Огни Небес
Шрифт:
Как ни странно, Белоплащников на многолюдных немощеных улицах оказалось даже больше, чем в Мардецине. Много больше. Да и других солдат хватало — в кольчугах и стальных конических шлемах, на их синих плащах красовались Звезда и Чертополох Амадиции. Должно быть, где-то неподалеку стояли их гарнизоны. Судя по всему, особой любви к Белоплащникам королевские солдаты не питали, а те отвечали им взаимностью. Вдобавок и те и другие ходили так, будто солдат, носящих иные цвета, для них не существовало. Подчас вояки обменивались такими вызывающими взглядами, что казалось, вот-вот блеснут обнаженные мечи. У некоторых из облаченных в белые плащи солдат эмблема солнечной вспышки была наложена на кроваво-красный пастырский крючковатый посох-ерлыгу. Рука
По большому счету их тут было столько, что у Илэйн засосало под ложечкой. Но светлого времени оставался всего час, и то учитывая, что летом солнце заходит позже. Даже если ехать до полуночи, нет гарантии, что встретится другая гостиница, к тому же столь позднее отправление в путь может привлечь внимание. Кроме того, есть причина сегодня остановиться на ночлег пораньше.
Илэйн переглянулась с Найнив, и чуть погодя та кивнула:
— Надо остановиться.
Когда карета остановилась перед «Светом истины», Джуилин спрыгнул наземь и распахнул дверцу. Найнив с почтительным выражением лица ждала, пока тот, подав руку, помогал Илэйн спуститься. Правда, Найнив успела улыбнуться — хорошо уже то, что она опять не впала в угрюмость. Кожаная сума, которую она повесила на плечо, казалась несколько несообразной, но, как надеялась Илэйн, не слишком неуместной. Теперь, когда Найнив вновь обзавелась запасом всяких целебных трав и мазей, она и на минуту не хотела выпускать свое богатство из виду.
При первом взгляде на вывеску — многолучевое золотое солнце вроде той эмблемы, что красуется на одежде у Белоплащников, — Илэйн пожалела, что «кабанолошадь» не разнесла вместо той гостиницы эту. По крайней мере, позади этой эмблемы не багровела пастырская ерлыга. Около половины посетителей в общем зале щеголяло снежно-белыми плащами, на столах перед ними стояли боевые шлемы. Девушка глубоко вдохнула и собралась с силами, чтобы не развернуться и не убежать.
Если позабыть о солдатах, гостиница ей приглянулась. Высокие потолки из гладких балок, темные отполированные панели. Большие неразожженные камины украшены свежесрезанными зелеными веточками, из кухонь плыли вкусные запахи. Приветливые девушки-прислужницы в белых фартучках сновали между столами с подносами, на которых стояли тарелки с едой, вино, эль.
Появление леди в такой близи от столицы не вызвало особой суматохи. Или дело было в соседстве городка с тем поместьем на холме. Несколько человек взглянули на Илэйн; куда более заинтересованно рассматривали «горничную», хотя Найнив, поймав на себе любопытствующие взоры, немедленно нахмурилась, приняв строгий, неприступный вид, и все скоро отвернулись к своему вину. Похоже, Найнив считает злодеем всякого взглянувшего на нее мужчину, даже если тот ничего не говорит и смотрит на нее вовсе не с вожделением. Иногда Илэйн терялась в догадках, почему же тогда Найнив не носит менее облегающие платья. Ей пришлось изрядно потрудиться, чтобы простое серое платье сидело на подруге как влитое. А когда дело дошло до тонкой работы и рукоделия, выяснилось, что в обращении с иголкой Найнив безнадежна.
Хозяйка гостиницы, госпожа Джарен, оказалась пухленькой особой с длинными седыми кудряшками, теплой улыбкой и пытливыми глазами. Илэйн заподозрила, что та с десяти шагов способна углядеть обтрепавшийся подол или похудевший кошель. Несомненно, смотр гостьи прошли, поскольку хозяйка громко рассыпалась в приветствиях и поинтересовалась, держит ли леди путь в Амадор или направляется оттуда.
— Оттуда, — слабым, но надменным тоном ответила Илэйн. — Городские балы — одно удовольствие, и король Айлрон весьма мил и привлекателен, как о нем и говорили. Что, кстати, не всегда для королей справедливо. Однако мне надо вернуться в имение. Мне нужна комната — для меня и Наны. И пристройте куда-нибудь моих лакея и кучера. — Подумав
— Разумеется, миледи, — промолвила пухленькая хозяйка. — Для вас есть комната. Только вот вашим людям придется ночевать на конюшне, на сеновале. Сами видите, народу у меня многовато. Вчера труппа бродяг привела каких-то ужасных громадных зверей. Один чуть напрочь не порушил «Королевского пикинера». Бедняга Сим разом лишился половины постояльцев, а то и больше. Вот они ко мне и перекочевали. — В улыбке госпожи Джарен было куда больше довольства, чем сострадания. — Однако одна комнатка у меня найдется.
— Уверена, она подойдет. Если вы пришлете легкой закуски и воды, с дороги умыться, то, пожалуй, я пораньше отдохнуть лягу. — В окна еще светило солнце, но девушка изящным движением прикрыла ладошкой ротик, будто сдерживая зевоту.
— Конечно, миледи. Как вам будет угодно. Сюда.
По-видимому, госпожа Джарен считала, что ей положено развлекать гостью беседой, сопровождая ту на второй этаж. Она безостановочно трещала о том, какой нынче наплыв народу и просто чудо какое-то, что у нее еще осталась комната, о тех бродягах с их зверьем, о том, как их гнали вон из городка, — и скатертью дорога! — обо всех знатных особах, останавливавшихся за все эти годы в ее заведении, однажды заезжал даже сам лорд Капитан-Командор Детей Света! Да, вот только позавчера проезжал Охотник за Рогом. Направлялся он в Тир, где, говорят, Тирская Твердыня, будто спелое яблоко, пала в лапы какого-то Лжедракона. И разве не ужасное злодеяние, что мужчины вообще способны на такое?
— Надеюсь, никогда его не отыщут. — Седые кудряшки хозяйки сокрушенно закачались.
— Рог Валир? — промолвила Илэйн. — А почему так?
— Ну, миледи, если его найдут, значит, близится Последняя Битва. Темный рвется на волю. — Госпожа Джарен задрожала. — Ниспошли Свет, дабы Рог так никогда и не нашли. Тогда ведь и Последней Битвы не случится, правильно?
М-да, любопытная логика. На такой довод, похоже, ничем не ответишь.
Спальня оказалась небольшой, если не сказать тесной. Две узкие кровати под полосатыми покрывалами по сторонам окна, выходящего в переулок, оштукатуренные стены, а на пятачке у двери еле можно разойтись. Между кроватями притулился столик с лампой и трутницей, на полу лежал малюсенький коврик в цветочек, а довершал обстановку умывальник с маленьким зеркалом над ним. Все было чистенько и отполировано до блеска.
Хозяйка взбила подушки, одернула, разгладила покрывала и сказала, что перины набиты лучшим, мягчайшим гусиным пухом, что слуги миледи могут занести ее сундуки по задней лестнице и что здесь очень уютно, а ночью, если миледи откроет окошко и оставит в двери щелочку, будет очень приятный сквознячок. Можно подумать, Илэйн заснет, открыв дверь в коридор, где ходят все кому не лень. Прежде чем Илэйн удалось выпроводить госпожу Джарен, явились две девушки в передничках. Они принесли вместительный синий кувшин с горячей водой и большой лакированный поднос, накрытый белой тряпицей. Под салфеткой угадывались очертания кувшина с вином, двух кубков и еще чего-то.
— По-моему, она думала, что мы вполне можем отправиться в «Королевского пикинера», пусть там и дыра в стене, — промолвила Илэйн, наконец плотно затворив дверь. Оглядев комнату, девушка поморщилась: для сундуков места совсем не оставалось. — И я все равно не уверена, не стоит ли нам так поступить.
— Я не храплю, — натянуто произнесла Найнив.
— Конечно, нет. Но надо же было что-то сказать.
Найнив громко прочистила горло, но сказала лишь:
— Рада, что я очень устала — так и клонит в сон. Не считая корня вилочника, я у этой Макуры не отыскала никаких известных мне трав, которые помогают уснуть.