Одержимый
Шрифт:
– Саша, я тебя провожу, – предложил папа и обернулся к Жданову. – Вадим Викторович, я отлучусь буквально на пару минут.
– Нет, – отрезал директор, – Я сам провожу Александру, у нас есть незаконченный разговор.
Твою же налево….
Как, наверное, и любой другой человек не переношу, когда мне навязывают свою волю, а Жданов это делает чуть ли не на каждом шагу. Мужчина не спросил, хочу ли я видеть его провожатым, он как само собой разумеющееся поставил меня перед фактом. Далее он не предложил взять его под руку,
– Александра, продиктуйте мне свой номер, – после того как мы вышли из здания на крыльцо, приказным тоном потребовал Жданов и, вынув телефон из кармана пиджака, приготовился набирать цифры.
Всё, сейчас психану и начну ругаться. Непечатными заковыристыми выражениями.
Медленно вдыхаю через нос и также плавно выпускаю воздух только уже через рот, обычно это помогает расслабиться. Ну, почешу язык о самолюбие Жданова, получу удовольствие на пять минут, а как после отцу в его фирме работать?
– Вадим Викторович, а зачем вам мой номер? – часто моргая, старательно изображаю на лице удивление.
– Чтобы созвониться и договориться о встрече, – пояснение мужчины звучит так, словно мы давно и железобетонно условились куда-то сходить, только вот место, время и дату, ну, то есть детали не обговорили.
Понимаю, что пауза затянулась, но пока со ступеней не спустимся и к такси не подойдём, отвечать не стану.
Вплотную приблизившись к задней дверце машины, собираюсь с духом и выдаю:
– Вы меня простите, Вадим Викторович, но ни номер вам сказать не могу, ни уж тем более встретиться. Мой молодой человек не одобряет общение с другими мужчинами.
Вадим, не прекращая сверлить взглядом, тянется к ручке двери, предположительно, чтобы для меня её распахнуть, но нет, он замирает, тем самым просто-напросто заблокировав мне вход в салон такси.
– Александра, а для чего вам нужен молодой человек, который что-то там запрещает?
Вообще-то, я сказала «не одобряет», о запрете речи не шло. Ну да фиг с ним….
– Ради любимого человека, знаете ли, приходится идти на компромиссы и жертвы. Хорошего вечера, Вадим Викторович, – процедила сквозь зубы я и, обойдя машину, села в такси с другой стороны.
Глава 2
На протяжении последних трёх лет каждое день встаю в шесть утра и несусь на пробежку. Первое время в такую рань с трудом продирала глаза, а из постели себя буквально выталкивала пинками, после же привыкла, но по выходным, особенно как сейчас в воскресенье, хочется послать режим дня к чёрту, накрыть голову подушкой и до обеда благополучно сопеть.
Мобильный надрывно звонит, чтобы выключить, надо выползти из-под одеяла и дойти до туалетного столика. Не оставлять на ночь сотовый под рукой – мой личный лайфхак, иначе есть шанс, не отдавая себе в этом отчёта, дотянуться до телефона
Прежде чем коснуться пятками пола и, сидя, широко потянуться руками, три раза обещала себе «Ещё пять минут и встаю». И почему не поднимаюсь сразу, ведь лишняя четверть часа в кровати ничего, кроме мучений, не даёт?
Стакан воды натощак, скорый душ с шапочкой на голове, полностью с волосами моюсь уже после пробежки, удобные старенькие кроссовки, спортивные леггинсы, мастерка с большими карманами для ключей и телефона, кепка, наушники. Погнали…
Яркое солнце и чистое небо обещают к полудню замечательную погоду, но день ещё не разыгрался и на улице, как это часто бывает в апреле, достаточно зябко. Поёжившись на крыльце подъезда, широко зевнула и направилась в сторону парка.
Через десять минут прибыв к месту старта, круговыми вращениями головы потянула шею, помахала руками, сделала несколько наклонов корпуса и приседаний. Не всегда получается, как сейчас, перед пробежкой размяться, если возле тропинки в парк есть народ, да даже один человек, этот пункт я пропускаю, потому как стесняюсь. Понимаю, что глупо, никому до меня дела нет, никто пальцем не покажет и не засмеётся, но побороть себя не получается, неловкость каждый раз одерживает верх.
– Сашенька, что-то ты сегодня припозднилась, – раздался знакомый мужской голос, следом из лесной чащи показался огромный мраморный дог, которого на длинном поводке держал Пётр Иванович.
Широко улыбнулась и помахала рукой.
– Доброе утро. Нет, я как раз вовремя, это вы вышли на прогулку раньше обычного. Иди ко мне, хороший, – поманила пса, чтобы, как водится, почесать за ушами. – Ой, какой же у тебя холодный нос, – засмеялась я, когда морда собаки ткнулась мне в щёку. – И мокрый.
– Фу, Лорд, нельзя, – Пётр Иванович дёрнул за поводок. – Сашенька, извини, он воспитанный, но тебя почему-то всегда норовит облизнуть.
– А я и не в претензии. У нас с Лордом взаимная любовь, да? – посмотрела в умные глаза пса, а после подняла взгляд на хозяина. – Пётр Иванович, а вы к ветеринару сходили, узнали почему у Лорда плохой аппетит?
– А-а-а, – махнул мужчина рукой и тяжко вздохнул. – Сходил. Ветеринар сказал то же самое, что мне говорит врач. Старые мы с Лордом, оттого и болячки.
С Петром Ивановичем мы познакомились в парке на почве ежедневных встреч, сначала просто здоровались, потом перешли на разговоры, но его возрастом никогда не интересовалась, думаю, ему лет семьдесят или около этого.
– Слушайте вы их больше. Тоже мне нашли стариков. Да вы куда бодрее и здоровее, чем многие мои одногодки.
– Если я такой молодец-удалец, может, пойдёшь за меня замуж? – широко улыбнулся мужчина.
– А что? Пойду. Вот завтра увидимся и все детали обговорим. До свидания, Пётр Иванович. Лорд, пока.