Одного поля ягоды
Шрифт:
Она хотела насытить обычное заклинание прочностью чар, и здесь её вдохновили записки, которые на её глазах передавали за обедом и под столами на занятиях — ученики, сдавшие контрольные на объединённых занятиях Гриффиндора и Слизерина, часто обменивались ответами с группой Хаффлпаффа и Рейвенкло, у которых был этот предмет позже в тот же день. Гермиона конфисковала несколько таких, и зачастую это было простое заклинание Сокрытия, которое превращало листок с ответами в пустую страницу пергамента, пока кто-то не применит к нему Фините или Ревелио.
Она отклеила обложки и переплёт блокнота для заметок, который собиралась использовать в качестве учебного ежедневника, соскоблила клей ножом для зельеварения и начала выписывать
Интересным в зачаровывании было то, что, хоть это и занимало много времени, оно было более гибким по сравнению с использованием такого же заклинания с волшебной палочкой. Если она призывала палочкой цветок и визуализировала розовый тюльпан, она получала розовый тюльпан. Если она зачаровывала цветочный горшок на производство цветка с розовыми лепестками и однодольными листьями, она могла получить розовую орхидею вместо тюльпана, а если ей хотелось больше разнообразия, она могла дополнить руны указаниями о тёмно-розовых лепестках, которые выцветали в белый и вызывались со скоростью одного цветка в день и двух по четвергам.
Это напоминало Гермионе перфокарточные табуляторы,{?}[“Дедушки” современных компьютеров — предшественники ЭВМ. Алгоритм (набор команд) наносились на перфокарты, одну или несколько, которые вставляли в табулятор по очереди. Вид перфокарт отличался от моделей табулятора, и мог представлять из себя как двоичный код на картонке, так и дырочки в нужных местах на заранее разлинованной “общей” карте. Табуляторы главным образом использовали для быстрых вычислений (сложение, умножение) больших объёмов чисел, и они были точнее ранее изобретённых арифмометров.] в которых набор инструкций для машин был закодирован по частям — в её случае ответом было не решённое уравнение, а созданная магия.
Она выписала длинный список условий строками фрагментарного футарка{?}[Рунический алфавит]: её инструкции были грубо переведены с английского, снабжены сомнительными грамматическими падежами и не обладали поэтическим изяществом оригинальной Эдды{?}[Основное германо-скандинавское мифологическое произведение, эпос ~XIII века. Аналог греческих Од.]. Но цель была ясна, а это в магии важнее всего: она хотела предотвратить использование копирующих чар и скрыть истинное содержимое ежедневника до тех пор, пока палочкой не будет нанесён определенный рисунок на переплёт. Эту идею она скопировала с зачарованных замкoв, используемых в хранилищах «Гринготтса», которые можно было открыть, только если уполномоченный сотрудник прикоснётся пальцем к определенным точкам на замкe. Без узора внутренняя часть блокнота напоминала обычный секретарский ежедневник: в нём были отмечены дни недели, напечатанные и размеченные аккуратными квадратными секциями.
Когда она всё склеила обратно, он выглядел немного бугристым, а обложки были немного перекошены, но всё работало как надо. Она даже могла продолжать использовать его как ежедневник, чтобы записывать домашние задания и сроки возврата книг в библиотеку.
В своём новом ежедневнике она записала дату первого собрания этого года кружка для работы над домашними заданиями Тома: воскресенье, 27 сентября.
Она не знала, чего ожидать. Парты, и книги, и занятия? Группу людей, читающих заданные главы в учебнике по зельеварению? Тома, стоящего за пыльным пюпитром в заброшенном кабинете, спрашивая по очереди, какой у них ответ на восьмой вопрос в последнем домашнем задании по трансфигурации?
Она получила полдюжины мальчиков без мантий, с распущенными галстуками и закатанными рукавами рубашек, что было самым расслабленным видом, который она когда-либо встречала среди учеников Слизерина: за их факультетом ходила репутация самого требовательного к соблюдению школьной формы.
Она узнала нескольких мальчиков с общих занятий: Теодора
Там было два других мальчика, которых она не узнавала. Один был крепко сбит, у него были густые каштановые брови и тёмная тень щетины вокруг подбородка, а его рукава были закатаны, открывая блестящую розоватость заплаток свежей заново выращенной кожи на запястьях и предплечьях. У другого мальчика были серые глаза и чёрные волосы, которые дорастали ниже его ушей, что было длиннее, чем разрешала любая порядочная магловская школа ученикам мужского пола.{?}[Для лучшего понимания строгих стандартов британских магловских школ 1940-х, в 1960-х “Битлз” изначально притянули к себе внимание тем, что носили слишком длинные, чем положено, стрижки. Стрижки ранних “битлов” стрижки едва закрывали уши. ]
Сейчас перед ним стоял Том, который, в отличие от остальных мальчиков, был одет в полную школьную форму, несмотря на воскресный день. Центральная часть класса была освобождена от парт, которые были отодвинуты к дальним стенам и использовались остальными мальчиками в качестве сидений. Они с интересом наблюдали, как Том произносит заклинание за заклинанием в сторону другого мальчика. Судя по цвету заклинаний и движениям палочки, это было Флиппендо, но Гермиона никогда не видела, чтобы кто-то накладывал его подряд так быстро — одна голубая вспышка света сияла в воздухе, когда кончик палочки Тома уже светился, готовясь вызвать ещё одну.
Том выглядел почти скучающим к тому моменту, когда отправил палочку противника в полёт из его руки, где она покатилась под кучу стульев у входа в класс.
— У тебя слабая защита, Блэк, — сказал Том, приманивая потерянную палочку и передавая её обратно владельцу. — В следующий раз прими боковую стойку и собери ноги — всегда подставляй свой бок, а не грудь, и тогда ты будешь меньшей целью. И у тебя неравномерный щит. Покажи мне, как ты его вызываешь.
Другой мальчик, должно быть, был членом зажиточного и преуспевающего семейства Блэк, несколько из которых ходили в Хогвартс. Гермиона вспомнила, что видела Лукрецию Блэк в вагоне старост в качестве старосты шестого года, а её брат (или это был кузен? В чистокровных семьях было так сложно знать наверняка) Альфард Блэк был ловцом в слизеринской команде по квиддичу. Было и несколько других, например, малыш, который начал учиться в этом году, и, ни к чьему удивлению, его распределили в Слизерин. Ещё была одна противная шестикурсница, у которой был самый раздражающий смех, по звуку напоминавший последний вздох умирающего осла. Гермиона слышала его чаще, чем ей бы хотелось, пока она мирно занималась своими делами в кабинке туалета.
Блэк сжал свою палочку рукой с побелевшими костяшками пальцев и вызвал Щитовое заклинание:
— Протего.
Как и полагалось Щитовому заклинанию, оно было невидимым, лишь показываясь под натиском другого заклятья.
Том отправил в его сторону три Флиппендо: одно вверх вправо, одно вверх влево и одно вниз по центру, на уровень колен. Щит подсвечивался синевато-белым, впитывая сглазы по краям и показывая, что у него была продолговатая неправильная форма, ярче и сильнее справа от Блэка, чем слева.