Одни в горах

Ламур Луис

Бизон повернулся и посмотрел на Оррина тяжелым взглядом.

— Ты не очень-то мне доверяешь, правда, Сэкетт?

— Правда.

— Когда придет время, я с удовольствием вышибу из тебя мозги.

Оррин улыбнулся.

— Не будь идиотом, парень. Из меня не так-то просто выбить мозги, их слишком много у меня в голове.

Бизон не был расположен шутить.

— Никому еще не удавалось превзойти меня в силе. И не удастся.

— Запомни эти слова. Я хочу, чтобы ты пожалел о них, когда я докажу, что ты не прав.

Оррин привстал

на стременах, оглядывая местность, которая открывалась перед ними. Голая равнина убегала на юг. Земля еще была вспахана сотнями копыт. Он осмотрелся, представляя, как все произошло. Бизон огляделся, но вскоре отвернулся.

— Знаешь, Бизон, — тихо произнес Оррин, — а ты мне солгал. Твой рассказ — это вереница лжи, от начала до конца. Где твой дружок?

Бизон уставился на него с ненавистью в глазах.

— Не знаю, что ты имеешь в виду, но ты только что назвал меня лжецом.

— Правильно. Я сказал, что ты лжешь. — Он поднял руку. — А теперь не валяй дурака и быстрее хватай оружие. Я гораздо быстрее тебя и в сто раз лучше стреляю, ты отправишься к праотцам прежде, чем успеешь расстегнуть кобуру. Ребята, вы попали в передрягу, вы хоть это понимаете? От меня невозможно уйти.

Бизон насторожился. Он не верил, что Оррин проворнее его, но и не хотел ошибиться, сознавая, если промахнется, то он погиб.

— Мои братья, Телль и Тайрел, два самых метких стрелка. Я разве чем-то хуже их? Еще минуту назад меня терзало желание немного отстать и выстрелить тебе в спину.

Бизон уставился на него.

— Так в чем же дело, если ты такой быстрый?

Оррин улыбнулся.

— Дело в том, что я бы не получил удовольствия, не набив тебе морду. — Оррин положил обе руки на луку седла. — Видишь, Бизон, ты всегда был самым большим, самым сильным, ты всегда мог сокрушить любого, кто попадался тебе на пути. Только правда заключается в том, что ты не имел возможности научиться по-настоящему драться. Тебе никогда не приходилось подниматься после того, как тебя свалили на землю. Тебе никогда не приходилось стирать со лба кровь, которая застилала тебе глаза и не давала возможности видеть, с кем ты дерешься. Ты не боец, Бизон, ты просто здоровый, очень сильный, физически сильный мужчина, которому все удавалось без всяких усилий.

Бизон улыбнулся.

— Может, я и не знаю, как надо драться. Но просто кладу противника на одну ладонь, а другой прихлопываю, и он пищит. Ты услышишь, как трещат твои кости, Сэкетт. И я Услышу.

Оррин снова оглянулся.

— Так, а теперь скажи мне, где ты был, когда стадо ринулось на лагерь?

Бизон указал на долину.

— Вон там. Тайрел Сэкетт ехал верхом. Поэтому я уверен, что он мертв.

— Что ты имеешь в виду?

— Бизоны появились сзади и сбоку, Тайрел не мог от них уйти.

— Тогда я тебя неправильно понял. Я не думал, что все так случилось. — Оррин помолчал. — А на какой лошади ехал Тайрел?

— На том крапчатом жеребце, которого он так любил. Я запомнил, потому

что он позволил Бренди…

— Кому?

— Да мальчишка тут — Айсэм Бренд. Мы звали его Бренди. От него было мало пользы. Он из фермерской семьи… Они и взяли его с собой. В общем, я помню, что Тайрел ехал на жеребце, потому что позволил Бренди взять вороного пони.

Оррин раздумывал. Если Тайрел сидел на том самом жеребце, быстром и ловком, как кошка… Если уж какая-то лошадь и могла убежать от стада бизонов, то только этот жеребец. Отличное животное!

Целый час Оррин разъезжал туда-сюда по долине, где паслось стадо, когда появились бизоны. Он нашел останки человека, втоптанные в землю, но опознать, кто это, было невозможно.

К ночи, продвигаясь все дальше на запад и юг, они собрали почти пятьсот голов скота, среди них оказался и вожак стада.

— Остался еще один день, — предупредил Оррин в тот вечер у костра. — Еще один день, и мы снимаемся. У нас больше нет времени.

— Интересно, — задался вопросом Бизон, — куда делись индейцы? Те, что, по словам Телля, ехали по нашим следам?

Оррин взял котелок и налил кипяток в свою кружку, а потом и в другие. Он поставил на землю котелок и посмотрел на Бизона, который сидел по другую сторону костра.

— Итак, в твоей версии появилось нечто новенькое, — вежливо резюмировал он. — Какие еще индейцы?

Бизон объяснил.

— Телль оставлял для них мясо пару раз. Я их ни разу не видел. И Телль, по-моему, тоже.

— А тот мертвец? — спросил Шорти. — Он не мог быть индейцем?

— Нет, это белый мужчина. На нем ботинки.

Убитым был кто-то из них. Кто же?

Глава 14

Осторожный человек, Оррин умел хранить свои планы и намерения. Он уже знал, что ему надо предпринять, и намеревался выполнить это. Но больше всего он хотел все-таки найти своих братьев. Все же он в первую очередь Сэкетт! А Сэкетты всегда доводили все дела до конца. Если Телль и Тайрел живы, они знают, где он и что собирается делать.

Обязательность каждого из них — вот что помогало им преодолевать столько трудностей. Они пообещали пригнать на прииски стадо, и это стояло на первом месте. Если бы Телль и Тайрел могли, они бы уже нашли его и присоединились. Возможно, сейчас они где-то впереди и ждут его.

Пока еще Оррин не имел четкой картины трагедии, разыгравшейся в ту ночь. Он видел останки по крайней мере одного погибшего. По словам Бизона, вместе с поваром-китайцем, погонщиков было семь. Где остальные пятеро?

Одному в такой кутерьме ничего не стоило пропасть, и двоим тоже… Но пятеро! Не могли же они вовсе исчезнуть или разбрестись кто куда!

Он повернул лошадь и поехал к повозкам. Бизон следовал за ним молча.

Где-то в миле от них в открытой степи паслось стадо антилоп и бродило множество бизонов, которые, как обычно, держались небольшими группами и жевали траву на ходу.