Одержимый
Шрифт:
– Да будет так, - глухо повторили старейшины.
– Держи меня.
– Крайт повернулся к восхищенно глядящему на него Рону. Аккуратно, под руку, словно мы беседуем, понял?
Рон кивнул.
– Пошли.
* * *
... Девушка в лунном свете. Она манит его рукой, ее губы раскрываются в улыбке. Да это же Сариппа, та самая деревенская девушка, за купанием которой они подсматривали из кустов! В затылок сопит Цип, его паж, такой же мальчишка, как и он. Бежать, прочь, но ноги толкают его вперед, он словно в тягучей, всасывающей смоле, его заполняет дикий, животный ужас попавшего
Нант вздрогнул, судорожно дернулся, пытаясь освободиться... И чуть не упал со стула. Капитан выдохнул, потер руками глаза. Он уже грезит наяву. Эта девушка... Эта случившаяся в далеком детстве история... Прошлое, которое он давным-давно похоронил и совершенно не собирался больше вытаскивать из пыльных закоулков памяти. Он давно уже не отпрыск голубых кровей, а головорез, по которому плачут судебные приставы всех стран Лиги. Что с ним? Сейчас ночь, но он ведь не спал. Или спал? Он сидел, разбирая донесения офицеров, а потом... Наверное, все-таки задремал.
Капитан снова склонился над столом. На чем он остановился? Ага, Гас докладывает, что из десяти полученных лошадей две - бракованные, не могут быть признаны строевыми и должны быть списаны. Сбруя пересохла во время транспортировки, поэтому необходимо... Строчки сливались в бессмысленные пятна. Нант снова потер слипающиеся глаза. Пожалуй, надо ложиться спать. Он уже в третий раз без особого успеха начинает читать доклад лейтенанта. Ладно, если и дальше все в том же духе, то вполне можно отложить это на завтра. Нант встал, потянулся, расстегнул портупею.
– Господин капитан, разрешите?
– В двери показалась голова солдата.
– В чем дело?
– Нант недовольно поморщился.
– Там, э...
– Солдат пошевелил губами, соображая.
– Там магистр приехал.
– Какой еще магистр?
На лице солдата отразилась напряженная работа мысли.
– А бес его знает, какой. Нервный.
– Что значит - нервный?
– Психованный. Кричит, ногами топает, требует, чтобы ему срочно Гуграйта предоставили.
Нант тряхнул головой. Неужели он хочет спать настолько сильно, что уже ничего не понимает?
– Черт побери, солдат! Какого черта ты ко мне приперся?! У тебя что, сержанта нет, чтобы с этим всем разобраться? Какой еще такой психованный магистр Гуграйта требует?!
– Не могу знать, господин капитан!
– Солдат вытянулся.
– Мы в дозоре были и этого магистра на коляске встретили, а он стал кричать, что он магистр и чтобы его поэтому к Гуграйту отвели, потому как у него письмо от этого, Бахиши какого-то...
– Баниши?
– Нант нахмурился.
– Так точно, Баниши. Ну, тогда сержант за лейтенантом Гвидом послал, а тот уже за вами.
– От Девятки? Так что же ты, дурень, сразу сказать не мог?
– Капитан вздохнул, снова застегнул портупею. Сон откладывался.
– Показывай, где там этот магистр.
* * *
Нант быстро шел по тренировочному лагерю следом за солдатом.
– ... А я требую!...
– Тонкий визгливый голос. Ровный, убеждающий баритон Гвида.
– Вы не понимаете! Я магистр! Да я вас... Вы не смеете! Немедленно
Магистр. А ведь и правда... Нант глянул по сторонам, удовлетворенно кивнул. Немного поодаль от скандалящего магистра стояла группа подростков, молча наблюдая за происходящим. Колдуны Гуграйта. Не сказать чтобы они ему очень нравились, презрительно цедящие слова, со странно затуманенными взглядами, словно находящиеся здесь и одновременно еще где-то, но сейчас он был рад их видеть. Предусмотрительный Гвид их позвал или они пришли сами, не так важно, главное - они были рядом, и это как-то успокаивало.
– В чем дело?
– Солдаты расступились, пропуская Нанта вперед, к высокому тощему старику.
– Капитан Нант. Что случилось?
– Вы кто?!
– Я командую...
– Нант замолчал. Знать, чем он командует, магистру было совсем не обязательно.
– Я здесь главный. А вы, насколько я понял?
– Магистр Ояхаси. У меня срочное послание для Гуграйта!
– Лицо магистра исказилось.
– Его необходимо передать как можно скорее, а эти тупицы...
– Очень приятно, господин магистр!
– Нант поклонился.
– Для меня честь приветствовать магистра у себя в лагере. Не могли бы вы изложить причину, приведшую вас сюда, поскольку я еще не имел возможности войти в курс дела?
– О!
– Лицо магистра разгладилось.
– Приятно встретить истинно образованного человека в этой глуши, среди орд грязных...
– Итак?
– резко перебил Нант. Это его люди, и какими бы они ни были, он совершенно не собирался позволять постороннему, пусть даже и магистру, оскорблять их.
– У меня срочное послание от магистра Баниши.
– Ояхаси извлек из складок своей тоги запечатанный конверт.
– Дело исключительной секретности и важности! Необходимо срочно доставить его этому вашему Гуграйту. Мне надо немедленно видеть его! Капитан, проводите меня.
Нант вздохнул. У него уже вполне сложилось представление о прибывшем магистре.
– Позвольте.
– Капитан взял у Ояхаси письмо, внимательно осмотрел. Конечно, он не маг, но, насколько он мог доверять своим глазам, печати были подлинные.
– Сожалею, господин магистр, но придется ждать до утра.
– Как - до утра?
– По лицу магистра опять поползли складки, он нервно оглянулся на стоящих вокруг солдат.
– Как - до утра?! Вы что, не понимаете? Это же сам Баниши!
– Очень сожалею.
– Нант притворно покачал головой.
– Но поверьте, сейчас видеть Гуграйта совершенно невозможно. Вы же знаете, у правителей свои причуды. Гуграйт абсолютно не принимает по ночам.
– Не принимает...
– Ояхаси моргнул.
– Но ведь сам Великий Магистр, сам Баниши...
– Кроме того, до Изарона еще шесть часов езды. Разбойников у нас нет, и тем не менее езда по ночным дорогам...
– Так это не Езерон?
– Ояхаси выглядел совершенно потрясенным.
– А что? А я думал...
– Поэтому, уважаемый магистр, - продолжил Нант, - я предлагаю вам свое гостеприимство и ночлег. Прошу вас, устраивайтесь на ночь, а завтра мы известим Гуграйта, и, не сомневаюсь, он встретится с вами немедленно, как только ему представится возможность.