Одним ударом
Шрифт:
Мысленно я толкнула большой бальный зал назад. Он скользнул глубже в пространство гостиницы, коридоры, ведущие к нему, вытягивались, чтобы сохранить структуру входов и выходов. Десять футов, двадцать, пятьдесят... Достаточно. Я потянулась глубоко вниз. Центр комнаты запульсировал, и я потянула ее вверх. Громкий рокот прокатился по гостинице, когда комната скользнула на свое новое место, прямо под портретом моих родителей. Я чувствовала, как кабели расщепляют стены, подключаясь к оборудованию в комнате. Стена под портретом разошлась, растягиваясь, словно была жидкой, и формируя проход. Деревянный усик поймал портрет, прежде чем у него появилась возможность
Новое пространство было идеальной сферой с гладкими бежевыми стенами. В случае необходимости гостиница передаст сюда записи с внешних камер, давая мне 360-градусный обзор земель гостиницы. В центре комнаты был открыт участок дерева, его явная полосатая текстура напоминала красное дерево и остистую сосну. Живая ветвь гостиницы - артерия к ее сердцу. Это был военный зал, сердце гостиничной обороны.
Я встала на дерево. Магия готовилась, ожидая. Я закрыла глаза и позволила ей проникнуть в свои чувства. Мои силы растянулись, связываясь, утекая к самым дальним веточкам Гертруды Хант. Если бы у меня были крылья, то это выглядело бы, словно я их расправила.
Связь между гостиницей и хранителем намного превосходила связь между слугой и хозяином, или питомцем и его владельцем. Мы существовали в симбиозе. Когда хранитель умирал, гостиница замирала, погружаясь в глубокий сон. С каждым годом без связи, гостиница засыпала все крепче и крепче, пока, наконец, не превращалась в камень и умирала. Когда я обнаружила Гертруду Хант, она спала так крепко и долго, что я не была уверена, что смогу ее разбудить.
Связь работала в обе стороны. Лишь нескольким хранителям удалось пережить разрушение своих гостиниц. Некоторые умерли. Другие выжили из ума. Гостиница могла сделать что угодно ради хранителя, а хранитель должен был защищать гостиницу ценой своей жизни. И именно это я и собиралась сделать.
Защита гостиницы сместилась, когда я перестроила ее. В последний раз я использовала военный зал, когда настраивала Гертруду Хант отразить небольшую армию охотников за головами, после заселения Калдении в гостиницу. Несмотря на количество, охотники за головами в действительности были армией одиночек, каждый из них был сам за себя. Они не доверяли друг другу и не были заинтересованы в объединении усилий. Металлическая инкрустация на лбу у лидера Дразири означала, что он, вероятно, вел свою стаю - клан. Стаи очень хорошо организованы и дисциплинированы. Дразири будут атаковать одной командой. И, вероятно, они не будут пытаться подстрелить Хиру из укрытия, как это пытались проделать охотники за головами с Калденией. Убийство Хиру будет для них религиозным триумфом. Они попытаются прорвать защиту гостиницы и проникнуть внутрь для убийства.
Я просмотрела записи с камер, медленно поворачиваясь. Уже наступила ночь, но гостиничной технике нужен был лишь намек на свет, чтобы дать четкое изображение. Вид сада, лужайки, дубов, улицы, форда F-150 Шона...
Пикап Шона. Он сказал, что возьмет вещи для ночевки, и ушел вскоре после отъезда мистера Родригеса и Тони.
Это была недолгая поездка, учитывая, что его дом в конце улицы, но пикап был полностью загружен и накрыт брезентом. Подвеска форда поскрипывала, когда он маневрировал на подъездной дорожке и заезжал за гостиницу.
Шон выбрался из машины. На нем были черные брюки и обтягивающая рубашка из баллистического шелка, темно-серая с черным, созданная, чтобы остановить кинетическое воздействие пули и низко-энергетический выстрел из энергетического
Я развела пальцы на полдюйма, и гостиница увеличила изображение, развернув его на стену передо мной. Баллистический шелк обнимал Шона как перчатка, подчеркивая контуры широких плеч и мощной спины. У некоторых мужчин с мускулистыми спинами шире талия, так что они выглядят почти прямоугольными. Разница между плечами Шона и его узкой талией была так выражена, что его спина казалась почти треугольной. У него были длинные ноги и мускулистые руки. Мне нравилось то, как он двигается: быстро, уверено, с врожденной грацией, которая бывает у очень сильных мужчин. Что-то опасное было в его расчётливых, экономных движениях. То, что говорило, если ему придется применить силу, это будет мгновенно и смертельно, и только дурочка вроде меня могла глазеть на него весь день...
– Так что там у вас с оборотнем?
– рядом с моим ухом спросила сестра.
Я подпрыгнула.
Я не слышала, как она зашла. Я не почувствовала, как она зашла, вот что гораздо хуже.
– Ничего.
– Угу, - промычала Мод.
– Поэтому ты разглядываешь его на здоровенном экране.
– Никого я не разглядывала.
Да-да, еще как разглядывала.
– Дина, ты затаила дыхание.
– Неправда.
Мод посмотрела на экран.
– Он вроде бы ничего.
– Вроде бы?
Там не было никакого вроде бы.
– Было бы у него больше...
– Мод развела руки в стороны.
– Больше чего?
– Мускулов. Массы. Мне нравится, когда мужчины... крупнее обычного.
– Он и так большой.
– Шон был выше метра восьмидесяти.
– И он очень сильный.
– Ой, я не сомневаюсь что он сильный и очень быстрый. Но... был бы он побольше.
Я прищурила глаза.
– Я думала, ты поставила крест на своем увлечении вампирами.
– Я ничего не сказала о вампирах. Мне просто нравятся крупные мужчины.
– Ага, конечно.
Шон откинул брезент, открыв ящики и вооружение. Он вскинул на плечо оружие с длинным тонким стволом и поднял черный ящик, который, казалось, поглощал свет.
Мод прищурилась, глядя на экран.
– Он выгружает снайперскую фантомную винтовку?
– Угу. Похоже на последнюю модель.
Фантомное оружие использовало для запуска снарядов не химическую реакцию, а электромагнитное поле. Устойчивые к заеданию и почти полностью лишенные подвижных и потенциально склонных к поломке частей, фантомные снайперские винтовки выпускали пули со скоростью чуть ниже 300 м/с, меньше скорости звука, избегая звукового удара, больше известного, как свист пули. Они были совершенно беззвучны.
Мод изучала изогнутую форму в пикапе.
– Разве у тебя нет установки ВЖЛ?
– У меня есть две больших и несколько лазеров поменьше, связанных с компьютером в оборонную сеть. Но он об этом не знает.
– Оу, - сказала Мод.
– Он принес высокоэнергетический жидкий лазер, чтобы тебя защитить. Это любофф.
– Заткнись, - буркнула я.
– Нет, серьезно, это дорогое оружие.
Она была права. Жидкие лазеры были подобны компьютерам. Чем меньше они были, тем дороже стоили, а портативная установка в грузовике Шона была неподъемной для моего бюджета. Две мои установки были размером со средний седан каждая, и обоим перевалило за двести лет. В сравнении с современным, утонченным монстром Шона, они были антиквариатом, но все равно могли нанести сокрушительный удар.