Одиссея Тёмного принца

Силаева Ольга

– Никакой боли, – тихо сказала Таисса. – Даже не думайте об этом.

– Нам следовало бы взять образцы, – холодно произнесла Лара.

– Увы, – развёл руками Вернон. – Чёртова герметичность, правда? Уверен, вы справитесь потом. Пришлёте сюда специалистов, перевернёте всё вверх дном… Я думаю, не стоит напоминать, что я не шевельну и пальцем, чтобы вам помочь, пока вы не вернёте способности Тёмным?

– Мы знаем, – бесстрастно сказала Лара.

– Наша первая задача – убедиться, что противоядие работает, и протестировать его

на контрольных группах, – спокойно произнёс Дир. – Пока мы не знаем, подействует ли оно, не стоит забегать вперёд.

– А я думаю, – холодно сказал Вернон, – очень даже стоит.

– Совет вернёт способности всем, – произнесла Таисса. – И Светлым, и Тёмным. Иначе чем они лучше Рекса?

– Пирс, решение, которое затрагивает целый мир, не принимается за пять минут в ходе лёгкой беседы, – резко сказала Лара. – Пора бы тебе это уяснить.

– Именно так я разбила Источник и запретила Диру стать Стражем, – так же резко ответила Таисса. – В ходе лёгкой беседы за пять минут. И именно так я остановила вас от внушений через спутники. И именно так…

– Ты влезла в мозги мне, – завершил Вернон. – Так что на твоём месте я бы не превозносил ценность поспешных решений, Таисса-горячность.

Раздался короткий звон. Таисса вздрогнула.

– Осталось пять минут, – бесстрастно сказал Вернон. – Средство должно подействовать мгновенно, так что я надеюсь, что уже через шесть минут вы сделаете меня Тёмным. Иначе я очень обижусь.

Дир и Лара обменялись взглядами. Таиссу пронзило нехорошее предчувствие.

Они стояли и молчали, окружив невзрачный с виду агрегат. Совсем маленький, не больше обычного контейнера для донорских органов…

…Вот только этого донора ждал весь мир.

Снова короткий звон. Теперь вздрогнули все.

– Всё, – самым будничным тоном произнёс Вернон. – Мир спасён.

– Лютер, мне достаточно открыть дверцу, чтобы взять противоядие? – поинтересовался Дир. – Или здесь есть ловушка?

– Нужно ввести ещё один код, когда откроешь дверцу. И его знаю лишь я.

– Назови мне его.

Короткое молчание. Затем Вернон продиктовал код.

– Он не солгал, – кивнула Лара. – Что-нибудь ещё потребуется, чтобы забрать противоядие?

Вернон покачал головой:

– Нет.

– Тогда отойди. Ты и Таисса Пирс – отойдите.

– Сейчас? – неверяще произнесла Таисса. – После всего, что мы сделали, нам даже не дадут посмотреть на противоядие?

Лара смерила её холодным взглядом:

– Ты когда-нибудь слышала о мерах предосторожности?

– Думаешь, я разобью противоядие? Может, дам тебе по голове и украду его? Вы двое – сильнейшие Светлые в мире!

– Достаточно, – произнёс Дир тихо. – Таисса, оставайся. Лютер, прости, но тебе придётся выйти из бокса.

Таисса повернулась к Вернону. И похолодела, увидев его взгляд. Отчаянный, умоляющий… жалобный. Неужели это был тот самый Вернон? Гордый, ехидный, насмешливый, не лезущий за словом в карман? Вот этот

несчастный мальчишка, у которого Светлые сейчас отбирали мечту?

«Верь мне, Пирс. Просто верь мне – и будь на моей стороне».

Таисса не колебалась. Она развернулась к Диру.

– Пожалуйста, – умоляюще сказала она. – Вернон не просто заслужил это – он привёл нас сюда! Он помог мне стать Светлой, спас меня, когда аквариум заливала вода. Он внедрился к Рексу, чёрт подери, его пытали – всё ради противоядия! Неужели это ничего не значит?

Дир вздохнул:

– Таис, это не увеселительная прогулка и не музей.

– Это дело всей его жизни.

– И судьба всех Светлых планеты, – голос Дира был непреклонен. – Нет, Таис.

Таисса бросила ещё один взгляд на Вернона. Его лицо было очень спокойным…

...Вот только в глазах стояли слёзы.

У Таиссы остановилось сердце.

– Вернон отдал мне сферу, – хрипло сказала она. – Он отдал Совету противоядие.

– Таис…

Таисса смотрела ему прямо в глаза. Они оба были в масках, но глаза говорили красноречивее лиц.

«Я спасла тебя и сделала Светлым», – могла бы сказать она.

Но Таисса никогда бы не произнесла этих слов.

– Ты должен мне желание, – вместо этого сказала она. – Помнишь? Я выбираю это.

Повисла звенящая тишина.

Секунда.

Вторая.

Третья.

– Лютер, ты можешь подойти, – произнёс Дир бесстрастно.

– Дир, не смей… – начала Лара, но он лишь покачал головой:

– Я принял решение.

Глаза Вернона просияли мальчишеской, совсем детской радостью, и он мгновенно оказался рядом с Ларой, потянув Таиссу за собой. Чуть сдвинулся, словно аккуратно выбирая место поудобнее, и Таисса поразилось, каким цепким вдруг стало выражение его глаз. А потом Вернон покосился на Дира и хозяйским жестом прижал Таиссу к себе, обняв за плечи.

«Если я возьму тебя за руку, не отдёргивай её».

Таисса кашлянула:

– Эй, сейчас не совсем время для объятий…

– Тише, Таисса-исцелительница, – негромко сказал Вернон. – Просто постой со мной. Это мой подарок на день рождения, в конце концов. Должен же кто-то разделить со мной эту минуту.

Дир протянул руку. Щёлкнула дверца, пискнули датчики, и перед ним развернулся виртуальный экран. Быстро и безошибочно Дир набрал код…

…И открылась ещё одна дверца.

Вторая. Последняя.

Пальцы Вернона сжали руку Таиссы.

– Готовность номер один, – выдохнул он. – Противоядие. Я глазам своим не верю…

Он осёкся, когда два манипулятора мягко вынесли из резервуара прозрачный флакон без пробки с бриллиантово-коньячной жидкостью.

– Пластик, конечно же, – произнёс Дир. – Просто так его не разбить.

– Я бы не стал пробовать, – предостерегающе сказал Вернон. – Пока в аппаратуру не загрузят нужное сырьё, второй порции вам не видать как своих ушей.

Он кивнул на драгоценный флакон: