Огни Небес

Джордан Роберт

Разрисованная повязка Уно, его лицо со шрамом, хохолок на макушке и меч за спиной вызвали небрежные кивки Петры и нескольких Шавана, а Муелин заметно вздрогнула. Уно появлялся здесь самолично каждый вечер, хотя сообщить ему было нечего. Его появление днем наверняка означало нечто иное.

Как обычно, завидев Бергитте, Уно ухмыльнулся и нарочито выпучился своим единственным глазом на ее открытую грудь. Как обычно, она заулыбалась ему в ответ и лениво смерила шайнарца от макушки до пят оценивающим взглядом. Впрочем, сейчас Найнив впервые ничуть не трогало, сколь предосудительно та себя ведет; и она тут же спросила:

— Есть корабль?

Ухмылка Уно растаяла.

—

Есть растрек... э-э... корабль, — угрюмо отозвался он, — если у меня получится вас целыми и невредимыми до него довести.

— О беспорядках нам уже известно. Наверняка с пятнадцатью шайнарцами нам ничего не грозит.

— О беспорядках вам известно, — пробормотал Уно, оглядывая Тома и Джуилина. — А вы знаете, что прок... что люди Масимы сражаются на улицах с Белоплащниками? Вам известно, что он, чтоб его пере... что он приказал своим людям предать Амадицию огню и мечу? За трекл... э-эх! За реку уже несколько тысяч переправилось.

— Может, оно и так, — твердо промолвила Найнив, — но я надеюсь, что ты сделаешь так, как сказал. Если помнишь, ты дал обещание повиноваться мне. — На последнем слове она сделала легкий нажим и со значением взглянула на Илэйн.

Притворившись, будто ничего не заметила, девушка комкала в руках окровавленную тряпку, обратив все внимание на Уно.

— О шайнарцах мне всегда говорили как об одних из самых смелых солдат в мире. — Бритвенно острые нотки в голосе Илэйн вдруг обрели по-королевски величавый шелк и вкрадчивость. — Когда я была ребенком, мне рассказывали множество историй о шайнарской храбрости. — Она положила ладонь Тому на плечо, но ни на миг не сводила глаз с Уно. — Я очень хорошо их помню. Надеюсь, и всегда буду помнить.

Вперед шагнула Бергитте. Подойдя к Уно, она принялась массировать ему затылок и шею, глядя при этом прямо в его живой глаз. Похоже, зло горящий глаз на повязке шайнарца ничуть ее не пугал.

— Три тысячи лет сдерживать Запустение, — нежно проворковала она. Нежно! Два дня минуло, как она таким голосом с Найнив разговаривала! — Три тысячи лет, и никогда они не отступали ни на шаг, если он не был десятикратно взыскан кровью. Может, это и не Энкара и не Ступень Соралле, но я знаю, на что способны шайнарцы.

— Ты что, — пробурчал шайнарец, — все растреклятые предания Пограничных Земель перечитала?

И тут же он вздрогнул и глянул на Найнив. Нет, надо непременно указать ему, что она никаких бранных слов не потерпит. Похоже, Уно не до конца уяснил, чего она от него требовала, однако с явными оговорками шайнарца в прежнем духе вряд ли есть способ бороться, да и Бергитте ни к чему так хмуро на нее смотреть.

Уно меж тем обратился к Тому и Джуилину:

— Может, вы с ними поговорите? В конце концов, они-то не распрок... э-э... не глупы.

Джуилин всплеснул руками, а Том громко рассмеялся:

— Ты когда-нибудь встречал женщину, которая прислушается к разумным доводам, если сама она того не желает? — Менестрель крякнул, когда Илэйн с силой отодрала компресс и принялась промакивать его разбитую голову с несколько большим, чем требовалось, нажимом.

Уно покачал головой:

— Что ж, если меня не надули, то, видимо, еще успеют надуть. Но запомните хорошенько вот что. Люди Масимы нашли судно. Называется оно то ли «Речная змея», то ли как-то вроде. И часу еще не прошло, как оно причалило. Но корабль захватили Белоплащники. Вот потому-то и начались эти маленькие беспорядки. Плохо то, что Белоплащники по-прежнему удерживают пристань. Но хуже всего другое. Масима, вполне может быть, про корабль и позабыл.

Я пошел повидать его, а он ни про какие корабли и лодки и слышать не желал. Талдычил одно: Белоплащников перевешать, а Амадицию поставить на колени перед Лордом Драконом, даже если придется всю страну огню предать. Но он не озаботился сказать все своим людям. Возле реки шел бой, и, пожалуй, там до сих пор еще сражаются. Провести вас через охваченный бесчинством город и без того нелегко будет, но если у причалов продолжится сражение, я ничего не могу обещать. А как мне удастся посадить вас на судно, которое в руках у Белоплащников, и ума не приложу.

Испустив долгий вздох, Уно утер со лба пот тыльной стороной покрытой шрамами руки. На лице его читалась усталость — произнести такую длинную речь без единого проклятия!

На сей раз Найнив могла бы и смилостивиться над ним за подобное достижение — если б не была оглушена свалившимся на нее известием. Говорить не было сил. Должно быть, это совпадение. О Свет, я готова была все отдать за корабль, но не это же я имела в виду. Никак не это! Она не понимала, почему Илэйн с Бергитте уставились на нее. Лица обеих были непроницаемы. Они знали ровно столько же, сколько и она, и никто не предполагал такой возможности. Трое мужчин обменялись хмурыми взглядами, явно понимая: что-то тут происходит, но столь же очевидно не понимая, что именно. За последнее Найнив оставалось лишь благодарить Свет. Куда лучше, когда мужчины не знают всего.

Это просто-напросто совпадение.

Найнив даже обрадовалась, что теперь может сосредоточиться на другом мужчине, который пробирался между фургонов. И она воспользовалась этим предлогом, чтобы отвести взгляд от Илэйн и Бергитте. С другой стороны, при виде Галада у нее душа ушла в пятки.

Вместо белого плаща и сверкающих доспехов на Галаде были простой коричневый плащ и бархатный берет, однако у бедра его по-прежнему висел меч. Прежде Галад не появлялся у фургонов, и его внешность произвела поистине драматический эффект. Муелин непроизвольно сделала шаг ему навстречу, а две стройные акробатки, раскрыв рты, подались вперед. Братья Шавана оказались мгновенно позабыты и потому теперь недовольно насупились. Даже Кларин, разгладив платье, глядела на этакого красавца, пока Петра не вынул трубку изо рта и что-то не сказал. Тогда она наклонилась и со смехом прижала лицо мужа к своей пышной груди. Тем не менее поверх макушки Петры она какое-то время провожала взглядом проходящего мимо Галада.

Найнив же была не в том настроении, чтобы восхищаться привлекательным лицом; и вообще, дыхание у нее едва ли участилось.

— Так значит, это ты? Да? — вопросила она, не успел Галад к ней приблизиться. — Ведь это ты захватил «Речную змею»? Зачем?

— «Речного змея», — поправил Галад, недоверчиво глядя на Найнив. — Ты же просила меня устроить вам корабль.

— Я не просила тебя устраивать беспорядки!

— Беспорядки? — вмешалась Илэйн. — Это не беспорядки. Это война. Вторжение. Все началось из-за этого судна.

Галад спокойно ответил:

— Сестра, я дал Найнив слово. Мой первейший долг — позаботиться, чтобы ты безопасно отправилась в Кэймлин. И Найнив, разумеется. А Чадам рано или поздно пришлось бы сразиться с этим Пророком.

— А ты не мог просто известить нас, что пришел корабль? — устало спросила Найнив. Мужчины и данные ими слова. Иногда это, конечно, достойно всяческого восхваления, но ей стоило бы прислушаться к Илэйн. Девушка ведь говорила, что брат делает то, что считает правильным, — невзирая на то, кому от этого будет плохо.