Огненное море
Шрифт:
— Но куда они нас ведут? — на бегу спросил Эпло. — Мы не свалимся в какую-нибудь дыру, а? Тупика там не будет?
— Я… я так не думаю.
— Ты так не думаешь!.. — фыркнул Эпло.
— По крайней мере, руны не приведут к нам врага, — заявил Альфред, словно бы оправдываясь. Он указал назад. Позади царила тьма, цепочка рун угасла.
Эпло прислушался. Ни голосов, ни шагов действительно слышно не было. Быть может, в конце концов этот дурень Альфред сделал хоть что-то как надо. Может, король решил оставить погоню.
— Либо это
— Если можно… мне бы передохнуть. Подумать, — смущенно проговорил Альфред.
Эпло не хотел останавливаться. Он не думал, что Клейтус вот так просто позволит им уйти, выскользнуть из его рук. Но патрин понимал, хотя и никогда не признался бы в этом, что больше не сможет сделать ни шагу.
— Ну, давай.
Он опустился на пол. Пес свернулся рядом с хозяином, положив лобастую голову на его ногу.
— Следи за ними, малыш, — приказал Эпло, заставив пса повернуть голову и посмотреть на всех находящихся в этом узком туннеле. Кадавр принца остановился и стоял неподвижно, глядя в никуда. Джера металась от одной стены к другой. Джонатан повалился на пол туннеля и закрыл лицо руками. С момента их бегства он не произнес ни слова.
Патрин закрыл глаза, устало подумав о том, хватит ли у него еще сил, чтобы завершить лечение. И возможно ли исцеление, учитывая то, что яд, данный ему, был очень силен…
Пес поднял голову и гавкнул. Эпло немедленно открыл глаза:
— Не ходите никуда, Ваше Высочество. Кадавр принца обернулся. Он направлялся вниз по туннелю. Его целеустремленность немедленно сменилась замешательством.
— Вы не мой народ. Я должен вернуться к своему народу.
— Мы доставим вас туда. Но вы должны быть терпеливы.
Кажется, Эдмунда этот ответ удовлетворил: кадавр снова замер в неподвижности. Но призрак, маячивший у него за спиной, что-то зашептал. Лазар остановился — герцогиня обернулась, словно услышав голос, говорящий с ней.
— Ты этого хочешь? Это будет не слишком приятно! Посмотри на меня! — страшным голосом вскричала она.
— …на меня… — повторило эхо. Однако же, как видно, призрак был преисполнен решимости.
Лазар поднял окровавленные руки и принялся чертить в воздухе вокруг тела принца странные руны. Лицо Эдмунда, до тех пор хранившее выражение покоя смерти, дернулось от боли. Призрак исчез, в глазах кадавра вспыхнула жизнь, губы его зашевелились, словно выговаривая слова, но лишь одно существо в туннеле слышало их.
Лазар обернулся к Эпло:
— Его Высочество спрашивает, почему вы помогаете ему. Его это удивляет.
Эпло попытался взглянуть на лазара, заглянуть в глаза, но понял, что не сумеет сделать этого. Вид крови, стрелы, торчащей в груди, изменяющегося мертвого-живого-призрачного лица был слишком страшен для того, чтобы даже
— Как это может чему-либо удивляться? Это же труп.
— Тело мертво, — ответил лазар, — дух жив. Дух принца — то, что вы видели как призрак — сознает все, что происходит вокруг. Он не мог говорить, не мог действовать. Вот почему полужизнь-полусмерть, в ловушку которой попадаем мы все, так ужасна!
— …ужасна… — откликнулось эхо.
— Но теперь, — продолжал лазар, чье лицо выражало сейчас холодную гордость, — я дала ему, насколько могу, возможность говорить, общаться с другими. Я дала возможность его телу и духу действовать как единое целое.
— Но… мы его не слышим, — слабым голосом проговорил Альфред.
— Нет, его дух и тело слишком долго были разделены. Они воссоединились, но это воссоединение болезненно, как вы и сами можете видеть. Это не продлится долго. Не как со мной. Мои мучения вечны!
— …вечны…
Джонатан застонал, корчась на полу в агонии. Альфред моргнул и открыл было рот, намереваясь что-то сказать, но Эпло заставил его умолкнуть весьма ощутимым тычком под ребра.
— Его Высочество повторяет вопрос: почему вы помогаете ему?
— Ваше Высочество, — проговорил Эпло, обращаясь к принцу — медленно, осторожно подбирая слова, — помогая вам, я помогаю себе. Мой корабль… помните мой корабль?
Кажется, кадавр кивнул.
— Мой корабль, — продолжал Эпло, — находится на другом берегу Огненного Моря, пришвартованный в Гавани Спасения. Теперь Гавань Спасения во власти ваших людей. Я переправлю вас через Огненное Море, если вы не дадите вашим людям напасть на меня и дадите мне возможность выйти из порта.
Кадавр стоял неподвижно — только что-то сверкнуло в мертвых глазах в ответ словам Эпло.
Лазар прислушался, потом сказал с еле заметной усмешкой:
— Его Высочество понимает и принимает условия. «Вот так и провалился мой план оставить здесь герцогиню и ее свихнувшегося супруга, — подумал Эпло. — Она — или, вернее сказать, то, во что она превратилась, — может оказаться чрезвычайно полезной». Он подался вперед и ухватил Альфреда за край одежд:
— Ты до чего-нибудь додумался? Ты знаешь, куда приведут нас эти руны?
— Я… я полагаю, что да. — Альфред понизил голос, взглянул на Джеру. — Но ты понимаешь — ведь она же может разговаривать с мертвыми!
— Да, я понимаю! И Клейтус тоже это поймет, если она попадет ему в руки.
— Эпло потер предплечья; покрытая татуировкой кожа зудела и чесалась. — Мне это не нравится. Кто-то идет. Кто-то следует за нами. И кто бы и что бы это ни было, я не в состоянии драться. Теперь ты должен спасать нас, сартан.
— Теперь я понимаю, — мягко говорил тем временем лазар, обращаясь не то к принцу, не то ко второй половине своего страдающего «я». — Я слышу горечь и скорбь твоих слов. Я разделяю твое страдание, твое отчаяние!