Одиннадцать
Шрифт:
– И что ты надумал? – Вова сидел напротив.
– Много чего. Начну с некоторых вычислений… мне они любопытными кажутся. Вот смотри: нам нужно пройти триста тридцать три километра. Так?
– Так.
– Помнишь, старик что-то плел про пятьдесят пять километров?
Вова наморщил лоб и потер его двумя пальцами.
– Ну, что-то такое было – точно не помню… но что-то такое было.
– Я тогда не обратил на это внимания, а там, на одеяле, размышляя, как получилось так, что мы прошли по кругу, меня вдруг осенило… формулу вывел,…
– Какую
– Обычную – «Два пи эр».
– Что это?
– Длина окружности.
– И?… – Вова с любопытством посмотрел на друга.
– «И» – получилось такое: Триста тридцать три, с небольшими копейками, нам известно – это наш путь – длина пути. «Пи» – три целых четырнадцать сотых, грубо говоря. «Два» – есть два. Осталось узнать «Эр» А «Эр», как мы знаем, это радиус окружности.
Ефим сделал паузу, на всякий случай, начертив цифры и вычисления палочкой на земле, чтобы ещё раз убедиться, что он не ошибся.
А Вова, уже и сам догадавшись, каким будет ответ, всё же торопил Ефима:
– Ну-ну?!
Ефим, рисуя на земле для наглядности крупными символами, произносил вслух:
– «Эр», то есть радиус, равен: триста тридцать три (с копейками) поделить на два умноженное на три целых, четырнадцать сотых. Если грубо прикинуть и не очень-то заморачиваться с учетом рельефа местности, получится радиус в пятьдесят пять километров! Осталось вспомнить, чего там старый «каменщик» говорил про пятьдесят пять! – Ефим поднял глаза на собеседников. – Никто не помнит?
Это в первую очередь относилось к Машке – Вова уже сказал, что почти не помнит.
Маша смотрела в глаза Ефима.
– А, Маша? Не помнишь, что старик про пятьдесят пять километров говорил?
Маша пожала плечами:
– Только то, что от горы до его дома пятьдесят с чем-то километров. Больше ничего не помню.
– А! – Вова поднял палец вверх. – Старик говорил, что его поляна ровно триста четырнадцать метров. Когда я спросил «Почему», он ответил, что это число «пи». Причем здесь это я тогда не понял… Как и сейчас не понимаю.
– А вот это уже интересно! – Ефим удовлетворенно кивал головой. – Правда, я тоже не пойму… хотя, летчик мог знать про число «пи». Его уже тогда вывели, надеюсь? Или нет? Не помнишь, кто когда его вывел?
– Хрен его знает, – ответил Вова. – А что тут совпало?
– Пока не знаю. Но, сдается мне, не просто так старик про это говорил. А уж тем более, свою поляну мерил. Как считаешь?
Володя пожал плечами.
Машку Ефим и спрашивать не стал.
– То есть, ты хочешь сказать, что мы идем по какой-то чертовой окружности с радиусом в пятьдесят пять километров, а нам всё кажется и кажется, что мы направляемся на Юг? – спросил Вова.
– Может быть. Я не знаю точно. Это мне пришло на ум, когда вспомнились слова старика, да и расчеты почему-то совпали. Что ещё думать?
– Не уверен.
– И я не уверен… Но предложи другое, Вова.
– Пф, – Вова выдохнул сквозь губы. – Это ты у нас профессор – ты
– И соль заберем! – вставила Машка.
– Точно! – Вова показал ей большой палец. – Пять баллов!
– Жив ли старик? – задумчиво произнес Ефим, глядя на огонь.
– То есть?
– Да так!.. Мы когда сюда пришли, ощущение было такое, что здесь лет пять никого не было. То есть, если мы здесь и были, то судя по тому, что я тут видел, мы были здесь лет пять назад. А кстати, – Ефима осенила мысль, – Маня. когда ты поняла, что тебе двадцать два года? Когда мы тебя нашли – ты утверждала, что тебе семнадцать!
– Это не вы, а я вас нашла! – поправила Маша.
Ефим с Вовой переглянулись.
– Точно, – согласился Ефим. – Ты нас нашла. А потом тебе вдруг стало двадцать два, стоило нам от старика свалить. Как это понимать?
– Я уже говорила, как!
– И ты настаиваешь на этом?
– На чём? На чём я настаиваю? – Маша резко поднялась. – Может, и я из дыма сделана? А? А там, в лесу все наши… ну, это… отношения – тоже дым? Мужики, вы с ума сходите!
Вова тоже поднялся. Подкинул в костер веток.
– Не злись, Маша, – сказал он. – Ты же здесь не была… а мы, вдруг, ни с того ни с сего, вернулись на место, откуда стартовали. Вот завтра дойдем до того места, где мы нашли твоего парня Лёшу, посмотрю я, как ты начнешь реагировать. А пока, давайте подумаем, что жрать будем оставшиеся километры. Как считаешь, Ефим, будем делать самоловы?
– Не-а! – однозначно ответил Ефим. – Когда идти триста с гаком – тогда – Да! А когда осталось-то – раз плюнуть, тогда и на бурундучатине вывезем. А?
– Тебе видней. А вывезем?
– Уверен. Уж ворону-то по-любому подстрелим, – улыбнулся Ефим.
– Ворону я есть не буду! – заявила Маня.
– Не говори «гоп!» – посоветовал Вова. – Нужда заставит, и ворону схаваешь, как мармеладку.
– Да, – мечтательно сказала Маша, – мармеладку бы я сейчас съела.
Вова хмыкнул.
А Ефим сказал:
– Звезды вылезут, сходим, проверим наши расчеты на «Стоунхендж». Прикинем, на сколько градусов «отклонилась стрелка».
– Я тоже об этом думал. Сходим! – пообещал Вова.
Осталось дождаться, когда вылезут звезды.
То что «стрелка» отклонилась, было видно и в свете костра, когда ребята прислонили к выжженному на одеяле треугольнику, треугольник из стрел, вернувшись в темноте от «Стоунхенджа». Но насколько именно, было неизвестно – уж слишком не точны были все эти обвязанные палочки. Но отклонение есть! Значит, они всё-таки идут на Юг! Это ещё больше озадачило парней – получается вообще какая-то каша: Юг на юге, а стоит туда сходить, вернешься с Севера, но при этом, как ни крути, преодолеешь несколько градусов южной широты. Бред собачий!