Огнём и сталью

Ким Сергей Александрович

Также полагается иметь:

1 волшебную палочку,

1 котел (оловянный, стандартный размер N 2),

1 комплект стеклянных или хрустальных флаконов,

1 телескоп,

1 медные весы.

Всё это у Харальда уже было давно заготовлено, даже палочка с которой он упражнялся: редкий и мощный экземпляр — ливанский кедр и зубы песчаного дракона. Но он знал, что отец уже давно хотел приобрести для него ещё одну палочку. И почему-то непременно перед школой и у знаменитого на всю Британию мастера Олливандера.

Но отцу, разумеется, было виднее.

Студенты

также могут привезти с собой сову, или кошку, или жабу.

Жаб или крыс в качестве своих питомцев Поттер даже и в кошмарах не рассматривал. Никого из троицы домашних котов тоже уже давно было решено не брать, потому как Амадей, Людвиг и Антонио дальние переезды не любили, да и мороки со своенравными котярами было бы преизрядно. Несмотря на суровый характер и вид солдата до мозга костей Виктор был ярым кошатником, обожающим этих представителей усато-полосатой породы. Привил он эту любовь и сыну, поэтому домашних любимцев с собой брать было просто жалко — мало ли что в школе могло приключиться…

Первоначально по планам отца и сына, Харальд должен был взять с собой сову для оперативной связи в условиях плотных наведённых магических помех в районе укрепрайона «Хогвартс», но затем было решено поддаться на последнюю моду колдунов из министерского Отдела Тайн — использовать почтовых воронов.

НАПОМИНАЕМ РОДИТЕЛЯМ, ЧТО ПЕРВОКУРСНИКАМ НЕ ПОЛОЖЕНО ИМЕТЬ СОБСТВЕННЫЕ МЕТЛЫ.

— Твой отец был ловцом гриффиндорской сборной по квиддичу и летал просто отлично, — заметил Виктор.

— Тупой спорт, — поморщился Харальд. — Никогда мне не нравился. А ведь ещё и биатлон на Олимпиаде этой зимой не посмотрю — в этом Хогвартсе электроника ведь не работает…

— Ничего, я запишу на видео — посмотришь, как летом на каникулы приедешь. Но метла тебе, кстати, пригодится…

— Да я помню… Вот только как получить разрешение на её пользование?

Виктор ухмыльнулся.

— Поверь, сын, есть способы… Заметил, кстати, что списка запрещённых предметов не прилагается?

— Ага, — ухмыльнулся в ответ Харальд. — А значит многие милые моему сердцу штучки можно будет взять беспрепятственно…

— Кстати, — аврор поднялся из кресла, прошёл к столу на котором лежал небольшой ящик, взял его и торжественно вручил сыну. — Поздравляю с одиннадцатилетием Гарольд Поттер!

Мальчик нетерпеливо рванул обёрточную бумагу, чувствуя как сердце начинает биться чаще… Неужели?..

— Отец, ты самый лучший! — радостно воскликнул Харальд, повисая у Виктора на шее.

— Да ладно, ладно… — добродушно прогудел аврор. — Просто я чокнутый психопат и маньяк, заботящийся о безопасности своего сына…

В небольшой коробке до поры до времени мирно лежал боевой пистолет «Вальтер ППК» и две упаковки патронов.

Глава 2

Шопинг как таковой

Всё оставшееся время отец усиленно подготавливал Харальда к учёбе в Хогвартсе. Правда, странная это была учёба… Ни тебе заклинаний, ни рецептов, ни уравнений…

Зато Виктор с немыслимой осведомлённостью выдавал данные на многих и многих людей, находящихся в школе. Всё о преподавателях. Всё о студентах. Кто может стать другом, кто —

врагом. Кто робок, кто труслив, кто храбр без меры, кто может предать. Как с кем себя вести — с кем делать упор, что Харальд является наследником древнего и богатого аристократического рода Поттеров. Или с кем наоборот не прикрываться никакими масками и вести себя как можно более естественно. У кого какие сильные стороны и какие слабые, от кого какую пользу можно извлечь, а с кем просто повеселиться… И даже об особенностях тараканов в некоторых головах аврор был прекрасно осведомлён.

Главным же стало то, что в этом году одна из частей души Волдеморта, вселившаяся в некоего профессора Квирелла начнёт охоту за легендарным философским камнем.

— Я бы с превеликой радостью удавил этого ущербного заику собственными руками, но я не маг, поэтому частичку души Волди уничтожить не смогу, — заявил как-то Виктор. — Раскрываться ни перед кем мне нельзя, я и так в Аврорате держусь на честном матерном слове и кое-каких связях… Плюс к этому фиолетовая свинья под названием Квирелл почти не вылезает из Школы, а я туда попасть так просто не могу.

Впервые выбрался Харальд и в Лондон — в знаменитый Косой переулок о котором так много читал. В городах обычных людей он бывал и раньше, а вот от магического мира отец его старался всячески изолировать… В разумных пределах. И уже сейчас Харальд вынужден был признать, что это, вероятнее всего, было самым правильным решением.

…Вход в переулок находился в известном, в узких кругах, баре «Дырявый котёл».

Видимо, эти круги были ну просто очень узкими, потому как рекомый бар выглядел как нереально дешёвая забегаловка для лондонских бомжей. Если бы отец не указал на него, Харальд бы его даже не заметил. Проходящие мимо люди на бар тоже не смотрели. Их взгляды скользили с большого книжного на магазин компакт-дисков, а бар, находившийся между этими магазинами, они, похоже, вовсе не замечали. У мальчика возникло стойкое чувство, что так оно и было, и повинны были в этом какие-то мощные маскирующие чары…

Изнутри бар тоже был не в лучшем состоянии — очень тёмный и обшарпанный, а в воздухе висел запах каких-то диковинных благовоний…

— Эй, чупакабры дискретные! — ласково обратился Виктор к сидящим прямо около входа двум мужчинам затрапезной наружности, курящих кальян. — Я вам, дятлам, сколько раз говорил — опять увижу, что шмаль долбите здесь — руки вырву, в жопу вставлю и скажу, что так и было?

— Гляди, гляди, Джонни! Мерлин… — глупо хихикнув, выдал один из курильщиков, тыкая пальцем в широко ухмыляющегося аврора.

— Да где же Мерлин, если это Парацельс? — не согласился его собеседник.

Уже через минут несогласный покинул помещения, выдернутый сильной авроровской рукой из-за столика. Следом за ним последовал и его товарищ, от испуга грохнувшийся под стол и попытавшийся уползти из бара на четвереньках. Ускорение ему придала нога, обутая в тяжёлый армейский ботинок.

Несколько пожилых женщин, сидевших в углу и пивших вино из маленьких стаканчиков, дружно со смехом отсалютовали Виктору. Тот фиглярски поклонился и подошёл к стойке, где маленький человечек в цилиндре разговаривал со старым лысым барменом, похожим на нахмурившийся грецкий орех.