Одержимый
Шрифт:
Sophomore. Второкурсник. От греческих слов sophos – мудрый и moros – дурак. Шуточка, отпущенная одним из ее профессоров.
Алекс не нашлась с ответом. Итан же продолжил как ни в чем не бывало:
– Вот я и решил – дай-ка посмотрю. Хуже никому не будет.
Алекс в этом сомневалась. Неужели Итан смог узнать, что она убила Ариэля? И попросил прийти сюда, чтобы свести счеты? А она покорно явилась, как последняя дура?
– Ты знаешь
Он протянул ей телефон. Алекс уже поняла, что сейчас увидит, но все равно послушно взяла мобильник.
Асфальт на тротуаре слегка отливал зеленым, дорога, на которой почти не было машин, казалась черной, как река. В поле зрения камеры возникла девушка в одной лишь майке и нижнем белье, сжимающая что-то в руках. Алекс знала – это сломанные остатки деревянной биты Лена. Той самой, которой она убила его, Бетчу, Коркера, Кэма. И кузена Итана Ариэля.
Алекс провела пальцем по экрану, перематывая запись. Она чувствовала, как Итан наблюдает за ней, что-то прикидывая, но не могла отвести глаз от девушки на экране – слишком яркой, будто светящейся, чьи глаза в зеленоватом свете камеры ночного видения казались незнакомыми. «Со мной была Хелли, – подумала она. – Внутри меня». В ту последнюю ночь Хелли придала ей сил, помогла избавиться от улик, заставила дочиста отмыться в реке Лос-Анджелес. Хелли защищала ее до конца.
– Маленькая девочка, – протянул Итан. – И так много крови.
Отрицать, что видеокамера засняла именно ее, не имело смысла.
– Я была не в себе. И не помню ничего…
Алекс не дали закончить. Мясистая лапища сомкнулась у нее на горле, перекрывая доступ воздуха. Цви.
Вцепившись ногтями в кожу телохранителя, Алекс попыталась оттолкнуть его руку, чтобы сделать вдох. И ощутила, как ее сдернули с дивана и подняли в воздух. Она молотила ногами, надеясь достать обидчика, но бессильно пинала лишь пустоту. Алекс хотела закричать, но из сдавленного горла не вырвалось ни звука.
Итан, развалившись на белых подушках дивана, со спокойным интересом наблюдал за ней. В окно она видела гостей, по-прежнему толпившихся вокруг бассейна и знать не знающих о том, что происходит в доме. Мертвая девушка в блестящем платье все еще танцевала.
Даже не задумываясь, Алекс вскинула руку и мысленно потянулась к Серой, настойчиво прося ее силы. Рот тут же наполнился вкусом сигарет и вишневого блеска для губ, в горле запершило, как будто она только что втянула слишком много дыма. В нос ударил запах пота и парфюма. По телу заструилась сила.
Алекс схватила Цви за руку и крепко сжала, ощутив, как прогнулись
– Хватит, довольно! – воскликнул Итан и хлопнул в ладоши.
Цви мгновенно отступил назад и поднял руки, словно успокаивая дикое животное. Прищурившись, он смотрел на скорчившуюся на полу Алекс. Она пыталась отдышаться и в то же время в любой момент была готова вскочить на ноги и броситься бежать. Следы от ее пальцев на предплечье телохранителя уже начинали темнеть, постепенно становясь синяками.
Итан все так же сидел на диване, но теперь его губы расплылись в улыбке.
– Когда я увидел останки Ариэля, то решил, что такое невозможно. Обычная девчонка не способна нанести такой вред.
И Алекс поняла, что совершила ужасную ошибку. Итан вовсе не хотел ее убивать – в противном случае Цви взял бы нож или удавку и всерьез напал на нее, а не просто ударил в живот.
– Что ж, я осознал свое заблуждение, – продолжил Итан. – Теперь поговорим о деле, Алекс Стерн.
Он просто играл с ней. Точнее, прощупывал почву. Алекс подсознательно ждала ловушки, вот только не предполагала, что именно он для нее приготовил. И угодила прямо в расставленный капкан.
Мудрая дура.
10
Октябрь
Чтобы добраться с места преступления до общежития, Алекс поймала такси. Конечно, она могла прогуляться пешком, тем более что было недалеко, но район медучилища считался неспокойным, а Алекс слишком устала, чтобы с кем-то драться.
Когда, умывшись, она в конце концов легла в кровать, часы показывали три ночи. К счастью, Мерси крепко спала, так что обошлось без вопросов.
Погрузившись в сон, Алекс оказалась в «Черном вязе». Она поднялась по лестнице и вошла в бальный зал, миновала золотой барьер и скользнула в круг, окунувшись в его успокоительное тепло, словно в горячую ванну. Дарлингтон ее уже ждал.
Алекс не помнила, как проснулась. Вот она стояла во сне в защитном круге вместе с Дарлингтоном, а в следующий миг очутилась уже возле двери в «Черный вяз» – одна, под осенним небом. Сперва Алекс решила, что все еще спит. В доме было темно, лишь из заколоченных досками окон второго этажа сочился золотистый свет. В кронах деревьев шумел ветер; шелестящие листья словно бы шептали, предупреждая: «Лето закончилось… закончилось».
Алекс взглянула вниз, на собственные ноги, покрытые грязью и кровью.