Оглянись в темноте
Шрифт:
Несмотря на то, что у меня и у мастера Ормана было очень много работы, я все равно умудрялся находить время, чтобы внимательно изучить окрестности. Горы были здесь очень интересными, необычными. Не знаю, как на Земле, но здесь, складывалось такое впечатление, что когда-то эти вершины были частью равнины, иначе каким образом здесь оказались угольные пласты и известковые отложения, самым нелепым образом перемешанные с вулканическими породами. Ведь все эти магические камни, самых разных видов, что поднимали из разлома, несмотря на особые свойства, все-таки минералы, для образования которых требуются особые условия. Эх, плохо я в школе учился, мало читал на эти темы. Знал бы больше, смог бы разобраться.
Не забывал я заниматься собой, упорно продолжая улучшать физическую форму,
— Что же в нем такого необычного, — спросил я мастера вертя в руках маленький круглый слиток весом всего грамм восемьдесят.
— Он тверже даже самой лучшей имперской стали. Сохраняет и твердость, и гибкость, никогда не ржавеет, а главное, легко пропускает через себя магическую энергию. Обычный металл от действия магии разрушается, а этот нет. Лучшее оружие и доспехи делают именно из него. Цена даже простого кинжала выполненного из этого металла может быть выше пяти тысяч золотых империалов.
Мне казалось, что Орман зря так восхищается этой сталью, как по мне, так простая нержавейка. Обычная сталь с легирующими элементами вроде хрома, никеля, марганца. А благодаря восстановлению из органического соединения с помощью древесного угля, так еще и с повышенным содержанием углерода.
В теории обработки металлов я немного разбирался, все-таки не все занятия прогуливал, пока учился в техникуме. Точно знаю, что низкоуглеродистые стали закаливают в воде. Но вот после определенного показателя содержания углерода, закалку производят в масле. Есть и другие способы, но не о них сейчас речь. Просто я ни разу не видел в местных кузницах емкости с маслом для закалки. В прошлой жизни, даже на том заводе, куда я устраивался работать после техникума, мы, когда меняли масло в станках, всегда относили отработку в кузницу. У мастера там стояло огромное корыто с закрывающейся крышкой, в котором было, наверное, литров двести отработанного масла. В этой глуши я столько, конечно, не найду, но вот ламповое масло, которого здесь имелось довольно много, можно попробовать использовать для парочки экспериментов. Я не знаю, как здесь добывают обычный металл, он всегда продавался в слитках с разными клеймами. У самого Ормана металл тоже был привозной и делился на три типа. Обычный, мягкий, который не было смысла закаливать, видимо потому, что углерода в нем почти не было, второй тип, тот из которого делали инструмент, оружие и доспехи. Вот этот металл уже брал закалку без проблем. И третий, тут ни с чем не перепутаешь, потому, что это был обычный чугун. Он не куется и не обрабатывается, из него можно что-то отлить, но такое изделие все равно оставалось довольно хрупким. Что интересно, мастер Орман не раз пользовался приемом кузнечной сварки, мне эта технология была известна только теоретически. Не раз видел в интернете видео где опытные мастера используют ее при изготовлении ножей. Видеть-то я видел, но вот сам никогда не пробовал это повторить.
Если смотреть на все просто как на технологию, то кажется логичным и понятным. Мастер обучает меня приемам, суть которых, я прекрасно осознаю и могу найти аналог из моего прошлого мира, технически куда более развитого. Но в этом мире есть еще и магия, а она, судя по всему, оказывает немалое воздействие на привычные вещи. Те же твари в разломе. Ну ведь натуральные мутанты! А помимо тварей, там есть еще грибы, мхи, магические кристаллы и, за всем этим, туда и ходят старатели.
Все, что приносят из разлома, в полном объеме сдается в гильдию. При гильдии есть специальный цех, где каждый добытый ингредиент в обязательном порядке обрабатывают должным
Но если разлом за стеной природный источник магической энергии, который оказывает такое явное влияние на животных и растения, то как это отразится на людях? Очень интересный вопрос. Что это за таинственная энергия, которой научились пользоваться местные аборигены, назвав ее магией.
И вновь у нас этап с добычей и перевозкой угля. Людей в поселке мало, каждый занят своим делом, нашу работу кроме нас никто больше сделать не может. К нам даже из военного гарнизона обращаются, потому что своего мастера у них тоже нет. Но есть в этом поселке и свои особенности. Так как снабжение здесь не регулярное, каждый десятый день, так называемый храмовый, здесь тратят на заготовки. Мастер Орман подробно рассказал, как и что следует заготавливать, чтобы хватило на весь срок изоляции. Оказалось, что под домом есть погреб, довольно сухой, но очень холодный. По совету местных селян, я разбил возле речушки небольшой огородик, в котором стал выращивать зелень и некоторые приправы, которые могли выдержать местные условия. За долгие годы, что существует поселок, здесь научились использовать любую возможность, чтобы облегчить себе жизнь.
— Ты очень вкусно готовишь, Ард, — заявила Ная, однажды утром, когда мы завтракали. — Даже кухарки у тетушки Боран так не готовили, как ты. Вроде такая же каша, а на вкус лучше.
— Спасибо за похвалу сестренка, я действительно очень люблю готовить, мне это нравится, но и вкусно поесть я тоже не против.
— Я тоже так научусь.
— Хорошо, буду потихоньку тебя учить. А как твои успехи у мастериц Палы и Римы?
— Очень хорошо. Я сейчас учусь делать разные швы и снимать мерки. А еще я узнала, как делать ленты из шелка на станке. Сестрицы рассказывают мне как делать краски для тканей.
— Все-таки хорошо, Ная, что мы с тобой отправились в этот поселок. И ты и я сможем очень многому научиться, что потом в жизни пригодится.
— Дорога сюда была очень трудной, — вспомнила Ная со вздохом.
— Да, трудная, — согласился я, — Но нам с тобой было бы еще трудней в городе, если бы опять началась война.
Хоть я и попаданец из другого мира, но все равно чувствую, что начинаю адаптироваться и в этом. Не так уж здесь и плохо, особенно в поселке. Вот торчу здесь всего третью декаду, но уже такое ощущение, что вернулся домой. Действительно не могу представить, чтобы бы с нами случилось, останься мы в Саяре. После того как расформировали гильдию, меня бы, наверное, определили в городской арсенал, хотя, без членства в гильдии ремесленников, могли бы возникнуть проблемы. Да к черту, я все равно планировал сбежать в империю.
Работать в паре с опытным мастером, а старик к тому же оказался и неплохим учителем, очень удобно и продуктивно.
После завтрака, не выходя из дома, я перехожу в мастерскую и принимаюсь за обычную утреннюю рутину. Почистить горн, наколоть угля, приготовить растопку. Горн мастер разжигал сам, это дело мне пока не поручал. У него это, своего рода, ритуал. В течении дня нам предстояло выполнить текущие заказы, а ближе к вечеру подготовить материал и составы присадок для выплавки магического металла. Как говорил мастер, если не обработать все быстро, то хитин тварей начинает накапливаться, так что разобраться с ним следовало быстро. Полученный металл мы относили в гильдию, где сам секретарь Орфорд принимал его у нас, предварительно взвесив и записав в журнал прихода. В конце срока, как завершится контракт, все эти записи суммируют, посчитают и назначат выплату.
После выплавки магического металла, когда я чистил очередной плавильный тигель, обнаружил среди наслоений шлака несколько крупинок магического металла, крохотные капли металла зацепились за неровность и буквально прикипели вместе со шлаком к стенке. Воспользовавшись темнотой и своей способностью, я еще раз внимательно просмотрел весь шлак и обнаружил еще с десяток капелек металла. Найденные капельки я собрал в холщовый мешочек и унес к себе в комнату. Если после каждой выплавки будут оставаться вот такие крохи, то к концу контракта я соберу несколько мер металла.