Одесский телефон
Шрифт:
– Он здесь.
– Я знаю. Я иду к нему. Мне раскладушку надо заклепать. Он сейчас клепает? Ты не знаешь – клепает? Он мне заклепает. И примус починю. Где, ты говоришь, у них вокзал?
– Вот этот шпиль.
– У них там Привоз?
– Там вокзал.
– Да, там вокзал. А там Привоз и там Аркадий. Он мне все починит. А что бы я там делал? Кого я там знаю? Куда я с раскладушкой в Америке? Они даже не знают, как ее раскладывать. А заклепать?.. Только здесь. Здесь мы свои. Звони, я тебе все напомню.
Комплекс
Выпивать каждый бокал до дна. И за женщин стоя. И объяснять себя всем. Видите, я выпил до дна. Громко:
– Вот. До дна. Как договаривались!
Он чудный.
– Понимаете, это книги в чемодане, поэтому он такой тяжелый. Ничего такого…
Открытый всем ветрам и уборщицам.
– Вы где вообще убираете? Я сюда поставлю, чтоб он вам не мешал. Вы здесь будете убирать или здесь?
– И здесь, и здесь.
– Я могу его вынести… А я подожду… Мне не трудно.
А таксисту:
– Вы куда едете? Вот сейчас? Я думал, может, нам по дороге. Я бы тогда вышел, а вы бы свернули по Пушкинской. Вам так будет удобно. Мне куда? Ну, это неважно… Нет, это вам не по дороге…
Он чудный, особенный… Очень хороший…
И у врача он говорит:
– Только если это вам удобно. Если вы там не достанете пальцем, ну и не надо. Обойдемся. Подумаешь, я потерплю.
Всюду опаздывает, потому что – и этому, и этому, и этому, и все по дороге, конечно. Трудно, не трудно – какой разговор, я заеду. Из точки А в точку В не по прямой, а через Ж-С-Д-И-К-Л-М-Н – ну все равно мимо, зато все успеем. И хоть его ждут именно в В, с которым и договаривались, но В и подождет, с ним же договаривались. Зато остальные и С, и Д, и Ж в восторге: чудный, добрый, неутомимый. Давайте, давайте с ним дружить.
Кто еще не успел подружиться? Сюда. Хороший, хороший… И все объясняет:
– Понимаешь, ну я же должен был. Это же по дороге. Да и пустяк. Сколько там времени?..
Да, да, конечно. Очень хороший. Немножко много отнимает времени. У себя отнял. Но самоотверженно.
– Я же заехал, понимаешь?
– Понимаю.
Понимаете вы – понимает он.
– Пойми меня…
– Понимаю, понимаю…
– Я же тебе объяснил.
– Да, да.
Да… Чудный… Милый… Очаровательное украшение нашего стола… Да-да… Мы дружим, дружим…
Навстречу всем и никому, всем и никому…
И выпью, и довезу… Вот чтоб так. Так никто… Понимаете, здесь у меня… Я как раз везу… Да…
Откроем окружающим, что нужно для комплекса:
а) долго смотреть на часы;
б) вынимать ключ за квартал до дверей;
в) остановиться за полтора метра до двери и тянуться, тянуться…
г) открывать рот до того, как набрал ложку каши;
д) и конечно, улыбаться до того, как наступит причина, потому что все время видит себя со стороны.
Автопортрет-96
Первое.
Второе. Зеркало радует ежеминутно.
Третье. Личная жизнь цветна и ярка невыносимо. Звук и цвет хочется приглушить, однако выключатель в других руках.
Четвертое. Живот появляется первым, куда бы ни пришел. Ведет себя нагло. Мешает. Хотя кому-то служит полкой для рук.
Пятое. Физическая стройность, о которой так много говорилось, продолжает вызывать много разговоров.
Шестое. Нижний кругозор ограничен животом. Верхний очками.
Седьмое. Ботинки на шнурках и пальто со змейкой вызывают желание поручить это все кому-то застегивать. Восьмое. А публика требует смешное.
Девятое. Почему никто не желает грустить? А «Мать» Горького? А «Анна Каренина»?
Десятое. Хочет носить славу, но не имидж.
Одиннадцатое. Мгновенно стал старше всех. Не по званию, к сожалению.
Двенадцатое. Очень любит высокий заработок… Так дайте ему! В чем дело?!
Тринадцатое. Очень хочет быть мостом между Украиной и Россией, только чтоб не ходили.
Четырнадцатое. …очень хотелось бы, но не сможет.
Пятнадцатое. А даже если сможет? Что делать потом – вот вопрос?
Шестнадцатое. В раздетом виде широк. В одетом – скуповат.
Семнадцатое. Напоминает попугая в клетке. Сидит накрытый одеялом. Вдруг поднимают одеяло – яркий свет, тысяча глаз, и он говорит, говорит… Опустили одеяло – тихо, темно, кто в клетке – неизвестно.
Я его вызвал
Я его вызвал, и он пришел ко мне с тонометром.
– Вам шестьдесят лет, – сказал он. – Что тут не ясно?
Большой живот – вот результат.
Давление – результат.
Изжоги – результат.
Сердцебиение – результат.
Вам шестьдесят, и от чего-то надо отказаться.
Так от чего отказываться будем?
а) Бабы – вычеркиваем.
б) Выпивка – вычеркиваем.
в) Вкусная еда – вычеркиваем.
г) Лежание с книгой – вычеркиваем.
д) Ужин с друзьями.
е) Утренний кофе.
ж) Ночной коньяк.
з) Жареное.
и) Копченое.
к) Газеты на ночь.
– Что там осталось? – просипел больной.
Остались: свежий воздух, утренний бассейн, вареная морковь, жена.
Неделю пролежал со списком.
Потом восстановил последний пункт.
Последний пункт, он легкий самый.