уши. А ты осталась – чистая, нежная, романтичная. Доставай визитку. Показать тебе мастер-класс? Или возвращайся к Игорю.
Динка неуверенно протянула визитку.
– Возьми. Только сильно не выпендривайся. Там культурные люди.
– Разберусь! – Ксюша подмигнула Пушкину (агент? Памятник транслирует космическую энергию чуда?) и набрала ряд цифр – код доступа в чужую жизнь.
– Алло! Алексей? Я от... Он рекомендовал обратиться именно к вам. Хотела бы свою жизнь посвятить искусству. Куда и когда приехать? – Ксюша интенсивно махала рукой, будто представляла себя успешным ди-джеем, играющим в клубе свой сет.
– Одну минуточку. Я в SPA-салоне. Это так утомительно. Два часа в день лежать в размоченных водорослях. Я подъеду, как только освобожусь. До встречи! – Ксюша облегченно вздохнула и улыбнулась изумленной Динке.
– Стыковка удалась. Не опускай градус. Так надо! Наш город – лучшая сцена в мире. Здесь хочется ИГРАТЬ.
– В этом городе кажется, что наши судьбы в надежных
– В этом городе нет судьбы. Ты сама делаешь свое счастье. Так что блефуй, зажигай. Но если ты врешь, ври до конца. Майка будет тобой гордиться. – Ксюха помахала Динке рукой и испарилась, будто ее здесь никогда и не было.
Дина осторожно позвонила в медный изогнутый звонок на черной обшарпанной двери подвала. «Раз, два, три». Ей никто не открыл. Она растерянно отошла от двери, села на ярко-зеленую лавочку и подставила лицо солнцу. И только тут заметила странное объявление на стене дома, которое вообще ни к чему не относилось. ДВЕРЬ НА РЕМОНТЕ. Вскоре Дина совершенно забыла, зачем забрела в этот двор, и именно в это время ДВЕРЬ подвала незаметно открылась. Из нее вышел человек «творческой профессии». Судя по выходу из-за печки-подвала, ему срочно требовалась помощь опытного психиатра. Незнакомец сделал круг почета по двору, вжал шею в плечи, будто опасаясь внезапного нападения НЛО. Наконец произошло чудо. Он догадался обратиться к Дине.
– Вы не видели, кто здесь названивал? За мной следят? Меня хотят убить? Но никому до этого нет дела.
Дина с удивлением разглядывала мужика с прической-ежиком на голове и спортивных штанах с отвисшими коленками.
– Я звонила. А что?
– Хорошенькая какая. – Мужчина двумя пальцами взял Дину за подбородок и повернул ее лицо к свету. – А волосы назад можешь убрать?
– А зачем?
– Здесь вопросы задаю я. Откинь прядь, придержи ее рукой, язычком пройдись по губам. Делай, что тебе говорят.
– Дядя, а вы кто?
– Алексей. Гениальный фотограф, художник, режиссер и просто хороший человек.
В тесном подвале-студии было накурено. По стенам развешены зеркала, разбросаны женские платья, лифчики, реквизит. На тумбочке щедро рассыпан грим. Девочка-стилист колдовала над Дининым образом. Динка (опять как бабочка) послушно открывала и закрывала глаза, позволяя накладывать на веки золотистые тени. Рядом с Динкой вился Алексей, расхваливая свои уникальные творческие способности.
– Я режиссер. Ищу свою Золушку. Каждый день – кастинг. Знаю все, как она выглядит, как двигается, как улыбается. Вот-вот, очень похоже, очень естественно получилось. – Алексей подбежал к Дине, долго мял ее лицо и рассматривал его с отстраненным видом эстета, словно эксперт устанавливал пол хомячка в стеклянной банке. Динка заметно трусила.
– Не бойся. Все будет хорошо. У человека должна быть мечта. Вот я и мечтаю. Найду модель всей своей жизни. Она должна быть такая э-э-э глэм, э-э-э трэш, э-э-э фрик. Полный отпад. Суперстерва. Люблю стерв, от них мурашки по спине бегают. Хочется дать им в руки плетку и выкрикнуть: «Возьми меня силой!». Но ты – не стерва. Ты – тихоня. Но это мы исправим. Мы поднимаем самооценку русской женщины. Вместе с нами она каждый день совершает головокружительное эротическое путешествие!