Огненное сердце
Шрифт:
Со снами всегда было сложно. Ещё подростком я стала замечать, что могу увидеть во сне человека, о котором тоскую. И, как правило, эти картины очень подробно перекликались с явью. Но верить им я не научилась до сих пор. Как можно отличить желаемое от действительного? Этого я не знала. Нужных книг на эту тему я не нашла, а всё, что можно было почерпнуть в библиотеке замка — пустая информация, порой противоречивая.
У Нэла в кабинете, куда я наловчилась попадать тишком, усыпляя стражей, хранилась книга с интригующим названием «Научное обоснование связи снов и пророчеств». Вот только эрл Теор Коин зачаровал эту
Мне не приходилось прикладывать никаких усилий, чтобы Жаник приснился мне. Вот только в те моменты меня всё время что-то будило — на самом интересном месте! Сон обрывался, и реальность обрушивалась на меня, вырывая из желанных объятий. Я тосковала по воеводе… Настолько, что устала убеждать себя в том, что это не больная фантазия. Реальность и опыт подсказывали, что прекрасный принц на деле всего лишь поигрался со мной, как и с множеством других наивных дурочек. А потом забыл. Вспомнилась Аника, и её тоскливое безумие в глазах. Жан умел покорять женщин, чего уж… А потом с такой же лёгкостью находить других. И с чего я решила, что нужна ему? Сколько можно бредить снами? Надежда ещё теплилась, но это были уже остывающие угольки.
С каждым днём Леонелль занимал всё больше пространства в моих мыслях. Это пугало. Он мне нравился, но его внимание было таким же требовательным, как и всё обучение. Нэлу удалось пробудить что-то женское внутри, заставить желать то, чего я боялась больше всего. То, что до сих пор считала мерзким и неприемлемым. И это было совсем иным чувством — не желанием теплоты и нежности, что захлестнули меня, когда Жан пришёл прощаться… Да и не только тогда. С воеводой было спокойно. Как бы я ни боялась его внимания и прикосновений, от него веяло теплом. В это тепло хотелось завернуться, словно в уютный плед, раствориться в нём, забыть о страхах...
К Лео я испытывала иные чувства. Безразличен он мне не был, и это было совершенно точно. Когда он был рядом, то невольно притягивал внимание. Кажется, эрл Теор Коин обладал природным магнетическим обаянием. Каждый раз я замечала неясное волнение и трепет рядом с ним, списывая на страх перед требовательным учителем.
Но был ли это только страх? С ним мне было комфортно и волнительно одновременно. Но его странные взгляды, которые я на себе периодически ловила, теперь представали в несколько ином свете! Как-то я не задумывалась, что он видит во мне не только шкодливую ученицу, прилежно старающуюся выполнять все задания. Ну а что не всё получается — так ведь никто не совершенен!
Я стянула платье. Сиэль отпросилась на вечер, и разбирать ворох синих юбок и шнуровку корсета пришлось самостоятельно. Не велика беда! Я осталась в короткой ночнушке. Тишка по-прежнему занимал большую часть кровати. Пришлось подвинуть его, чтобы самой места хватило. Тиш поворчал, но сопротивляться не стал, а я, чтобы примирить его с происходящим, обняла его, поглаживая пушистого нахала по всей длине.
Он мурлыкал и явно получал немалое удовольствие, попеременно выпуская когти то одной, то другой лапой. В какой–то момент его когти слишком сильно впились в предплечье, оставив глубокие ранки, так, что я подскочила с возмущённым воплем на кровати, отпихивая белое царапучее чудовище! Тишка подскочил вместе со мной и рванул в сторону. По комнате разнёсся треск разрываемой шёлковой
— Тиша, Тиша, стой… — я потянулась к коту, пытаясь его успокоить.
Но он зашипел, выгнув спину, и сделал ложный выпад к протянутой руке. Это стало последней каплей! Я испугалась и обиделась одновременно. Ну всё! Схватив полотенце, с вечера висевшее на спинке кровати, я мстительно вытянула им неблагодарного мерзавца по хребту! Кот взвыл, и мы, сметая учебники, задания, ручки и прикроватный столик, начали метаться по комнате.
— Стой! Наглая морда! Я к нему со всей душой, а он — царапаться! Стой, кому говорю!
— Маау! — заверещала наглая морда и скрылась в ванной.
— А ну иди сюда, милый! — с садистской улыбкой я поманила кота пальцем.
Тишка удивлённо замер, уставившись на меня сапфировыми глазищами. Мило улыбаясь, я сделала два шага в его сторону, но тут он заподозрил неладное.
Вжжжих полотенцем в воздухе! Тазик со звоном врезался в фарфоровую ванну. Кот, скользя и не слишком успешно перебирая лапами по гладкому полу ванной, выдал смешной пируэт и рванул в комнату, прошмыгнув мимо меня белой молнией. Я рванула за ним, грозно потрясая полотенцем. И так вышло, что он вновь метнулся в ванную, гад! А я налетела на дверь лбом! Уйй… Будет шишка… Из глаз брызнули слёзы, по телу пробежали болезненные искры, и оно, тело, предательски обмякло. Я сползла по дверному косяку, держась за голову.
— Доигрались…, — произнесла вслух я.
— Опасная ты женщина, драккери! Для себя в первую очередь, правда…, — донеслось из ванной.
— Это ж надо было так треснуться головой, вот уже и галлюцинации пошли! — простонала я.
За дверью хмыкнули.
— А если галлюцинация тебя попросит немного отползти в сторону?
— Сгинь, проклятый… Я с глюками не разговариваю!
— Кати, отойди. Ты дверь заблокировала, — мягко попросил голос.
Сквозь боль я смутно понимала, что происходит какая-то ерунда. Ну не может же кот со мной разговаривать? Хотя, судя по реакции Сиэль, котик и впрямь непростой. С него вполне станется говорящим оказаться!
— Уййхх…
Голова кружилась, но мне удалось сделать шаг в сторону. Дверь в ванную тут же распахнулась — я едва успела отдёрнуть руку, между прочим! Взвизгнув, я шарахнула по беловолосому глюку увесистым огненным шаром! Он дёрнулся и тут же досадливо отмахнул его в сторону, словно муху. Я не замедлила со вторым, продолжая пятиться. Шишка на лбу пульсировала болью, но сдаваться я не собиралась!
Второй шар постигла та же участь. Сквозь боль я вплела ещё одно заклинание-обманку. Сначала с ладони сорвалась иллюзия шара, а вот за ним полетел боевой! Леонелль присел, пропуская оба над головой.
— Drack-Hassi, может, хватит? Я уже оценил твои способности! Будем считать, что зачёт по боевым заклятиям частично сдан!
Упершись лопатками в стену, я сконцентрировала очередной шар, но запустить не успела — учитель быстро сократил разделяющее нас расстояние и просто впитал ладонью мой шар. Затем осторожно коснулся пальцами моего лба, где уже вылезла шишка. Я зажмурилась, стараясь слиться со стеной.
— Никогда не теряй ориентации в пространстве, грозная моя…
Он говорил насмешливым тоном, за которым просачивались нотки беспокойства.