Одержимый плейбой

Вулф Алекс

К черту влюбленность. Это самое худшее, что я когда-либо испытывала.

Глава 38

Дэйкон

После стычки с Куинн я сразу еду домой. Нет желания возвращаться в офис и пялиться на нее, сидящую за своим столом, зная, что она не будет моей. Она сдалась, уволилась еще до того, как мы по-настоящему что-либо начали.

Наверное, я должен быть благодарен, что все закончилось

сейчас, прежде чем я стал относиться к ней еще серьезнее. Кого, черт возьми, я обманываю? Я серьезно относился к Куинн с тех пор, как впервые увидел ее. Она единственная женщина, к которой я когда-либо относился серьезно, и которая пробудила во мне чувства.

Опрокидываю стакан и смотрю на горизонт из своего патио, задаваясь вопросом, как все сложилось бы, поговори я с ней раньше.

Всего два гребаных дня! Два дня, и она уволилась с работы?

Я взрослый ребенок, но и то более зрелый, чем она!

Прокручиваю ситуацию в голове по каждому сценарию, пересматриваю каждое решение, которое принял за последние несколько дней, включая засаду на нее в кафе. Черт, я был довольно груб с Куинн. Она заслуживала знать, что я чувствовал, но не таким образом.

Подобное дерьмо случается, когда хоронишь тридцатилетний эмоциональный багаж и прячешься за розыгрышами. Наконец-то встречаю кого-то, кто мне небезразличен, с кем существует настоящая связь, и саботирую эти отношения.

Больше всего я думаю о том, как хорошо нам было вместе. Я был без ума от Куинн. Бля*ь. Я до сих пор от нее без ума. Даже не знаю, что делать. Такое ощущение, что у меня чешется кожа, и я не знаю, где почесать.

Слышу шаги позади себя и оборачиваюсь, наполовину ожидая увидеть Куинн, хотя знаю, что она ни за что на свете здесь не появится.

— Какого хрена ты тут делаешь? Ждешь кризис среднего возраста? Так купи «Харлей» и женись на стриптизерше. — смеется Декстер.

— Слушай, я на самом деле не в настроении. Поэтому…

— Что, черт возьми, ты сделал с Куинн?

— Что? — у меня сводит челюсть.

— Я как раз был в кабинете Декера, куда Тейт ворвалась, как Понтий Пилат, готовая распять тебя. Декер выгнал меня прежде, чем я услышал всю историю. Все, что я разобрал, было что-то про клюшку для гольфа и Куинн, так и не вернувшуюся с обеда.

— Какое, черт возьми, это имеет значение? Она уволилась.

Декстер качает головой.

— Иногда мне кажется, что ты еще больший идиот, чем я. И иногда ты доказываешь, что я прав. Сегодня один из таких дней, сука.

— Я сказал, что я не в настроении. Пожалуйста, не заставляй меня быть мудаком и по отношению к тебе.

Брат кивает и делает шаг к двери во внутренний дворик.

— Ты же в курсе, что это было заявление об увольнении, которое вступает в силу только после того, как Куинн закончит колледж? Она не собиралась увольняться в ближайшее время.

Я пялюсь на Декстера, затем обхватываю голову руками.

— Ты не знал, да? — он делает шаг в гостиную, затем, кажется, передумывает и выходит

обратно во дворик. — Декер просто хотел, чтобы это было формальностью, чтобы он мог поискать кого-нибудь, кто стажировался бы вместе с Куинн. Черт, даже я знал об этом, хотя ни на что не обращаю внимания! — он смотрит на озеро вдалеке. — Но, судя по тому, как ты выглядишь, предполагаю, что Куинн уволилась по-настоящему.

— Бля*ь! — ударяю кулаком по стулу.

Смотрю на Декстера, а грудь вздымается огромными волнами, и я пытаюсь просто дышать. Мое лицо, наверное, краснее, чем ад, но я знаю, что потеря хладнокровия — это то, от чего в первую очередь возникают все мои проблемы. На самом деле это даже не гнев. Я просто ненавижу себя, и мне трудно дышать. Похоже на приступ паники.

Куинн просто сводит меня с ума, черт возьми. Все, чего я хочу — лишь ее. Я бы бросил все ради еще одного дня с ней. Я хочу ее так сильно, что физически болит внутри, болит везде одновременно.

— Что ты натворил?

Провожу рукой по лицу и наливаю себе еще выпить. Слеза скатывается по щеке, и я замираю, когда это происходит. Никогда раньше подобного не чувствовал, во всяком случае с тех пор, как был ребенком. Поворачиваю голову и вытираю слезу плечом, чтобы Декстер не заметил. Я достаточно унизил себя сегодня.

— Я нашел ее в кафе.

— И?

— Знаешь те большие машины, которые сравнивают с землей автопарковки?

— Господи.

— Было немного похоже на это. Я не мог остановиться. Мне было чертовски больно, чувак. Наверное, подсознательно я просто хотел, чтобы Куинн почувствовала то же, что и я.

— Ну, это нехорошо.

Не знаю, посмеяться или ударить его по лицу за беспечную реакцию. Это обычное наше общение. В хорошей шутке нет ничего запретного.

— Я довел ее до слез. Назвал трусихой, обвинил в том, что она сдала меня. Затем пожелал ей удачи в карьере. Дело было не столько в том, что я ей сказал, сколько в том, как я это сказал. — качаю головой. — Черт, я даже признался, что люблю ее, но каким-то образом превратил признание в оскорбление в том же предложении. Сказал, чтобы она приберегла свою чушь для следующего парня, который ее полюбит, и разбила этим его сердце. — выдыхаю, теперь мне еще больше стыдно, чем раньше. — От этого невозможно оправиться. Куинн никогда больше не заговорит со мной. Я бы и сам больше не стал со мной разговаривать.

Декстер некоторое время непонимающе смотрит на меня и наливает себе стакан виски. Делает большой глоток и стонет.

— Ну и пи*дец.

— Что?

— Ты на сто процентов уверен, что любишь ее? Что она та самая?

Я прищуриваюсь на него за то, что он вообще усомнился в моих чувствах к Куинн.

— О чем, черт возьми, ты говоришь? Конечно, я безумно люблю ее! Чем еще можно объяснить все то дерьмо, которое я тебе наговорил? Разве это похоже на меня?

— Нет, не похоже. — Декс громко вздыхает. — Господи. Я могу помочь тебе все исправить. Хотя Куинн замечательная девушка и достойна гораздо большего.