Огненный лед
Шрифт:
— Четыре минуты, — пробубнил пилот.
Мейсон показал четыре пальца. Никакой необходимости в этом не было, ведь наушники бойцов были подключены к коммуникационной системе вертолета, но он хотел подчеркнуть важность момента. Напряжение висело в воздухе — хоть ножом режь. Казалось, пролетело всего несколько мгновений, и пилот объявил:
— Цель в зоне видимости.
До десантирования оставалось несколько секунд. В последний миг вертолеты резко сбросили скорость, взмыли вверх и зависли по двум сторонам необъятной палубы в районе кормы. Инфракрасные датчики сканировали корабль в
Всякий знает, что именно в этот момент группа десантников наиболее уязвима. Дальнейшие действия «морские котики» репетировали несчетное множество раз. Конец закрепленного на лебедке троса диаметром пять сантиметров спустили на палубу, а бойцы натянули прочные перчатки. Мейсон стал в проеме, покрепче ухватился за трос и прыгнул. Натренированные долгими упражнениями мышцы легко замедлили контролируемый полет уже у самой палубы, и он быстро откатился в сторону, чтобы не мешать следующему.
За полторы минуты обе группы десантировались на судно. Едва приземлившись, бойцы выбрасывали перчатки. Первые четверо «котиков» расположились по периметру зоны высадки, и каждый следующий занимал позицию, защищая остальных. Вертолеты отпрянули в сторону, словно напуганные стрекозы, и зависли по бокам, в паре сотен метров от объекта, ожидая известий.
Мейсон огляделся и с радостью отметил, что сапер Джо Бэрон высадился благополучно. Лейтенант и сам умел обращаться со взрывчаткой, но Бэрон — настоящий профессионал. Мейсон вытащил из-за пазухи химический фонарь и чуть согнул полимерную трубку, которая тут же загорелась холодным голубым светом. Он помахал фонарем, показывая второй группе, что все в порядке. Через мгновение с другого борта ответили тем же. Пока они обшаривают судно, радиопереговоры было решено свести к минимуму.
Мейсон снова достал телефон.
— «Омега-три». Нахожусь в зоне высадки. Противника не наблюдаю. «Омега-два», ответьте.
— «Омега-два» в зоне высадки. Врагов нет — всем привет.
— «Омега-один». Действуем по плану и завязываем со стишками.
— Вас понял, — отозвался Луис, и Мейсон подумал, что тому, наверное, страшно хочется добавить: «Пора по коням».
— «Омега-три». Все в порядке.
Мейсон скомандовал «вперед». Обе группы разбились на два отделения. Одно занимало позицию, прикрывая стремительный бросок второго. Затем отделения менялись ролями и таким образом, словно играя в чехарду, довольно быстро продвигались вдоль бортов.
Через несколько минут обе группы соединились на носу судна. Заместителя Мейсон отправил разбираться с надстройкой и мостиком, а своих бойцов повел на нижние палубы. Точно так же, двумя отделениями, они в быстром темпе продвигались по трюмам и коридорам, пока не наткнулись на заваренную дверь. Раз туда не войти, то и наружу никто не выберется. Готовые к бою «котики» ворвались в машинное отделение. Никого: ни механиков, ни мотористов. Двигатели, впрочем, работали исправно.
В наушнике прошелестело:
— Надстройка. Осмотрели каюты офицеров и экипажа. Постели застелены. Никого. Жутковато.
— Машинное отделение. Все двигатели работают, и тоже никого.
Они двинулись дальше, но так и не встретили ни души. Обшарив каждый угол, бойцы
— Лейтенант, срочно поднимитесь на мостик, — передал по радио заместитель.
Мейсон быстро повел бойцов наверх. «Котики» из второй группы тем временем заняли позиции на палубах надстройки и крыльях мостика.
— Нашли что-то? — спросил он у бойца с помповым ружьем.
— Нет, сэр.
Мейсон шагнул в рулевую рубку, где его ждал командир второй группы со своими людьми. На первый взгляд ничего необычного.
— Что здесь?
— В том-то и дело, что ничего, сэр. И никого.
В голубоватом свете мониторов, окруженный мигающими цифровыми индикаторами, Мейсон вдруг понял: кроме них, на этом исполинском корабле нет ни души.
«Омега-два» и «Омега-три» вышли на связь. Луис и Кармайкл рапортовали, что «Атаман II» и «Атаман III» тоже покинуты командой. Разговаривая с ними, Мейсон почувствовал, что судно сбавляет ход. Он подбежал к большому окну, откуда было видно всю верхнюю палубу, и стал вглядываться в темноту. Что-то происходит. Ему показалось, что судно поворачивает.
— Лейтенант! — крикнул один из бойцов. — Посмотрите сюда.
Он стоял у большого монитора, на котором красовалось что-то вроде мишени. Значок корабля находился чуть сбоку от ее центра. В данный момент он поворачивался, направляясь к точке, от которой расходились концентрические круги. По бокам от него мигали красные огоньки. Мейсон сразу понял: судном управляют из другого места.
Он приказал заместителю оставаться на мостике, вертолетам велел садиться, а Джо Бэрону и всем бойцам, кто имел дело со взрывчаткой, — собраться в носовой части палубы. Связавшись с «Омегой-два» и «Омегой-три», Мейсон отправил их выполнять главную задачу: обезвредить заряды. Скатившись по лестнице, он снова повел группу вниз. Ботинки Бэрона и остальных бойцов грохотали за спиной. Вскоре они добрались до заваренной двери.
Сверившись с планом судна, Мейсон убедился, что перед ними — вход в отсек, где размещен заряд. Бэрон мигом прилепил на дверь брикеты взрывчатки, воткнул в тестообразную массу детонаторы и, разматывая шнур, скрылся за углом. Мейсон и остальные бойцы отошли на безопасное расстояние и присели, закрыв руками уши. Бэрон нажал кнопку на пульте управления, и по коридору прокатилось эхо глухого удара. Когда группа подбежала к еще дымящейся двери, в самом ее центре красовалось квадратное отверстие с неровными краями. Тощий как угорь Бэрон без труда протиснулся внутрь. Остальные передали ему свою амуницию, а затем тоже пролезли в дыру. В темноте заплясали лучи фонариков, потом кто-то нашел выключатель, и помещение залил яркий свет.
«Котики» стояли на платформе, в центре которой имелось прямоугольное отверстие. С потолка свисала сигарообразная бомба. От стен к ней, словно заботливые руки, тянулись порталы кранов. В полной тишине бойцы ошеломленно разглядывали гигантский цилиндр, поблескивающий в ярком свете.
— Внимательно! Не время ворон считать! — рявкнул Мейсон.
Бэрон провел рукой по корпусу и осмотрел паутину проводов и шлангов, что спускалась из отверстия в потолке. Он шумно вздохнул.
— Никогда такого не видел.