Одержимый
Шрифт:
– Всё только начинается, – тяжело вздохнув, не согласилась с ним Миа.
Сделала ещё глоток вина и повторила:
– Всё только начинается…
Глава 2
Вернулась Лаура одна. Вид у неё был вымотанный и счастливый одновременно. Шикнув на служанку, пытавшуюся было войти и «помочь графине», она заперла дверь и буквально рухнула в кресло.
– До сих пор не верю, что у нас получилось, – призналась графиня, растерянно глядя на свои пальцы. Они мелко дрожали. – Всё словно во сне.
– Ты отлично
Улыбка Лауры угасла.
– Он просто заботится обо мне, – вздохнула она. – И считает вас опасными.
– В чём-то я его даже понимаю, – Миа весело покосилась на Стрижа. – Я Алекса временами тоже побаиваюсь.
Тот скорчил злобную рожу, но тут же посерьёзнел и сел в кресло напротив Лауры.
– Расскажи об этом Даране. Кто он и что вас связывает?
– Только сперва прикажи принести чего-нибудь поесть, – посоветовала Миа. – А то у тебя такими темпами сахар упадёт и ты упадёшь следом.
Лицо графини приобрело изумлённое выражение:
– Но тут нет сахара, чтобы его уронить. И почему я тоже должна упасть?
Пару секунд эльфийка размышляла, как доходчиво объяснить девчонке про обмен веществ, а затем махнула рукой и просто сказала:
– Ты с утра ничего не ела, а день был трудным и едва перевалил за середину. Поешь и наберись сил.
При мысли о еде девчонка скривилась:
– Мне кусок в горло не полезет.
– А ты приложи усилия, – безжалостно посоветовала Миа.
Спорить с ней Лаура не стала, а поднялась и дёрнула за шелковый шнурок у входа. Где-то глухо зазвонил колокольчик и вскоре в комнату вбежала служанка. Отдав распоряжения, Лаура вновь вытянулась в кресле и начала рассказ.
Даран оказался её сводным братом – бастардом отца от рубежницы из незнатных. Их роман длился не один год, что безумно злило первую жену графа. Как часто бывает в династических браках, особой любви между супругами не сложилось и пока знатная жена рожала Лавру наследников, тот предпочитал проводить время с любовницей. У рубежницы, видимо, были далеко идущие планы на эти отношения и она понесла от графа, родив Дарана.
Дальнейшая история обросла слухами и домыслами. Одни говорили о трагической гибели рубежницы, после которой граф забрал в замок не только своего бастарда, но и осиротевшего старшего сына любовницы. Другие утверждали, что именно графиня приложила руку к скоропостижной смерти ненавистной соперницы.
Как бы то ни было, Даран с братом поселились во дворце, среди других одарённых магией бастардов.
– У вас принято заботиться и о незаконнорожденных детях? – в голосе Мии отчётливо слышалось одобрение.
– Только если они унаследовали магический дар, – разочаровала её Лаура. – Из них выращивают рубежников для охраны границ, или стражников в замок.
Служанки принесли подносы с едой и только уловив аппетитные запахи Лёха осознал, насколько проголодался. Да и готовили графские повара отменно, так что оставшуюся часть истории он слушал с набитым ртом. Миа не отставала, хватая еду с подноса
– И этот самый Даран успел дослужиться до начальника замковой стражи? – прожевав, уточнила эльфийка.
– Если бы… – вздохнула Лаура. – Он рвал жилы, стараясь заслужить любовь отца, но чем лучше граф относился к бастарду – тем больше его ненавидела графиня. И это отношение переняли все её дети – мои старшие братья и сестра. И даже после смерти матери они сохранили глубокую неприязнь к Дарану и его безродному брату.
– Несладко ему пришлось, – оценил Стриж.
– Не то слово, – вздохнула девчонка и отпила немного из бокала. – Отец женился во второй раз и родилась я. Меня, младшую, любили и баловали, но как-то раз я увидела, как братья травят Дарана, выбросив из окна его обед. Он никогда не жаловался отцу, не желая показаться слабым. Помню я тогда утащила мясной пирог с кухни и принесла ему.
Воспоминание вызвало у Лауры счастливую и чуть смущённую улыбку.
– Я тогда так гордилась собой…
Лёха представил пацана, затравленного сводными братьями, от которых не сбежишь, на которых не пожалуешься и с которыми не справишься. На их фоне одно то, что Лаура проявила к нему человеческое отношение, должно было до глубины души тронуть Дарана. Такое не забывается даже спустя годы.
– Мы подружились, – продолжала рассказ графиня. – Я таскала ему вкусное, когда братья не видели, а он рассказывал мне истории о рубежниках, страшных демонах и жизни за пределами замка…
Губы Лауры вновь тронула мечтательная улыбка, но следующая фраза стёрла её без следа:
– А потом кое-что случилось и отец отослал Дарана, устроив служить к императорским гвардейцам.
Миа приподняла бровь, ожидая подробностей, но графиня явно не собиралась вдаваться в детали.
– Там, защищая границы от демонов вместе с Тиграми, он лишился руки и глаза, – закончила она хмуро. – И даже не сообщил об этом ни мне, ни отцу. Когда я узнала об этом от его друзей – упросила папу дать ему должность заместителя командира замковой охраны. Скандал был изрядный, ведь на пост претендовали младшие сыновья знатных ветвей рода, но отец никогда не мог мне отказать. Да и, мне кажется, в душе он гордился своим бастардом… А когда командир погиб при взрыве – Даран занял его пост. Его не сожрали по двум причинам: во-первых, Дара очень уважают рядовые стражники. А во-вторых, все были уверены, что новый глава клана сменит его первым же приказом.
«Мыльная опера!» – раздражённо буркнула явившаяся Лёхе демоница.
Сейчас она походила на персонажа из фильма ужасов: женскую голову венчали рога, а на симпатичном лице рот был порван до самых скул, обнажив челюсть, усеянную острыми зубами. Картину дополняли копыта и мощный чешуйчатый хвост.
«Ты откуда такие понятия знаешь»? – изумился Стриж.
«Я живу в твоей пустой голове и мне особо нечем заняться, – огрызнулась та. – Изучаю твои воспоминания. Я и не знала, что из нашего мира в ваш есть лазейка».