Огненная принцесса
Шрифт:
Гари выругался.
– Черт побери всех миссионеров и их семьи! Ладно, мисс Лэйрд, это будет на твоей совести… У тебя будет лошадь и припасы. Ты сможешь пойти с нами, по крайней мере до гор. Потом можете бродить по предгорьям, сколько вам влезет, и искать своего отца, пока тибетцы не поймают вас.
– Справедливо, – решительно ответила Джоан, совершенно равнодушно говоря о подстерегающей её опасности. Гари приказал своим китайским слугам спешиться. После того как он и Улук осмотрели их багаж, он выбросил несколько пустых бочек для воды и перераспределил
Когда груз был полностью перераспределен, одна из вьючных лошадок осталась без нагрузки. Девушка залезла в седло. Гари внимательно посмотрел на неё, сказав себе, что свалял огромного дурака, взяв её с собой.
Тем не менее он знал, что не сможет просто поехать вперед и оставить её тут на верную смерть.
Когда они поехали дальше, американца нагнал Улук.
– Хан, я слышал, как вы говорили женщине, что мы едем в горы. И без того это будет очень опасное путешествие.
– Почему вы так думаете? – поинтересовался Гари, внимательно наблюдая за монголами. Он ещё не говорил проводнику о конечной цели их путешествия и теперь задумался над тем, как он примет правду, когда её узнает.
– Тибетцы и многие другие народы считают эти горы святым местом, – ответил Улук. – Они не позволят никому пройти дальше предгорий. Потому что считают, что где-то там самое святое место этих гор – тайное царство Кум.
– Ты тоже считаешь, что царство Кум где-то в этих предгорьях? – поинтересовался Гари.
Монгол прямо взглянул на него.
– Да, хан, я в это верю. Думаю, мы идем прямиком к смерти. Особенно, если мы поедем прямиком в предгорье. Весь наш народ знает, что там находится долина Кум, где долгое время жили боги, и что люди Кума все ещё охраняют тайны богов.
– Выходит, ты хотел бы повернуть назад и спасти свою шкуру? – задумчиво протянул Гари.
Улук поднял голову.
– Нет, хан, я этого не говорил. Думаю, все мы обречены, если заедем в предгорья. Но я пойду с вами, потому как, когда вы наняли меня, я поклялся вам в верности. А слово монгола нерушимо. – Гари чуть застыдился того, что в какой-то миг засомневался в своем проводнике. А потом раскосый монгол добавил: – Но, думаю, китайцы сильно испуганы. Они все время перешептываются о том, что вскоре мы вступим в волшебное царство Кум.
Гари и проводник говорили на монгольском. И Гари был поражен, когда Джоан Лэйрд, поравнявшись с ними, заговорила на том же языке.
– Что за место, о котором вы говорите? – с явным интересом поинтересовалась девушка. – Кажется, я слышала легенды.
– Вы не сказали мне, что знаете монгольский, – заметил Гари.
– А вы меня не спрашивали, – холодно ответила девушка. – Конечно, я его знаю, раз провела четыре года в их московском представительстве. Но вы не ответили на мой вопрос: что такое Кум?
– Так тибетцы, которые живут в этих горах, называют одну долину, – коротко ответил Гари. – Это то место, куда я направляюсь.
В этот день они проскакали дюжину миль по скалистому плато, поднимались на невысокие холмы, а потом спускаясь в глубокие ущелья. За исключением
Разгорелся закат, набросив на все красивый розовый оттенок. Могучие горные пики впереди окрасились в багровые тона. Стало быстро холодать. Гари приказал остановиться между огромными валунами. Два китайца сняли поклажу и стреножили мохнатых лошадок под внимательным взглядом монгола-проводника. Они установили небольшую палатку цвета хаки, в которой обычно ночевал Гари, а потом начали возводить собственную юрту, а точнее, странное сооружение конической формы, обтянутое черным войлоком, натянутым на деревянный каркас.
Гари отвел Джоан Лэйрд к маленькой палатке, но сам внутрь не полез, лишь предложил девушке располагаться внутри.
– Устраивайся тут, а я буду ночевать в юрте с остальными мужчинами.
– Спасибо. Ты многое делаешь для меня, – сказала она, а потом импульсивно добавила: – Знаю, я доставляю тебе ужасное неудобство. Но я должна отыскать отца. Ты же понимаешь меня?
Усталое, худое лицо Гари немного расслабилось.
– Конечно, я все понимаю, – с сожалением сказал он. – К тому же ты очень смелая… слишком смелая, но это не принесет тебе удачи. Даже сейчас тебе ещё не поздно повернуть назад, – и с чувством совершенно искренним он добавил: – Мы находимся всего в дюжине миль от предгорий, где обитают тибетские племена. Я почти уверен, что кто-то из них отправится нам навстречу. Разве вы не хотите внять голосу разума?
Джоан ощетинилась:
– Я действую, полностью полагаясь на здравый смысл. Уверена, мой отец жив, и мне всего-то нужно…
– А-ч-ч-ч! – пронзительно, дико завопил один из китайцев. Гари, положив руку на рукоять своего пистолета, бросился на крик. Девушка поспешила за ним следом.
Сейчас над плато раскинулось удивительное небо белых звезд. Улук и двое китайцев – три темные приземистые фигуры в бесформенных плащах из овчины – стояли как статуи рядом с полусобранной юртой, пристально глядя на юг.
– Что это? – с удивлением спросил Гари. – Тибетцы?
Улук обернулся. Его странное лицо перекосило от странных, непонятных американцу эмоций.
– Нет, хан, посмотрите на юг.
Гари повернулся и посмотрел на юг. Его сердце забилось, потому что в лунном свете хорошо было видно, как разгоралось зловещее сияние малинового цвета, высвечивая могучую стену утесов, увенчанных белыми снежными вершинами. Но внимание китайцев и монгола привлекли не белые вершины, а красные отблески на вековых льдах, которые не имели никакого отношения к солнечному свету – скорее это был красный отблеск огня из жерл дымящихся вулканов. Свет был не статичен, он, казалось, колебался и искрился на фоне звездного неба, а издалека казалось, что само небо проткнуто гигантскими копьями красного сияния.