Огненные цветы
Шрифт:
Десять тысяч долларов за каждого.
– В чем дело, мистер Карсон? – осведомился капитан. – Вы так побледнели.
– Нет-нет, сэр, все в порядке. – Карсон поднял бокал с вином. – Позвольте выпить за полковника и миссис О’Нил. Примите поздравления со счастливым избавлением, и пусть это путешествие будет праздником для всех нас.
– Слушайте! Слушайте! Отлично сказано, Карсон.
Уже с первой минуты знакомства что-то в Карсоне настораживало Брайена. Но к его удивлению
– Старик был одним из лучших шкиперов в Ливерпуле. Не женился до пятидесяти лет, пока безумно не влюбился в одну испанскую аристократку из Барселоны. Было в Быке Карсоне что-то от пирата. Можете себе представить, его парни похитили эту высокородную испанку и доставили ему прямо на корабль! Говорят, то еще путешествие получилось. Как все женщины латинской расы, она оказалась настоящей дикой кошкой и чуть глаза старику не выцарапала.
Карсон подмигнул дамам за столом, особенно Равене, так, что Брайену это показалось почти неприличным.
– Но когда они дошли до Ливерпуля, – продолжал рассказчик, – она уже следовала за ним, как домашний котенок. А когда ее влиятельная семья потребовала от короля голову Быка Карсона на пике, она пригрозила покончить с собой. Словом, мужик был что надо.
У Равены глаза так и разгорелись:
– Помнишь, Брайен, я рассказывала тебе – нечто подобное было и у нас в семье. Моя прапрабабка вышла за испанского моряка, которого выбросило на берег во время кораблекрушения в Ирландском море.
Карсон бросил на нее острый взгляд:
– Стало быть, любезная миссис О’Нил, у нас обоих в жилах течет одна и та же горячая испанская кровь.
Брайен готов был уже возмущенно вскочить, но, почувствовав на колене руку Равены, сдержал себя. Равена же холодно улыбнулась Карсону:
– Да не сказала бы. Вы ведь говорите, что ваша бабка следовала за похитителем, как котенок. Ну а окажись на ее месте я, то так и осталась бы дикой кошкой, которая отправлялась с ним из Барселоны.
Карсон вспыхнул и встал из-за стола.
– Прошу прощения, господа, мне надо подняться на палубу: может, небо расчистилось и удастся сделать некоторые вычисления по звездам.
– Не нравится мне этот мистер Карсон, – сказал Брайен, дождавшись, пока тот отойдет.
– Уж не ревнуете ли, полковник? – засмеялась Мэри Свифт. – Ну хоть самую чуточку, а?
– Да упаси меня Бог, миссис Свифт. Просто я ему не доверяю.
– Я тоже, – проворчал капитан Свифт. – Но как первый помощник он свое дело знает, особенно если за ним присматривать.
– А по-моему, он довольно славный, – поддразнила Брайена Равена. – Слегка нагловат, но таких нетрудно поставить на место.
– Ну вот пусть там и остается, – сказал
– Вот видите, Равена, – лукаво заметила Мэри, – полковник и впрямь приревновал вас.
Оказавшись на палубе, Карсон прошел на полуют. Дождь, зарядивший с утра, все не унимался, но сквозь рваные облака уже проглядывали звезды, и барометр пошел наверх.
– Все в порядке, Бенсон? – осведомился Карсон.
– Так точно, сэр. Ветер южный.
– Хорошо. Так держать.
Карсон прошел на корму и, орудуя секстантом, сделал необходимые замеры.
Подошел Джим Бонни, помощник боцмана. В команде он был новичком, этого уроженца Виргинии наняли в Портсмуте.
– Добрый вечер, мистер Карсон. Похоже, погода разгуливается?
– Да вроде бы. – Карсон опустил секстант и посмотрел на помощника боцмана. – Что скажете о наших пассажирах?
– О пассажирке. Ведь вы имеете в виду мисс Белл?
– Нет, я имею в виду миссис Роджер О’Нил и ее шурина, почтенного, то есть, скорее, как раз «непочтенного», полковника Брайена О’Нила. Оба они – шпионы северян, и это именно их разыскивала перед нашим отплытием полиция конфедератов.
– А кто такой полковник О’Нил?
Карсон презрительно скривился.
– Наш новоиспеченный второй помощник капитана Декстер. Капитану все известно. Этот Декстер – такой же второй помощник, как я – королева Великобритании. Ну, что скажете, Бонни? Каково добропорядочному южанину вроде вас выступать в роли сообщника беглых шпионов Севера?
Особым умом Бонни, с четырнадцати лет плававший по морям, никогда не блистал. Сейчас ему исполнилось двадцать восемь, и нельзя было сказать, что он такой уж патриот Конфедерации.
– Да не знаю, что и сказать, сэр. Никогда об этом не задумывался. По-моему, эти двое вовсе не выглядят шпионами.
– Тем не менее это так. Слушайте, Бонни, неужели в вас нет ни капли любви к родине? Сам я из Пенсильвании, но даже мне претит быть участником такого грязного дела.
– Да, наверное, вы правы, мистер Карсон. – Тому удалось все же разжечь в Бонни искру праведного гнева. – Капитан не имел права водить за нос солдат и моряков Конфедерации.
– Скажу больше. Вам известно, что, если бы капитан выполнил свой долг и выдал эту парочку, мы получили бы причитающуюся нам часть премии?
– Что за премия такая?
– По десять тысяч долларов за каждого. Двадцать тысяч – можете себе представить, какая это куча денег, Бонни?
Помощник боцмана завороженно покачал головой. За всю свою жизнь он больше семидесяти пяти долларов, которые выплачивались ему в конце рейса, в руках не держал.
– А ведь мы бы могли разделить эту сумму на двоих. – Карсон огляделся и понизил голос, чтобы, не дай Бог, рулевой не услышал.
– Да, но как вам удастся провернуть это, мистер Карсон?