Огненный дождь
Шрифт:
– Чего оглядываешься, – буркнул Ворон, – пути не будет.
– Да вот, – Слепой отвернулся, – вроде уходим. Просто отошли от дома. Неромантично как то.
– Романтик, – хмыкнул Ворон, – в детстве много сказок слушал! Идем себе и идем.
Выжженные холмы вскоре заслонили черную кляксу туннеля. Солнце припекало все сильнее, одежды путешественников давно сменили свои цвета на грязно-серый цвет. Слепой уже пару раз думал приложиться к бурдюку с водой, но каждый раз останавливался. Не дело это, пить воду в получасе ходьбы от дома. Глаза страшно болели, жажда терзала горло, но Слепой старался этого
Через два часа Слепой почувствовал, что ноги его подгибаются, он упал на колени и прохрипел:
– Ворон, я не могу больше не могу!
Следопыт медленно подошел к нему, подхватил под мышки и, легко приподняв, оттащил в тень ближайшего холма.
– Я выдохся, – Слепой откинулся на спину и замер, наслаждаясь чувством полного покоя в натруженных ногах.
– Ничего, – сказал Ворон и прилег рядом, – втянешься!
– Да я, наверно, с этого места до вечера не сойду, – Слепой прикрыл глаза.
– До вечера мы должны дойти до заброшенного Дома. Специальный такой дом. Наружный. Раньше там люди жили, до Войны. А потом стали строить настоящие Дома. Под землей, – Ворон аккуратно вынул из сумки кожаный мешок, наполненный водой, и сделал маленький глоток.
– Знаю, – лениво отозвался Слепой, доставая свой бурдюк, – это называлось не Дома, а Города. Некоторые были очень большие. Во много раз больше, чем наше убежище.
Сделав маленький глоток, Слепой просмоленной веревкой бережно завязал горлышко кожаного мешка и упрятал его в сумку.
– Знаешь, Ворон, мне Седой говорил, что раньше, до войны, люди пили воды раза в три больше, чем сейчас.
– Почему?
– Ну, воды было много, вот они и пили. А потом воды стало мало, и люди потихоньку приспособились. Седой говорил, что с нашим обычным бурдюком в два литра человек и недели не протянул бы в пустыне.
– Да ладно, – Ворон осмотрел свой бурдюк, взвесил его на руке, – неделю бы протянул.
– Ну, не знаю, люди все разные, – Слепой откинулся на спину, – может, кто и протянул бы.
– Поднимайся! – отозвался Ворон.
– Да ты что, я еще не отдохнул!
– Я пошел, а ты как хочешь, – Ворон легко поднялся на ноги и размеренно зашагал на юг. Слепой с тоской посмотрел ему вслед. Когда следопыт отошел на два десятка шагов, Слепой понял, что это не шутка (в чем он себя убеждал) и со стоном поднялся на ноги.
Стемнело рано. Прохлада мягким покрывалом ложилась на измученную солнечными лучами землю. Стало холодно, ветер пронзал легкие одежды, словно кинжал. Солнце давно скрылось за горизонтом, лишь где-то вдалеке умирал огненный закат. Следопыт не останавливаясь шел вперед. Подросток тащился позади, едва переставляя ноги. Пыль забивала ему нос и дышать было тяжело. Когда солнце коснулось своим огненным краем дальнего холма, Слепой остановился и крикнул, напрягая пересохшее горло:
– Ворон, долго еще идти? Может, отдохнем?
Следопыт остановился и повернулся к подростку.
– Вон за тем холмом, – ответил он, уверенно ткнув рукой в дальний холм. Затем он резко повернулся и снова зашагал по выжженной земле. От каждого
Слепой сглотнул пересохшим горлом и промолчал, хотя это был уже десятый холм, за которым «должен быть заброшенный Дом». Но на этот раз, к удивлению Слепого, именно из-за этого холма и появился заброшенный Дом. Это был небольшой Дом, несколько трехэтажных зданий, стоящих кружком, – весь он уместился бы в половине настоящего Дома, что находился посреди подземного убежища. Слепой непроизвольно ускорил шаг, стремясь поскорее увидеть то, о чем он читал в рассыпающихся от ветхости книгах. Ничего особенного он не увидел. Старые каменные дома в три этажа были почти полностью разрушены. Правда, кое-где сохранились и перекрытия, и стены, и железные наружные лестницы.
– Не торопись, – Ворон схватил за рукав Слепого, который почти обогнал своего проводника.
– Там может быть что угодно, – продолжил Ворон, снимая с плеча винтовку, – держись позади. Если я начну стрелять, падай.
Слепой вытащил из-за пояса свой самодельный нож и, крепко сжав его в сухой ладони, пропустил Ворона вперед. Так они и шли, молча, стараясь не шуметь. Когда следопыт резко остановился, Слепой вздрогнул всем телом и чуть не выронил свой нож.
– Все! – резко сказал Ворон, – все спокойно, можно устраиваться на ночлег.
Слепой облегченно вздохнул и заткнул нож за пояс, причем едва не вспоров себе бок. Ворон тем временем осматривался по сторонам, выглядывая подходящее местечко для ночлега. Они стояли посреди небольшой площади между двух каменных домов, от которых остались одни стены. Перекрытий между этажами не было, лишь на каждом доме было по паре железных лестниц, прилепившихся к наружным стенам. По всей площади валялись куски тряпья, ржавое железо. Ветер лениво шевелил обрывки выцветшей бумаги, иногда перенося мелкие клочки от одной кучи мусора к другой. Вместо земли под ногами была какая-то непонятная крошка из черного камня.
– Асфальт!! – Слепой нагнулся и схватил маленький черный камешек, который крошился в руках, – смотри, Ворон, это асфальт!!!
– Ну и что, – отозвался следопыт, вытаскивая из груды мусора железный куб, у которого не хватало одной стенки. Он был закопчен – по-видимому, внутри него не раз разжигали костер.
– Да ты что, я столько про него читал, – восторгался Слепой, – дома-то, я себе мог представить, а асфальт – нет!
– Помоги лучше, – проворчал Ворон, пытаясь приподнять куб, – я его приподниму, а ты подсунь под него вон ту деревяшку.
Ворон рывком приподнял куб до колен, а Слепой ногой подсунул под него приличный кусок дерева.
– Ну вот и все! – отряхивая ладони сказал Ворон, – теперь марш за дровами.
– За какими дровами?– удивился Слепой.
– За деревянными, – съязвил следопыт, – идешь по улице и поднимаешь деревяшки. Когда наберешь побольше, идешь обратно. И не заходи в дома. Там ничего нет, а обвалиться эти стены могут запросто.
Слепой с сомнением потрогал пальцем рукоятку своего ножа и устало побрел по улице, высматривая дерево и заодно глазея по сторонам. Когда он вернулся с охапкой деревянных обломков, в кубе уже пылал огонь, а Ворон нанизывал на толстую проволоку куски свежего мяса.