Однажды в грозу…
Шрифт:
— Я все время здесь. Пока не готов мой дом. — Когда он прочел посвящение, его глаза блеснули насмешкой. Воспользовавшись тем, что Айан Селби отвернулся, чтоб с кем-то поговорить, он прильнул к ее уху:
— А я надеялся, что ты, как старому другу, напишешь мне «Целую».
Она испепелила его взглядом. Айан Селби вновь присоединился к ним и спросил Касси, как она смотрит на то, чтоб на следующий день дать интервью местной радиостанции. Она с радостью согласилась, довольная тем, что Алек стал свидетелем ее скромного успеха. После того как они договорились о деталях завтрашнего интервью, Айан Селби предложил
— Простите мне мое вторжение, но я пользуюсь правами старого знакомого, — непринужденно вставил Алек. — Много лет назад мы с мисс Флетчер одновременно служили в пеннингтонской клинической больнице. Я уверен, что вы не будете возражать, если я заберу ее у вас и отведу в бар.
— Полагаю, — с трудом сдерживая себя, сказала Касси, когда они сели за уединенный столик в баре, — что тебе надо было прежде спросить, не буду ли я возражать.
— Если бы я задал такой вопрос, ты бы ответила «да», — ничего не выражающим голосом произнес Алек и заказал шампанское.
Касси с раздражением взглянула на Алека.
— Мне нельзя шампанское: я поеду домой на машине.
— Особые случаи требуют шампанского, а твой сегодняшний успех стоит отметить. Ты чертовски хорошо выступила. Не беспокойся, я отправлю тебя на такси. Машину ты сможешь забрать завтра, когда приедешь давать интервью на радио. — Алек откинулся на стуле и долго не сводил с нее глаз. — Итак, Касси, каково быть знаменитостью?
— Я всего лишь мелкая знаменитость, так что все как обычно, — сухо ответила она. — Конечно, я не против внимания прессы, если это поможет продать больше книг. Когда принесли внушительную бутылку в ведерке со льдом, Алек налил бокалы, поднял свой и сказал как бы невзначай:
— Между прочим, я совсем не ожидал встретить тебя в театре. Ты говорила, что обычно в будни сидишь дома.
Касси ожидала, что Алек заговорит об этом, с той самой минуты, когда заметила его. Сохраняя спокойствие, она отпила из бокала.
— Было бы точнее сказать, что иногда все-таки выхожу и в будни. Честно говоря, я забыла, что обещала Лайаму пойти с ним в театр.
— Лайаму? — Алек уставился на нее исподлобья. — Надеюсь, ты не скажешь, что этот пышущий здоровьем Адонис и есть твой инспектор?
— Нет, конечно, — с напускной небрежностью подтвердила она. — Как это слишком часто случается, в последнюю минуту оказалось, что Лайам не может пойти. К счастью, мой… мой спутник был рад заменить его.
— Очень удобно держать на поводке запасного, — ядовито произнес Алек. — Я заметил, что тебе было очень приятно с ним, невзирая на разницу в возрасте… а может быть, как раз из-за этого?
Касси спокойно отпила шампанского.
— Не понимаю, Алек, что тебя так беспокоит. Ты и сам не один там был.
— Я был со второй женой Паркинсона, — процедил он сквозь зубы. — Изабель пригласила меня провести вечер с ними.
Касси обрадовало услышанное, но она не показала виду.
— Очень эффектная женщина.
Бар быстро пустел. Они оставались почти одни, сидя в своем полутемном уголке. Алек смотрел злыми глазами.
— Ты явно близко знакома с этим кавалером.
Она кивнула.
— Конечно. Мы часто встречаемся. И с Лайамом тоже. И еще я немало проводила времени с одним коллегой из судебной экспертизы, пока он не захотел
Холодные, неподвижные карие глаза вперились в жесткие, сердитые синие глаза.
— Ты не имеешь права так говорить со мной, — сказала Касси с ледяным спокойствием.
Алек глубоко вздохнул, выпил залпом свой бокал, налил снова и долил бокал Касси.
— Извини, я позволил себе лишнее.
Касси раскрыла было рот, чтобы объяснить, кто такой Бен, но передумала. Если верить Бену, то Алек ревновал, и она почувствовала, что ей приятно дать ему для этого повод.
— Извинения приняты, — непринужденно сказала она и посмотрела на часы. — Пора домой. Пожалуйста, вызови обещанное такси.
Алек встал и направился к телефону-автомату в фойе. Когда он вернулся, в баре оставалась одна Касси. Он пододвинул стул поближе к ней.
— В течение нескольких минут, пока такси едет, можно допить шампанское.
— Надо было отказаться пить и самой поехать на машине.
— Ты бы наверняка ощутила пустоту после эйфории успеха.
Она резко посмотрела на него, но не нашла издевки в сосредоточенном взгляде синих глаз.
— Наверное, — признала она и покачала головой, увидев, что он снова хочет налить ей бокал. — Нет, спасибо. Я редко пью. Если выпью еще, то опять начну говорить о себе, а теперь настал твой черед. — Она вопросительно посмотрела на него. — Расскажешь? У нас еще есть время.
Алек сосредоточенно смотрел в свой бокал.
— Обычно я об этом не рассказываю.
— Если не хочешь, то, конечно, не надо, — ответила она сразу.
— Нет, ты рассказала мне, и я должен отплатить тебе тем же. — Он серьезно посмотрел на нее. — Жизнь странная штука, Касси. Когда я согласился занять место в Пеннингтоне, то подумал, а не встретимся ли мы снова. Но я был уверен, что если даже и увижу тебя, то окажется, что ты давно уже замужем. Я был уверен, что в этом была причина твоего разрыва со мной: что вся эта таинственность скрывала какого-то другого мужчину, вошедшего в твою жизнь.
— Ты тогда не скрывал своих догадок! — Она повела бровью. — Теперь ты понял.
— Теперь да. Но в Лондоне, в первые недели после того, как мы расстались, мысль о том, что у тебя есть другой мужчина, сводила меня с ума. Днем, конечно, я был слишком занят. Но по ночам… — Его лицо потемнело. — Не то чтоб я вел монашеский образ жизни. У меня были женщины, я очень старался тебя забыть. К тому же я был занят по горло. И мне это удалось. В один прекрасный день ко мне направили девушку с глубоким, уродливым шрамом на лице. До аварии, в которой ее так изуродовало, она была фотомоделью. Она обладала совершенной красотой. — Алек посмотрел Касси прямо в глаза. — Я проникся к ней симпатией. Ее карьера лопнула, но она мужественно относилась к этому, старалась смириться, и, мало того, она мне напоминала тебя, Касси. Алек сделал операцию на лице Хелен Филдинг, и результат оказался более чем удовлетворительным. По-настоящему глубокой была душевная рана. Ее любовник, сидевший за рулем, отделался синяками, но бросил ее, увидев, как изуродовано лицо Хелен, когда та еще лежала в больнице.