Один день
Шрифт:
Лестрейд продолжил задавать вопросы, связанные с привычками и образом жизни ее мачехи, Шерлок, казалось, слушал их вполуха.
– Да, стоит сказать: Эмили вторую пятницу подряд не ночевала в своей спальне, мне об этом сказала Роза - наша служанка. Меня это мало волновало, как вы можете понять, но вам может пригодиться, - фальшивая небрежность тона с которым Натали поведала об этой детали, заставила Шерлока насторожиться.
– Вы знали, что у Эмили была квартира в Портобелло? – спросил уже извещенный о находке детектива Лестрейд.
– Впервые слышу, - веско
– Как умер ваш отец? – голос Шерлока прозвучал неверно взятой нотой.
– Это не имеет отношение к делу, – спустя несколько секунд зло отсекла Натали, окончательно потеряв свое отполированное равнодушие, - вы можете удовлетворить свое любопытство, прочитав отчет больничного коронера.
– Вы замечали, что неожиданный вопрос всегда сбивает с толку лгуна? – Шерлок встал с дивана и, сделав шаг, присел у ног Натали.
– Вы явно страдаете от психогенной депрессии(4), - тихо, доверительно начал он, глядя на нее снизу вверх, - об этом говорят ваша застывшая мимика, мешки под глазами, характерный излом бровей, резкое похудание – у вас впали щеки, хотя форма лица круглая. На столе пузырек с сильнодействующим препаратом от мигрени, и он пуст уже наполовину, хотя рецепт выдан девять дней назад. Но вас изводит не только скорбь по ушедшему отцу, но и чувство вины. Я прав?
Не переставая смотреть в глаза Натали, Шерлок положил свою руку поверх ее запястья.
– Это чувство не касается смерти Эмили, так как возникло гораздо раньше, но все-таки с ней связано. Вернее с враждой, что была между вами – вы отвели взгляд и порозовели, когда Джон спросил об этом. Расскажите правду, Натали, вам станет легче.
Некоторое время они сидели абсолютно неподвижно: ссутулившаяся, опустившая голову женщина в кресле и застывший в неудобной позе детектив.
– Хорошо, - Натали подняла лицо и сделала глубокий вдох и выдох, пытаясь восстановить прежний налет бесстрастности, - я давно подозревала, что у Эмили интрижка на стороне. Отец слепо ей доверял и не стал бы слушать одни мои предположения.
Около месяца назад я обратилась в агентство, специализирующееся на слежке и сборе информации.
Их сотрудник следил за ней десять дней, по итогам которых представил подробный отчет и папку с фото. Несколько довольно откровенных. У нее был женатый любовник. Но встречались они на его территории, пока жена была в отъезде.
– Почему вы умолчали об этом, мисс Кертис? – укоризненно покачал головой Лестрейд.
Натали молчала, прикрыв глаза.
– Вы показали их отцу, - уверенно сказал Шерлок, - отсюда и чувство вины.
Натали судорожно втянула в себя воздух, будто боялась, что он может закончиться. Джон и Лестрейд обменялись обескураженными взглядами, им было неловко.
– Да, я устроила настоящий скандал, сказала, что он не видит дальше своего носа, бросила распечатанные фото ему в лицо. Увидев их, он схватился за сердце, - ее голос звучал безжизненно, глухо, - дальше инсульт и смерть.
Еще одна тягостная пауза.
– Мне было очень
– Они нам понадобятся, Натали, – произнес Шерлок мягко.
– И адрес агентства, в которое вы обращались.
(1) Сувальдный замок — замок, секретная часть которого представляет собой пакет пластин (сувальд) с фигурными вырезами, которые при открытии замка подталкиваются выступами на бородке ключа.
(2) Так называемый белый мышьяк (окись мышьяка), которым травят грызунов, можно ошибочно принять за пшеничную муку или крахмал.
(3) Я встречала это сравнение не то в интервью с Камбербэтчем, не то в журналистском очерке.
(4) Психогенная (реактивная) депрессия возникает после тягостных для больного переживаний, чаще острых психических травм.
У автора ощущение, что в этой главе она вместо Шерлока выдала Патрика Джейна.
========== День. Часть II ==========
– И как ты понял? – Лестрейд листал отчет агента, нанятого Натали для слежки за своей мачехой. В руках у Шерлока находилась его копия, которую тот также внимательно изучал.
– Счета в квартире Эмили приходили на имя Йена Кертиса – он был собственником. Логично предположить, что он завещал квартиру жене. Натали не могла не знать об этом: текст завещания оглашается родственникам в течение десяти дней, тогда как со смерти ее отца прошло две недели. Она неуклюже солгала, чтобы направить наше расследование в нужном русле, пытаясь при этом не выдать себя. Она хотела сохранить свою тайну, - Шерлок поднял глаза на Джона, который о чем-то говорил с Натали в другом конце комнаты, в которую привела их хозяйка.
– Может, она просто дает нам ложный след, - понизив голос, обратился к детективу инспектор.
– Их взаимная личная неприязнь с убитой – это все-таки мотив.
– Ты видел ее руки? Грязь под ногтями, остатки лака. Для женщины ее круга это неприемлемо. У нее нет ни желания, ни сил на обыкновенный маникюр, куда там до тайного проникновения в жилище и добавления яда в блинную смесь. Натали нужна врачебная помощь, - Шерлок закрыл папку с докладом.
– И еще одно.
– Что?
– Просто оглянись по сторонам. Натали принимала нас в бывшем кабинете отца, но ее комнаты – это современный хай-тек, на полках ни одной лишней вещи. Она не любительница старины, а убийство в Потртобелло связано с антиквариатом. Твои люди уже закончили опись вещей из квартиры Эмили?
– Надеюсь, ты оставил им все улики, - исподлобья посмотрел Лестрейд.
– Разве я когда-то поступал иначе? Натали, мы можем взглянуть на спальню Эмили?
***
– Трудно поверить, что наша Молли могла общаться с таким человеком как Эмили, - вздохнул Джон, спускаясь по крыльцу особняка, после осмотра личных вещей убитой.
– «Наша» Молли? – язвительно переспросил Шерлок, не отрываясь от записной книжки в кожаном переплете, найденной в спальне супругов Кертис.
– Эй, - остановился Уотсон.
– Ты же не веришь, что она это сделала?