Одиночка
Шрифт:
– От кого?
– От себя, конечно. Не заплатишь – несостоявшиеся защитники сами же тебя и накажут. Так поступают и тёмные, и городская стража.
– Зачем нужны такие стражники? – сказал я.
– Чтобы защищать интересы кланов. Равные права у жителей Селены только на словах. Но если на твоей груди и одежде не красуется клановый герб, старайся не привлекать к себе внимание клановых. Ведь они могут поступить с тобой так, как им вздумается. И закон в лице городской стражи примет их сторону. В любом случае.
Коляска проехала по каменному мосту через узкую
Я сразу понял, что из трущоб мы выехали. Уж слишком сильно всё вокруг изменилось. Улицы за рекой запестрели красками: нарядные фасады, зелень кустов и деревьев, клумбы с цветами. Изменились и запахи. Вонь помоев я здесь почти не ощущал. Зато уловил в воздухе аромат свежей выпечки.
– Тебя послушать, так лучший выход для нас – вступить в один из кланов, – сказал я.
– Так и есть, - сказала Мираша. – Проблем бы от этого значительно поубавилось. Клан – это всё равно, что стая. Сам знаешь, охотиться в стае проще, чем в одиночку. И добычу стая может выбирать покрупнее. Даже такой мелкий клан, как Луар, позволил бы нам занять в этом городе нишу повыше.
– Какую ещё нишу?
– Понимаешь, Хорки, в Селене у каждого человека есть своя ниша – то место, которое ты занимаешь в местном обществе. И если хочешь жить хорошо и спокойно, то должен чётко понимать, где проходят её границы. Ты можешь драться за лучший кусок с теми, кто обитает на твоём уровне, пренебрежительно относиться к тем, кто ниже. Однако не смей посягать на долю тех, чей уровень выше твоего. Если только ты не почувствовал в себе силы шагнуть на ступень вверх. Но будь готов, что обитатели той ступени объединятся, чтобы тебя уничтожить – ведь у них и без тебя хватало соперников.
– Не совсем понимаю, о чём ты говоришь, - сказал я.
– Возьмём, к примеру, меня, - сказала Мираша. – Мой уровень сейчас – наёмник клана Луар. Не обычный – сам понимаешь, я выполняю серьёзную работу, приносящую клану хорошие деньги. Потому все работники трактира, где мы ночевали, хоть и отдают клану часть своих заработков, как я, но мне не ровня. Я могу не замечать их. А они обязаны относиться ко мне с уважением. А вот Ушастый Битя – хозяин трактира, занимает нишу выше моей. Он доверенный наёмник клана. Собирает долю Луар с таких, как я, и тех, кто на нижних уровнях. А ещё раздаёт нам задания…
– Как всё сложно. Запутано. И зачем это нужно?
– Чтобы не голодать, Хорки. Это не Лес. И охотятся здесь по-другому.
– А почему нельзя работать, оставаясь самим собой? Все эти ниши… мне не нравятся. Но если ты согласна так жить, почему не вступишь в клан?
– Сделать это не так просто, Хорки. Кланы состоят из семей. А семьям чужаки не нужны. Если только те не приносят ей много пользы – с таким могут и породниться. С таким, как ты, например – молодым, сильным. От тебя будет хорошее потомство, да и к делу тебя пристроить несложно. Но кому нужна слабая старая женщина? Никому. Рада, что они вообще согласились со мной сотрудничать. Знал бы ты, чего мне стоило заслужить их доверие.
– Мне не нравится жизнь в городе, - сказал я. – После твоих слов у меня возникло ощущение, что меня
– Не совсем рабом, Хорки. Но ты прав. Рабов в Селене тоже хватает.
Тот район, куда нас привез извозчик, вполне соответствовал моим прежним представлениям об имперской столице.
Никаких серых коробок домов – роскошные дворцы, отделенные друг от друга цветущими садами. Никакой грязи на широких улицах – люди с лопатами в руках бросались к конским яблокам, едва те успевали коснуться мостовой, словно получали доплату за скорость.
Мимо нас то и дело проезжали позолоченные кареты. А золотых украшений на прохожих было едва ли не больше, чем одежды.
– Вон, посмотри туда, Хорки, - сказала Мираша. – Видишь серебристый купол? Это и есть Имперская Академия Магии. Там учатся детишки богатых семей и те, кому кланы доверили изучать магию – самые умные одарённые, но тоже из клановых. Понимаешь, здесь обучается и младший отпрыск императора! За этим забором у них настоящий город в городе. Говорят, там даже пруд есть, где ученики (их называют студентами) катаются на лодках. И это в самом центре Селены!
– Зачем мы сюда приехали? – спросил я.
– Наша цель вон там. То строение с огромными окнами.
– Что там? Трактир?
– Здесь его называют ресторацией. Внутрь мы не пойдём. Да нас туда и не пропустят. Рожей мы с тобой не вышли. И происхождением. Но вон в том павильоне за золоченым забором местечко для нас найдется. Собственно, туда нам и нужно. Отсюда вижу, что приехали мы как раз вовремя.
Едва мы вошли в павильон, как нам навстречу вышла молодая девица в халате цвета молодой листвы. Улыбнулась, поприветствовала сперва меня, затем Мирашу. Проводила к столу.
К столу, который был покрыт белой скатертью!
Мираша нацепила на себя облик старой стервы. Поджимая губы, отдала девице несколько распоряжений. Поторопила её.
Сказала мне, когда девица удалилась:
– У меня складывается впечатление, Хорки, что ты разучился удивляться. Ты сел за стол с таким видом, словно бываешь в ресторациях ежедневно. И это место у тебя никаких эмоций, кроме скуки, не вызывает. Смотрел на девочку разносчицу, как тот богач из клановых. Или для тебя подобная обстановка не в новинку?
Я не ответил. Старался глубоко дышать, контролировал положение подбородка. Использовал науку Двадцатой, чтобы не глазеть по сторонам, приоткрыв от изумления рот.
Наш павильон, с резными деревянными стенами и дырами вместо окон, примыкал к ресторации. Из той время от времени появлялись девицы в зелёных халатах, выносили для расположившихся за столами в павильоне гостей подносы с едой, кувшины с вином, наполненные пенным пивом кружки.
Со своего места через большие окна я видел полупустой зал ресторации, блиставший дорогим убранством и чистотой. Сиеров и сиерит, сидевших за столами. И двух мужчин в изумрудных халатах, с висящими на поясе жезлами (зачем им жезлы регенерации?) застывших на улице у входа в зал ресторации (охранники?).