Огненный дождь
Шрифт:
Следопыт услышал сразу. Он сел на землю все так же не оборачиваясь и стал ждать, пока Слепой доплетется до него.
– Ворон, – прохрипел Слепой, падая на колени за спиной следопыта, – а ты не заметил, что дорога-то из желтого кирпича кончилась?
– Где? – Следопыт обернулся. Шерсть на его щеке стала еще гуще, но Слепой решил не замечать этих зловещих изменений.
– Да вот, я тебе и крикнул, когда она кончилась, чтоб ты подождал.
– Пошли! – Следопыт вскочил на ноги и как ни в чем не бывало, пошел по своим следам назад.
–
Следопыт внимательно смотрел под ноги, разгребая изредка носком сапога землю. Он помогал себе железным прутом, прихваченным еще из заброшенного городка. Найдя то место, где желтая дорога, засыпанная землей обрывалась, следопыт опустился на колени и принялся ожесточенно взрыхлять землю руками.
– Кончилась, – презрительно фыркнул он через минуту, – просто резко повернула!
Слепой подобрал железный прут, брошенный следопытом и теперь стоял рядом, опираясь на него, как на костыль.
– Лучше скажи, как воду будем добывать?
Следопыт поднялся.
– Пошли!
– Куда! – застонал Слепой, – а как же вода?
Следопыт отобрал у него прут и спокойно пошел дальше, изредка тыкая прутом в землю. Подросток тащился следом, осыпая проклятьями жару и следопыта. Минут через пять следопыт остановился у подножья холма, который был значительно больше остальных. Высотой он был метров десять и давал приличную тень, в которой и стояли путешественники.
– Здесь! – спокойно сказал Ворон и бросил прут Слепому, – рой!
– Чего? – изумленно протянул подросток.
– Копай, говорю, – ответил следопыт, доставая из сапога свой нож. Он присел на корточки и стал неторопливо ворошить рассыпчатые комья сухой земли. Нехотя Слепой поднял штырь и ударил в склон. Не прошло и пяти минут как Слепой выругался и бросил железяку.
– Так мы ни фига не найдем! – крикнул он и сел прямо на землю.
– Найдем, – сквозь зубы прошипел Ворон, продолжая расширять яму, – найдем!!!
Его нож уперся во что-то твердое. Ворон сунул его за голенище и принялся раскидывать осыпающуюся землю руками.
– Помогай, Слепой! Кажется, я что-то нашел!
Совместными усилиями они очистили от земли здоровенный проклепанный кусок металлической плиты.
– Это запасной вход, – Ворон вытер пот со лба грязной рукой, – все как и говорил Черный. Правда, засыпало маленько.
– Откуда ты знаешь, что это заброшенное убежище, и что внутри него есть Дом? Может, он давно развалился от старости и его засыпало. Или внутри живут.
– Нет! – Ворон сел на колени, – здесь только одно такое место. А после Черного не мог он развалиться – рано. И не живут там. А то бы нас давно прихлопнули. Вокруг нашего убежища, например, не погуляешь.
Ворон отложил нож и принялся выгребать раскрошенную землю руками, стараясь открыть как можно больше поверхности плиты.
Слепой лег на спину и закрыл глаза. Было жарко, хотелось пить, и пыль покрывала
– Ты чего разлегся? – Ворон продолжал разгребать руками землю.
– А что?
– Давай карту рисуй. И напиши точно, сколько шли, куда шли. Обязательно про обезьяну напиши.
Слепой приподнялся и принялся лениво ковыряться в сумке. Затем он выругался – запас бумаги и чистой кожи кончился. Половину запаса Слепой потратил на то, что бы остановить кровь из ран Ворона, а оставшиеся листы и клочки были исписаны с обеих сторон.
– Давай, давай! – прикрикнул на него Ворон – пиши на чем есть! Это самая важная надпись в твоей жизни!
Слепой вздохнул и вытащил из сумки дневник Тома. Подросток знал – если сейчас угольком нацарапать на бумаге текст, то потом его можно будет легко стереть. Слепой выбрал первый лист дневника – он прочитал, что на нем было написано, вроде ничего особо важного там не было. Можно и почирикать угольком. А вот на тех листах, что он не смог прочесть, писать не стоило – вдруг там что-то ценное.
Подросток расстелил лист дневника на колене и принялся чиркать по нему крошащимся углем. Постепенно это занятие его увлекло, и он высунув кончик языка, принялся в красках описывать бой Громилы с чудовищем. Когда он дошел до места, где Ворон начал обрастать волосами, то остановился в нерешительности и внезапно понял, что не слышит шороха земли. Обернувшись, он увидел, что Следопыт стоит на коленях и внимательно разглядывает свои руки. Невольно подросток бросил взгляд на измазанные землей руки следопыта и вздрогнул. Правая рука полностью заросла бурыми волосами. Ногти уже заметно удлинились и стали загибаться. Ворон взглянул на лицо подростка и рывком поднялся на ноги.
– Знаешь, Слепой, – сказа он дрогнувшим голосом, – а ведь у Черного, если верить Сыщику, были темно-карие глаза. Почти черные.
Слепой медленно спрятал в сумку кусок кожи и тоже встал. Он понял, на что намекал Ворон: такое зрелище как глаза чудовища не забываются. Они стояли, рассматривая друг друга и молчали. Ветер поднимал клубы пыли и, они завивались вокруг сапог путешественников маленькими вихрями. Первым не выдержал Ворон.
Он рывком скинул с плеча винтовку и щелкнул затвором словно проверяя готовность. Слепой попятился.
– Написал? – резко спросил следопыт. Слепой кивнул.
Тогда Ворон бросил ему винтовку. Подросток неловко попытался подхватить ее одной рукой но не удержал и выронил. Не отводя глаз от следопыта, Слепой нагнулся и медленно подобрал оружие. Ворон тем временем скинул свою изорванную куртку на землю и поверх нее бросил свой мешок.
– Вот, – сказал он, – забирай!
– А ты? – спросил Слепой не двигаясь.
– Я пойду вперед. Дальше на юг. Не знаю, насколько меня хватит, но ты немедленно забираешь это барахло и отправляешься обратно. Иди быстро насколько сможешь. Дома все расскажешь.