Одиночка
Шрифт:
Встрепенулся я, лишь заметив краем глаза, как Хенигас угрюмо разглядывает до странности пустынные аллеи. И тут только сообразил, что кроме часового нам пока еще не встретился ни один маг, хотя в прошлый раз тут было не протолкнуться. Но тем не менее над городом царила полная тишина, и наемник слегка успокоился.
Личная крепость Веланда, освещенная мертвенно-белым светом, неохотно взяла нас под защиту. Я пристально оглядел уже знакомый внешний двор, взявший в кольцо сердце замка. Здесь тоже казалось на удивление пусто.
Значительно улучшив свои навыки верховой езды, я уже привычно спрыгнул с коня и передал поводья
Наемник тут же подошел. Его лицо выдвинулось из тени на свет и оттого показалось мне неестественно бледным, словно лишенным жизни. Очевидно, не лучше выглядел и я сам.
– Скажи, Цирон, то, что ты видишь - это нормально?
– обвел я крепость недоуменным взглядом.
Он тихонько усмехнулся.
– Да не сказал бы. Обычно здесь довольно многолюдно, тем более, что день в самом разгаре, но сегодня... Такое чувство, что город вымер. Да и само Убежище - бр-р, темень да и только. Словно в склепе.
Я молча согласился, только сейчас отметив про себя, что Врата Убежища отчего-то пусты. Просто я упустил это из виду, успев привыкнуть к отсутствию привратников. И уцелевшая башня, всегда притягивавшая к себе мой взгляд, на этот раз словно растворилась во мраке, ничем не выдав своего присутствия.
– А Хенигас всегда забывает вас здесь?
– не удержавшись, спросил я.
Цирон слегка улыбнулся.
– Их, - мотнул он головой в сторону остальных наемников, перебрасывающихся негромкими фразами, - постоянно. Меня только в порядке исключения. Сегодня вот, например, чтобы за тобой присматривал. Ты нынче больно нервный да и ребята на тебя зуб заимели. Ты ж им слугу этого, Энира, если не ошибаюсь, на расправу не отдал, хотя он многое сказать успел. А наша братия сильно этого не любит. Вот и оставь вас после этого один на один. Да тут потом сам Веланд не разберет: кто прав, кто виноват.
Я пренебрежительно хмыкнул.
– Вот еще выдумал... Связываться с ними.
– Я не выдумываю, а как есть, так и говорю, - возразил Цирон.
– Ты ж ничьи нападки без ответа не оставляешь, а так и нарваться недолго. Да мне самому поначалу не раз хотелось...
– И вдруг замолчал, уловив движение в полумраке за площадью.
Возвращался Хенигас. Причем передвигался абсолютно бесшумно, словно плыл по воздуху. Лицо его было мрачным.
Во мне тут же ожила глухая тревога. Увидев, как я раскрыл рот, чтобы начать донимать его расспросами, Хенигас предусмотрительно вскинул руку, призывая к молчанию не только меня, но и переговаривающихся между собой наемников.
Дождавшись полной тишины, он невозмутимо объявил:
– Все следуют за мной в зал Совещаний. И постарайтесь вести себя там очень тихо.
Цирон в немом изумлении вскинул брови, а остальные и вовсе застыли, как громом пораженные. Но это только на пару секунд, а дальше крепость огласили такие возгласы радости, что я поморщился и еле подавил желание заткнуть уши.
– Хенигас, ты уверен...
–
– Приказ Старшего, - с явным неудовольствием коротко ответил тот.
Цирон скривил губы в презрительной усмешке. В глазах на миг вспыхнул и тут же погас странный огонек.
– Тогда больше вопросов нет.
– А у меня есть, - поспешил вклиниться я.
– Все потом, - тут же оборвал меня Хенигас.
– Нас ждут.
– И пошел впереди, указывая дорогу.
Гуськом миновали мы залитую мертвым светом площадь с тлеющим в самой сердцевине длинным лучом. Вход в одной из башен привел нас в небольшое привратное помещение, согретое пламенем нескольких закрепленных под потолком светильников. Оно в свою очередь служило входом в сводчатый коридор, огибающий внутреннее кольцо стен. Мы боязливо погрузились в серость грубых, шероховатых на ощупь стен, смыкающихся где-то очень высоко над головой. От них исходило слабое свечение, но его едва хватало только чтобы самую чуточку разогнать сгущающийся вокруг мрак. Я широко раскрыл глаза, стараясь не пропустить ничего, и заметил таки по пути несколько черных провалов, полускрытых приглушенным мерцанием строгих стен. Когда мой взгляд в очередной раз задержался на одном из них, его перехватил Хенигас и охотно пояснил:
– Это проход во второй внутренний двор. Там ничего интересного, сугубо хозяйственные постройки - кухни, склады, конюшни и прочие, необходимые магам для спокойной жизни. А еще один незаметно соединяет его с внешним двором, чтобы не создавать здесь толкучку.
– Удобно, - рискнул заметить я, стараясь не выдать охватившую меня нервозность. Крепость как-то нехорошо давила, вызывая в воображении пугающе-реалистичные картины. Отбрасываемые на стену тени то и дело сплетались в темный клубок и тихо крались за нами, внушая тем самым безотчетное чувство страха.
– Не по себе здесь становится, да, маг?
– незаметно подмигнул мне Цирон.
– Наверно, какие-то магические штучки Единых, иначе с чего бы еще я в который раз чувствую себя так паршиво.
– Цирон!
– резко одернул его Хенигас.
– Лучше не болтал бы понапрасну, а шел в конец и следил, чтобы особо деятельные не совали носы куда не следует.
– Чего идти, - пробурчал себе под нос тот, неохотно следую приказу, - если твой рык и так все прекрасно слышали. Да и вообще настроение здесь как-то не располагает к свободному хождению по закоулкам. Лично у меня вечно возникает лишь одно желание - выбраться отсюда как можно скорее.
Кто-то позади тут же шепотом выразил полное единодушие.
– А вот и выход, - чуть позже возвестил Хенигас, кивая на забрезживший впереди мертвый свет.
Я поежился, с одной стороны вроде как обрадовавшись, что коридор скоро останется позади, а с другой... Я опасался встречи с Веландом, понимая, что он очень легко может проникнуть в мои мысли. И вот тогда даже обещания Севиала не помогут.
Белесый свет стал ярче, коридор резко расширился до просторного прямоугольного помещения, и я невольно прищурился, выходя следом за наемником из полумрака во внутренний двор. Навстречу нам неспешно выдвинулись две фигуры, маги, если судить по яркой развевающейся одежде. Я не сомневался, что они и так прекрасно знали, кто идет, но все же решили проявить похвальную бдительность. Кроме них больше во дворе не было ни души.