Одноклассница.ru

Тронина Татьяна Михайловна

Она сварила кофе.

– Погоди, мне надо сделать один звонок…

Тарас зашел к себе в кабинет. Номер телефона он помнил, хотя прошло двадцать лет…

– Алло, Клим… Да. Я. Хочу встретиться. Я со Свиркиным недавно говорил… Он сказал, что всем стало легче после встречи с тобой – и ему, и тебе… Надо и нам побеседовать по душам, как ты считаешь? Я виноват. Но лучше при встрече… Нет, ей не говори. Я не хочу, чтобы она знала. Не говори ей! Спасибо. Где? На том же месте. Это символично да? В три…

Он нажал на

кнопку «отбой», повернулся – показалось, будто в глубине квартиры хлопнула дверь. Лилька подслушивает?

Тарас зашел на кухню.

Лиля сидела как ни в чем не бывало, в его рубашке. Как это мило и как штампованно – надевать после ночи любви рубашку своего мужчины…

– Кофе? Еще горячий…

– Да…

Пока он пил кофе, не чувствуя его вкуса, Лиля провела рукой по его волосам. Она выглядела абсолютно счастливой – словно этой ночью сбылись все ее мечты.

– Лиль, сегодня хоть и суббота… Но мне надо идти. Бизнес, сама понимаешь.

– Конечно, – нежно, покровительственно произнесла она. – Иди.

– Я тебе позвоню. Извини, сам отвезти тебя не могу… Вот тебе на такси.

Он заставил себя поцеловать ее в щеку.

– Какой ты милый… – Она окончательно растаяла. Откинулась назад, случайно смахнула локтем на пол большой кухонный нож, которым Тарас обычно пластовал свои стейки.

– Ничего, я подниму! – наклонился Тарас.

* * *

Лилю Рыжову буквально распирало.

Она должна была срочно поделиться с кем-то своим счастьем. Она примчалась домой и позвонила подряд трем подружкам – рассказала, какую чудесную ночь она провела с мужчиной своей мечты (не раскрывая подробностей, разумеется).

Потом позвонила четвертой своей подруге, доктору, и уже с подробностями, но без имен, пересказала «ночь любви» и попросила просветить насчет импотенции. Подруга сказала, что сейчас все лечится и все это ерунда – тем более что «мужчина, о котором ты рассказываешь, Лилечка, перенес душевную драму».

– Вот именно, душевную драму! – чуть ли не со слезами подхватила Лиля.

Она уже была готова разделить эту драму с Тарасом. Быть матерью и помощницей. Его спасительницей. И ее совершенно не волновало, что в первое время тот, возможно, не в силах будет выполнять супружеские обязанности.

Она хотела получить Тараса, и она его получила. Он был очень мил, предупредителен и явно настроен на продолжение. Обещал позвонить!

Лиля себе места не находила – вот такой у нее был эмоциональный подъем…

Она вспомнила события двадцатилетней давности. Последний звонок. Школьный двор. Фотограф собирается сделать снимок для общего фото. Тарас смотрит на Веронику, а она, Лиля, – на Тараса. Сладкий и гадкий… Гад, конечно. Бросил. Ради Вероники. А теперь снова достался ей, Лиле, изрядно помятый жизнью… Но ничего, Лиля Рыжова спасет Тараса, и он поймет,

каким сокровищем пренебрег когда-то…

Интересно, Вероника станет ревновать?

Даже если у женщины новый муж, она не может не вспоминать о старом. Вот бы на Вероникину физиономию посмотреть, когда она узнает, что Тарас и Лиля Рыжова – снова вместе!

А почему бы и не посмотреть?

Лиля немного подумала, а затем набрала номер мобильного Вероники.

– Алло, Ника? Это Лиля… Да-да, Лиля Рыжова! Надо встретиться. Очень срочно. Очень! Где? Ну давай в какой-нибудь кафешке… Где? Отлично.

…В подавляющее большинство московских кафе и ресторанов (если это, конечно, не святое время бизнес-ланча) ходят вовсе не для того, чтобы утолить голод. В заведениях общепита – встречаются. Ну и пьют… Еда где-то на третьем месте по важности.

Вероника предложила Лиле встретиться в «Лукошке» – что само по себе символично. Рядом с бывшей школой! Лиля согласилась, хотя обожала пирожные и все сладкое, на чем «Лукошко» особо не специализировалось. Не есть же она идет в это «Лукошко»… Так, закажет чего-нибудь для виду.

Главное же – встреча. Встреча подруг-соперниц.

* * *

Вероника пришла почти вовремя, опоздав всего минут на десять, и принялась взглядом выискивать в зале Лилю. День только начинался, суббота – посетителей почти не было, лишь несколько столиков заняты.

– Ника! – оживленно замахала руками блондинка в бело-розовых кружевах.

– Лиля! Ой, я тебя не узнала… Привыкла, что ты темненькая… – Вероника повесила пальто на стул, размотала шарфик, села напротив Лили.

– Я перекрасилась две недели назад. Захотелось вернуться к своему естественному обличью…

– Истинному! – засмеялась Вероника. Она пока еще не поняла, плохо или хорошо было Лиле в прежнем, зефирно-карамельном образе.

– Ну да, истинному… Что будем есть? Закажем мясо в горшочках – оно тут вроде неплохое…

– Я не ем мяса, – Вероника перелистала меню. – Вот, овощной плов!

– Ты что, вегетарианка? – неприятно удивилась Лиля.

– Двадцать лет рядом с колбасным королем… – фыркнула Вероника. – Поневоле станешь!

– Ты, я вижу, в хорошем настроении… – пробормотала Лиля. – Что, и твой новый муж придерживается таких принципов?

– Уже в курсе… Ну да, и Клим. Ты помнишь Клима Иноземцева? – оживленно спросила Вероника.

– Ой, очень смутно… Он такой тихонький был, себе на уме…

– Лилька, ну ты и язва! – засмеялась Вероника, хлопнула бывшую подругу по руке.

– Два сапога пара… Ерундой вы страдаете, вот что я скажу… – недовольно произнесла Лиля.

– Да все чем-то страдают, – пожала плечами Вероника. – Одни пьют, другие за шмотками с утра до вечера бегают, третьи на даче альпийские горки сооружают, четвертые судятся со всеми подряд…