Однолюбка

Спринг Делла

— Это и есть рай, — убежденно подтвердил Пат. — Чем ты будешь нас сегодня мучить в школе? Самым ужасным событием в нашей жизни?

Почему бы и нет, подумала Мэри. Лучший способ проверить и развить речь детей — это задать сочинение и разрешить при этом свободно фантазировать.

Она смотрела в окно и видела, что по обе стороны дороги тянется кактусовая пустыня. Ред рассказал ей, что у него там есть конюшня, откуда он совершает двух-трехдневные конные походы в пустыню, нечто вроде тренировок на выживание для туристов. Это «выживание в пустыне» было гвоздем программы в отеле-ранчо

«Дикая лошадь», потому что давало возможность кое-что испытать и сбросить пару фунтов лишнего веса.

Мэри глядела на кактусы, на пыльный песок и думала, что это не для нее.

Ред… размышляла она. Правда ли, что окружающая природа формирует человека? Чеканит отъявленных негодяев и благородных героев? Прямолинейная жизненная позиция Реда, во всяком случае, резко отличалась от неуверенности городских жителей. То, как он упрощал вещи, озадачивало: женщины существуют для любви; если уж зачал сына, значит, тому нужен дом, и он его получает; если вдруг втемяшится в голову, что женщина подходит, ей просто заявляют: «Все, ты приехала, здесь твоя конечная станция!» Джошуа был совсем другим. Он мог разочароваться в своем искусстве, впасть в черную меланхолию, в отчаяние, отравляя женщине жизнь.

Мэри недовольно покачала головой. Пора прекратить сравнения обоих мужчин, в которых Джошуа всякий раз проигрывает… Она ведь прекрасно понимала, что новое всегда сильнее возбуждает и привлекает.

— Ты сейчас вспомнила о самом ужасном событии в своей жизни? — поинтересовался Пат.

Мэри рассмеялась.

— Нет, лучше скажи, вы любите мисс Димэгон?

— Нам больше нравятся веселые учительницы, — пропел Пат.

Да, подумала она, жизнь несправедлива. Случись у самой учительницы несчастье, она не найдет поддержки в детях — наоборот. В этом и состоял заколдованный круг, заставлявший учителей, попавших в кризисную ситуацию, разувериваться в своей профессии.

Что же все-таки произошло с мисс Димэгон? Сегодня ночью Мэри, хоть и лежала, удовлетворенная, в объятиях Реда, но размышляла не только о его неотразимом мужском обаянии. Она решила, что мисс Димэгон не должна возвращаться в Санта-Хуаниту. Здесь ошивался этот Колби, в «карликовой школе» ее ждали сплошные перегрузки, да и дети уже были настроены против нее. Неудачное сочетание, особенно если добавить болезнь отца и финансовые трудности.

Мэри снова посмотрела в окно. Лучше всего поскорее разыскать мисс Димэгон в Юме, успокоить молодую женщину, а в Фениксе, в Управлении образования, настоять на том, чтобы ее перевели в другую школу.

Через два часа Мэри уже ехала в Юму. Мистер Вудс проявил необычное понимание ее желания лично позаботиться о мисс Димэгон и взял на один день все классы. Более того, он даже предоставил в ее пользование свой автомобиль.

Пат, Панчито и тот молчаливый маленький мексиканец с тоской посмотрели ей вслед, и она не могла не признаться, что после двух лет административной работы преподавание доставило ей настоящее удовольствие. Ей нравились эти маленькие шалуны. Ей вообще нравились дети. Дети? — вдруг подумала она. Сейчас ей двадцать восемь. Интересно, спросит ли когда-нибудь Джошуа, хочет ли

она стать его женой? Будут ли у нее самой когда-нибудь дети?

Что за нелепая мысль, одернула она себя. Такое может взбрести в голову, лишь когда долго ползешь, никуда не сворачивая, по американскому «хайвэю» с ограничением скорости в пятьдесят пять миль. Только кретин не начнет заниматься самокопанием.

Она включила радио и взглянула в зеркальце заднего вида. Странно, зеленый «форд» все еще ехал за ней. Конечно, это могло быть случайностью, да и при таком черепашьем темпе никто никого не обгоняет, но удивляло то, что она уже видела эту машину раньше, на федеральном шоссе номер восемьдесят два.

Мэри посмотрела на стрелку бензина. Старая колымага мистера Вудса поглощала горючее, как верблюд воду. Один раз она уже заправилась и считала, что этого ей хватит до Юмы.

Она подъехала к станции самообслуживания, залила бензин и решила, что заработала передышку. Припарковав машину в сторонке, она вошла в маленькую забегаловку. Когда она оттуда еще раз посмотрела на улицу, то увидела, что зеленый автомобиль тоже здесь. Неужели у нее появился тайный воздыхатель?

У мужчины, вылезшего из машины, были темные волосы. Даже на расстоянии он казался неопрятным. Возможно, из-за щетины на подбородке или вылинявшей до неузнаваемого цвета, засаленной клетчатой рубашки.

Мужчина нахлобучил «стетсон» — ковбойскую шляпу и тоже двинулся к заведению.

Ну, от такого воздыхателя лучше держаться подальше, подумала Мэри и села в самый дальний угол за стойку. Хорошо бы сейчас подошел кто-то из обслуживающего персонала, ей не хотелось оставаться наедине с этим господином.

Дверь заскрипела, и она услышала стук ковбойских сапог о деревянные половицы.

Мэри нарочно опустила глаза вниз, чтобы выглядеть как можно более неприступной. Вдруг прямо в поле ее зрения появились ковбойские сапоги. Да, фамилия этого типа была явно не Рокфеллер. Кожа на сапогах растрескалась, на правом носке — заплата.

— Мисс Вигэм, — обратился он к ней.

Мэри подняла глаза. Она не была трусихой. Санчо Хуарес, бравший в модели разных необычных людей, в том числе и бродяг, учил ее не обращать внимания на «фасад». Поэтому она судила не по внешнему виду, но этот человек был ей глубоко антипатичен. Глаза наглые, но держится как-то пришибленно. Словно пес, ожидающий побоев, мелькнуло в голове сравнение. Он зарос щетиной, и если судить по вони, то рубашка была не самым грязным предметом.

— Да? — Она постаралась вложить в это слово максимум неприязни.

— Вы едете к мисс Димэгон, не так ли? — спросил он развязно-дерзким тоном. — Если вы дадите мне адрес дамы, я избавлюсь от необходимости следовать за вами.

— Простите?

— Я хотел бы лично нанести мисс Димэгон… визит. Я знаю ее по Санта-Хуаните, мы старые друзья.

Визит? В этом костюме? Да он сумасшедший! И тут она поняла, что иногда туго соображает. Это, должно быть, тот самый Колби.

— С чего вы взяли, что я еду к мисс Димэгон?

— Леди, не держите меня за идиота. Я порасспросил детей. И если вы сейчас не дадите мне адрес, я просто снова поеду за вами.