Огненный колосс
Шрифт:
Реакция Таранова на последние слова начальника была такая же, как и у того несколько ранее. Майор присвистнул, невольно воскликнув:
— Ни хрена себе! Извините, Юрий Федотович. Вырвалось невольно! Это ж сколько денег стоит столько золота?
— Много, Женя, но подсчитывать некогда! МВД запросило помощь, но это и так, по сути, наша работа. Сколько у тебя сейчас человек в строю?
— Со мной — тридцать!
— Офицеры?
— Я и Шмелев!
Секундное молчание Скорикова. Генерал принимал решение. И делал это быстро, как на войне:
— Собирай людей, Женя, экипировка — полная, боевая, я свяжусь с вертолетной эскадрильей
— У матросов, товарищ генерал…
— Вот и хорошо, работай!
Таранов положил трубку, вышел в коридор, прошел в комнату дежурного по бригаде, приказал тому:
— Старлей! Поднимай мой отряд, посыльных ко всем! Построение в парке в полной экипировке через двадцать минут, ровно в 6-00. Да, пусть мое оружие с собой возьмут. Два «ЗиЛа» по тревоге на выезд, маршрут на Переславль в десантный полк! Я прибуду непосредственно в парк! Все, выполняй! Отметь у себя, это приказ генерала Скорикова!
— Есть, товарищ майор!
Старший лейтенант бросился к пульту связи с подразделениями бригады, а Таранов совершил обратную, в общежитие, пробежку.
В своей комнате быстро переоделся в бронированный костюм, надел прочные, но легкие берцы — высокие десантные ботинки. Сверху облачился в камуфляж. Проверил, на месте ли боевая аптечка, пистолет и радиостанция. Офицерам боевых подразделений разрешалось иметь постоянно при себе названный арсенал. Надел полуперчатки и, взяв в руки специальный шлем, выскочил на улицу, бросив в окошко дежурной по общежитию ключ от своей комнаты.
Дежурная, молодая женщина, жена лейтенанта, только что прибывшего в бригаду, проводила странного офицера недоуменным взглядом. Для нее, впервые заступившей на дежурство, было такое поведение в диковинку. Это чуть позже она привыкнет к тому, что офицеры общежития могут сорваться с места в любое время суток, а пока она в окно удивленно провожала убегающего в сторону парка боевых машин майора. Затем, пожав плечами, повесила ключ на крючок.
Таранов прибыл в парк, когда его усеченное на этот раз ровно вдвое подразделение уже стояло, построившись в две шеренги, у прогревающих двигатели «ЗИЛов». Капитан Шмелев тоже уже находился на месте. Он подал команду «Смирно», собираясь доложиться. Майор остановил его:
— Отставить! Где мой ствол?
Сержант вышел из строя, протянул командиру его штатный «АК-74» с заряженным подствольным гранатометом и подсоединенными, сдвоенными, сорокапатронными магазинами. Таранов был краток:
— Так, ребята, убываем в Переславль. Задачу получим по прибытии. Но готовить себя к полному боевому применению. Ничего не забыли? Нет? Вот и хорошо! Первая шеренга на первый «ЗИЛ», вторая, соответственно на второй. К машинам!
Бойцы запрыгнули в кузов, опустив тент, офицеры заняли места в кабинах.
Таранов посмотрел на молодого водителя роты материального обеспечения, спросил:
— Давно рулишь, водила?
— Второй год пошел, товарищ майор! — не без достоинства ответил парнишка лет двадцати.
— Ну, тогда, к черту все инструкции о движении со скоростью до 40 км/час, дави на гашетку… только
— Есть, товарищ майор!
Машины вышли из парка, объехали военный городок, выехали на дорогу, ведущую в город.
Убедившись, что солдат ведет машину уверенно, колонна не разрывается, Таранов развернул планшет. Оценил место, где, по информации Скорикова, могло быть совершено нападение на золотую колонну. Прикинул, какими силами и вооружением удалось остановить далеко не беззащитный, состоящий из двадцати с лишним вооруженных и подготовленных охранников конвой. Причем конвой, где двенадцать человек находились под защитой брони, выдерживающей прямой выстрел противотанкового гранатомета. Майор имел представление о специальных машинах, используемых для перевозки столь ценного груза. Так кто же мог остановить их? Хотя просто остановить колонну не составляло труда, достаточно пробить скаты у броневиков и уничтожить сопровождение, но опять-таки даже для этого требовались немалые силы и специальное вооружение. И останавливали колонну не для того, чтобы продемонстрировать свою силу. Останавливали ее, чтобы завладеть грузом. Просчитывали план захвата и нашли способ захватить золото, раз начали действовать. Что же это за способ и кто его придумал? Но сейчас об этом думать рано, надо связаться с неким Фроловым.
Таранов включил специальный прибор кодированной связи, не подлежащей перехвату, запросил:
— УВД? Я — офицер подразделения спецназа Службы по борьбе с терроризмом, майор Таранов! Как слышите?
— Спецназ! Дежурный по УВД слышит вас хорошо!
— Мне нужен майор Фролов!
— Минуту!
И тут же другой голос:
— Я — майор Фролов!
— Майор Таранов, очень приятно, коллега! Докладываю, мой отряд в тридцать человек выдвигается на площадки вертолетной эскадрильи местного парашютно-десантного полка! Желательно встретиться там. Мне нужно в полной мере знать обстановку и конкретную задачу!
— Понял тебя, Таранов! Немедленно выезжаю в десантный полк!
Таранов отключился.
Передал радиостанцию дежурному по УВД и майор Фролов, сказав:
— Я в десантный полк! Машину, срочно!
Дежурный вызвал второй резервный патрульный экипаж. Личному составу наряда приказал остаться при управлении, водителю подать «УАЗ» к воротам внутреннего двора и поступить в распоряжение майора из Москвы.
— Что еще? — спросил дежурный.
— Пока все! Я поехал, а вы тут доложите своему генералу о ЧП, хотя он уже в курсе всех событий, но таков порядок, и отправьте ОМОН в район возможного захвата груза. Мне нужно знать точную и реальную обстановку!
Пока два «ЗИЛа» с отрядом спецназа и милицейский «УАЗ» с ответственным офицером спецотдела МВД двигались в десантный полк, передовая разведывательная группа местного ОМОНа, полчаса назад уже поднятая по тревоге личным распоряжением начальника УВД, выйдя из машин у поворота на новую трассу, пробиралась кустами вдоль старой дороги. Они двигались к участку, откуда прервал свой доклад ранее высланный сюда наряд патрульно-постовой службы.
Несмотря на естественные препятствия, бойцы Отдела милиции особого назначения, разделившись на две группы, по пять человек в каждой, пустив вперед на длинном поводке натренированных на мины и растяжки овчарок, довольно быстро продвигались вперед, сохраняя эфирное молчание.