Одна в толпе

Крон Марта

Парень заметно нервничал. Громко вздыхая, отворачивал лицо.

— Почему ты со мной так поступаешь, Вань? — решила сама подвести нас к основным проблемам.

— А ты сама не догадываешься? — повернулся и обрушил на меня такой прямолинейный тяжёлый взгляд, что у меня мгновенно перехватило дыхание.

— Есть одна мысль, но я не хочу в неё верить… — от волнения мой голос противно заскрипел.

— Озвучь. — в глазах друга вновь проявилась та незнакомая тень, что вселяет в меня гнетущие ощущения.

— Ты ревнуешь. — решилась пойти до конца и искоренить

из нашей дружбы все возникшие путаницы и трения.

— Верно. — кивнул Оконцев, принимая это предположение и цепко рассматривая моё лицо.

— Боишься потерять. — продолжила я, борясь с предчувствием, что наша дружба висит на волоске.

— Так было всегда. — согласился Ванька, делая ко мне шаг.

— Так и будет, если ты не перестанешь обижать меня… — резко бросило в жар от необъяснимого напряжения.

Смотря в глаза своего друга, я безнадёжно пыталась отыскать то светлое и тёплое, что всегда в них видела. Сейчас в них ярким блеском переливались между собой мания и ожесточение, отбрасывая ту лёгкость в наших отношениях, что сглаживала все непонимания.

Я вдруг отчётливо почувствовала между нами резкость и невидимый барьер.

— Я не хотел тебя обижать, Алис… никогда. — на лбу Ваньки пролегла глубокая складка, делая его вид поистине несчастным. — Но этого не избежать, ведь ты не различаешь, где правда, а где ложь.

— Что ты хочешь этим сказать? — внутри меня всё похолодело от недовольства.

— Я давно заметил, что в тебе есть такая черта… — судорожно выдохнул парень. — Ты принимаешь всё, что тебе дают и можешь обходиться только этим. Тебе достаточно только той поверхностной информации, что получишь от человека. Сама никогда не начнёшь копать глубже… — мужской голос был пропитан горечью, и я застыла как вкопанная, пытаясь проанализировать обвинение.

— Неправда! — выгнула бойко спину.

— Ты видишь только то, что тебе удобно! — пошёл напролом балбес, продолжая приближаться. — Ты для себя решила когда-то, что Ваня бесполое существо, с которым прикольно тусоваться и иногда поплакаться в жилетку, и другую точку зрения не приемлешь!

— Почему бесполое? — зацепилась за слово, которое резануло слух.

— А как ещё? — от злости на лице друга заходили желваки. — Ты ж во мне парня-то не видишь!

— С чего ты взял?! — ошарашенно выкрикнула я.

— Посмотри на меня. — ударил себя в грудь. — Тебе хоть что-то во мне нравится?

— Всё нравится… — опешила я от такого вопроса.

— Врёшь. — выплюнул сквозь зубы. — На него ты по-другому смотришь.

Ещё больше растерялась. Предполагала, что у Ваньки в голове беспорядок, но не до такой степени.

— Оконцев, ты меня пугаешь! — насторожилась я, когда его взгляд потемнел ещё больше.

— Ты хотела друга — я был другом. — понизил он от гнева голос, вызывая у меня неприятную дрожь в теле. — Ждал, когда повзрослеешь… Повзрослела и всё равно не замечаешь, но зато умудрилась положить глаз на самого отбитого мудака в городе…

В полном шоке раскрыла глаза, следя за тем, как выразительно заострились Ванькины черты лица.

— Я

всегда был рядом и лучше всех знаю, что тебе нужно. — продолжил добивать мою нервную систему друг.

Или уже нет…?

Открыла рот, чтобы издать хоть какой-нибудь звук и не стоять истуканом, как меня внезапно сгребли в охапку и уткнулись носом в волосы.

— Скажи мне, что ты сейчас чувствуешь, невеличка? — опалил тяжёлым дыханием мой висок Ванька и прикоснулся губами к щеке.

Я задрожала сильнее. После его слов каждое прикосновение казалось неправильным. Бушующей лавиной накрыли мысли, что он оказался прав. Я вижу только то, что мне показывают.

Перед глазами предстал образ Лёни. Ощутимо вспомнились все его прикосновения и те необыкновенные ощущения, что будоражат меня от его голоса, запаха, взглядов…

С Ваней и близко ничего такого нет.

Да, надёжно, комфортно и привычно.

Но на этом всё…

— Я чувствую неловкость. — хрипло прошептала я, давясь чёртовой правдой. — И сожаление… Всё это время я была слепа, а ты глуп…

— Не отрицай сразу. К этому нужно привыкнуть. — сжал сильнее пальцы на моей спине Оконцев, предугадывая моё желание сбежать.

— Вань, ты пойми. — запрокинула голову, чтобы произнести это прямо в лицо. — Я тебя люблю, но как брата, друга, соратника… Другого я тебе не могу дать.

Окаменевшие руки парня начали болезненно прижимать меня к себе.

— Это пройдёт. — ледяным голосом мне на ухо. — Я уже понял. Ты хочешь попробовать отношения с разными парнями, чтобы в итоге осознать, что я именно тот, кто тебе нужен.

Страх, тугой паутиной затянул меня в свои сети.

Что за чушь городит этот человек?

Смахивает на фильм ужасов.

Сжавшись в комок от вспыхнувшей неприязни к происходящему, сбивчиво принялась вырываться из сильной хватки.

От комфорта не осталось ни следа.

До безумия захотелось почувствовать на себе другие руки.

— Вань, отпусти. — просипела от паники.

Парень, услышав нервные нотки в голосе, тут же расцепил руки.

— Возвращайся к Лоле. — небрежно поправила на себе одежду, не смея поднимать глаза.

— Я с ней не для того, чтобы тебя позлить, невеличка. — с трудом держа между нами дистанцию, произнёс Оконцев. — Это, чтобы вывести на эмоции Астахова.

— Дурак ты, Вань… — протёрла руками лицо, чтобы хоть как-то погасить в себе утомление.

— Дурак. — подтвердил он, осторожно накрывая мои ладони своими. — А что ещё делать, если ты не подпускаешь к себе? Как показать тебе, что я тоже мужчина?

— Давно это у тебя? — вымученно посмотрела ему в глаза.

— Как увидел, так и началось. Ты тогда навозом, кстати, воняла… — нервозно хохотнул балбес. — На тех пацанов с кулаками кинулась, когда они меня за школой пинали. Сама мелкая, голосок тоненький, ручки коротенькие, а наваляла им так, что они меня потом стороной обходили, помнишь? — его лицо исказилось горькой гримасой и он порывисто сжал мои пальцы. — Обидно, что ты не замечала… я ведь насмотреться на тебя не могу, Алис…