Один

Русаков Валентин

— Ринат, а чего за суета какая-то нездоровая в городе? — не поворачиваясь, а лишь подняв глаза на зеркало заднего вида, поинтересовался у старшего экипажа, сидящего справа на пассажирском сиденье. Вторым в экипаже был такой же как я, недавно прошедший стажировку молодой парень, краснощекий и рыжий. Я даже имени его не запомнил.

— Ты рули, давай. А я откуда знаю!?

— А что с вашим водилой?

— Забухал, мазута…

— Нормально, — хмыкнул я.

— Ага, ему нормально теперь без премии в квартал

будет, — было заметно, что Ринат не в восторге от моей компании.

Да и ладно. Мне-то что, детей с ним крестить? А лишняя смена в табель, это даже хорошо, потом дополнительным днем к отпуску возьму.

— Мля! Гляди! Уходи, уходи! — вдруг заорал Ринат, показывая вперед рукой.

— Вижу…

Я уже заметил странное поведение едущего навстречу КАМАЗа, даже успел разглядеть, как водитель отбивается от пассажира, который то ли целоваться к нему лезет, то ли укусить хочет! Бред, но совершать резкие маневры на тяжелой бронированной машине очень непросто. Справился, лобового столкновения удалось избежать, и машину на дороге удержал.

— Молодец, — сдержано похвалил меня Ринат, вытащил из подсумка на бронике пачку сигарет и закурил, — думал все, сейчас в фарш всем экипажем…

— Ага, — кивнул я на монитор, разделенный на четыре картинки с внешних камер, — все, набок лег и еще пару машин сгреб.

— На дорогу смотри, — Ринат открыл бронезаслонку и выдохнул дым, — вот что за день сегодня!?

То, что день действительно не задался много у кого, мы поняли, когда подъехали к аэропорту, точнее попытались подъехать. Въезд перегородили два милицейских УАЗа с включенными проблесковыми огнями. Рядом ППСники, все вооружены автоматами и в бронежилетах.

— Это что за херня? Теракт что ли? — Ринат внимательно посмотрел по камерам, опасности вроде не наблюдалось, кроме препятствия из милицейских машин, — давай-ка по бордюру объезжай, а я пока с диспетчером свяжусь.

Мою попытку пересечь газон и объехать препятствие пресек лейтенант, чуть ли не кинувшись на капот. Он махал рукой и что-то кричал. Я открыл бронезаслонку и услышал:

— … нельзя, карантин… аэропорт закрыт…

Но кроме криков лейтенанта, я отчетливо услышал и выстрелы. Автоматные выстрелы. Кто-то поливал от души, выпустив весь магазин.

— Стреляли… — сказал я и закрыл бронезаслонку, — мент говорит про карантин какой-то.

— Да, диспетчер подтверждает, — Ринат воткнул микрофон радиостанции на витом шнуре в зажим на панели, — разворачивайся, едем на базу.

— Херня какая-то, — пробурчал я, воткнул заднюю передачу и развернулся по газону, разделяющему встречные полосы дороги к аэропорту.

Завывая сиренами, навстречу пронеслись три «скорых» и еще два милицейских УАЗа. ППСники отогнали одну машину, пропустив их к аэропорту.

— Паллна сказала, что вроде как эпидемия бешенства какая-то… — Ринат снова закурил.

— Так

работаем сегодня или как? — спросил я внимательно глядя на дорогу, где со стороны перекрестка на шоссе показался бронированный ОМОН-овский КАМАЗ и тоже поехал к аэропорту.

— На базу приедем, там видно будет.

— На базу, так на базу…

Загонять машину в гараж я не стал, оставил на стоянке перед конторой, рядом еще с десятком инкассаторских машин. В комнате отдыха было не протолкнуться, и накурено так, что хоть топор вешай. Но выходить не стал, так как начальник смены пытался объяснить, что нам дальше делать.

— После обеда решим, а пока все сидим здесь, — говорил грузный мужчина, стоя у диспенсера с пластиковым стаканчиком воды в руке. Полковник в отставке, в каких войсках служил — неизвестно, но мужик суровый, с тяжелым взглядом, седым коротким ежиком и в очках в черной роговой оправе. Скорее всего, он из органов. Ага, внутренних. Или вообще из особистов каких.

— Андрей Сергеевич, тогда бы с обедом решить что-то на всю смену, — подал голос Ринат. Он пользовался авторитетом в коллективе, и все одобрительно загудели.

— А чего решать, скидываетесь и пошлите вон новенького… Орехов, ты на машине?

— Да, — кивнул я, уже смирившись с участью «духа» в коллективе, — оружие сдавать?

— Оружие… — Андрей Сергеевич задумался, снял очки и потер переносицу, — и как я потом проверяющим объясню это вот «получил, сдал, опять получил»? Один не езжай, вот с Фарахутдиновым и прокатитесь.

Ринат как-то сник. Ему, видно, хотелось посидеть в комнате отдыха и попялиться в телевизор, там футбол показывали…

Ребята скинулись деньгами, и мы с Ринатом поехали на моей «НИВЕ» к ближайшему торговому центру, к «Чайке».

— Короче, — начал инструктаж Ринат, когда мы подъехали к парковке у торгового центра, — клювом не щелкай. Видишь, какая нездоровая суета. Пойдем в бургер, там и затаримся.

— Пацаны колбасы просили…

— Нехер шляться, — Ринат кивнул на машину скорой помощи у входа в продуктовый и двоих ЧОП-овцев, что благополучно свинтили какого-то тщедушного мужичка и пытаются уложить его на каталку скорой, — пойдем, вместо колбасы им пиццы возьмем.

В бургерной было немноголюдно — утро, хоть и позднее, рабочий день. Так, несколько человек лениво жевали и смотрели в окна, на проспект. Заказав кучу еды на три десятка мужиков, мы с Ринатом стояли у кассы и ждали, когда нам озвучат сумму.

— Ма-аш, — к кассиру подошла девушка с кухни, — мы Игорю «скорую» вызвали, он отключился.

Маша, светловолосая девушка, подскочила и, бросив: — Извините, я на минуту. Наташ, постой тут, — убежала на кухню.

— Что, кто-то горит на работе? — заложив большие пальцы за бронежилет и покачиваясь на пятках, поинтересовался Ринат у оставшейся девушки.