Одержимый: Книга третья
Шрифт:
Не обладающий какой-то, обычно присущей таким отливкам, строгостью формы и печатями Казначейства на самых больших гранях, но всё же самый натуральный золотой слиток…
«Вот! Вот! А ты говорил какая добыча!» — восторжествовал едва не пустившийся в пляс бес.
«Был неправ», — признал справедливость упрёка я, во все глаза глядя на обнаруженные ценности. Один, два, три… Двадцать восемь слитков! Ну чем не сокровища?! Ведь если пересчитать на деньги, это порядка девяти сотен золотых!
«Половина моя!» — немедля напомнил мне бес.
«Твоя, твоя» — успокоил я обеспокоенно забегавшую нечисть. И вытащил из тайника ещё один золотой слиток, дабы удостовериться,
Но от сличения отливающих жёлтым металлом брусков меня отвлёк упавшая на пол полоска бумаги. Присев, я отложил в сторону слитки и поднял сложенный вдвое продолговатый кусочек мелованного листа. Развернул его. И прочёл:
«Д.Д., это последний раз, когда мы платим тебе по слитку за троих, если ты продолжишь подсовывать нам всяких доходяг, неспособных выдержать переход через перевал! Будешь получать по одному за пятерых, пока не поймёшь, что быть слишком жадным крайне невыгодно!
Далее, что касается твоих сетований на трудности добычи нужного нам товара. Плата за невинных детей пересмотрена в большую сторону не будет! Впрочем, если ты увеличишь их количество в каждой поставке, то мы подумаем о неком поощрении твоих стараний. О поощрении, которое выразится, например, в дополнительном, одиннадцатом, камешке за каждую полную десятку.
Теперь перейдём к более приятному для тебя. Мы готовы увеличить оплату до двух крупных камней за каждого ребёнка обладающего Даром. Надеемся, это послужит тебе дополнительным стимулом в расширении сети поиска и добычи столь ценного товара.
Аабрух от лица ТК»
Дважды перечитав записку, я недоумённо нахмурился. И, шагнув к тайнику, выгреб из него все слитки. За которыми, в самом углу, обнаружился простой полотняный мешочек. С какими-то камешками…
Нетерпеливо сдёрнув тонкий плетёный шнурок с горловины мешочка, я вытряхнул себе на ладонь его содержимое. Десятка с два огранённых алмазов… Совсем небольших — размером с ноготь мизинца… А среди них один крупный — с орех…
«Надеюсь, ты не собираешься сейчас заявить, что это чужое добро и брать нам его нельзя?» — с нескрываемым подозрением осведомился бес, едва я перевёл взгляд с драгоценных камней на него.
«Нет», — успокоил я нечисть. Не тот случай. Одно дело собственность честных граждан, а другое — работорговцев. Да ещё и связанных с темными, судя по всему… Намёки на это настолько толстые, что проигнорировать их просто невозможно. Во-первых, запредельно высокая стоимость живого товара. На Диких островах, на самом крупном невольничьем рынке из всех существующих, за один такой слиточек золота можно не трёх взрослых рабов приобрести, а целый десяток. Если не два. Или с пяток рабынь. Так, во всяком случае, знающие люди говорят. Во-вторых, лич. Кто может мёртвого мага в качестве сторожа для своего товара определить? Да никто кроме тёмных. Ну и в-третьих. Обычные работорговцы не любят связываться с малолетними детьми и уж тем более Одарёнными. Мороки много, а спрос на них крайне невелик. Если, конечно, не поставлять их тёмным, которые любят использовать детей невинных в кровавых ритуалах жертвоприношений…
«Вот и отлично! Не совсем, значит, осёл как я опасался! — выдал обрадованный бес. И, наткнувшись взглядом на мою насупившуюся после его заявления физию, смутился, и тут же изобразил кипучую деятельность — заметался, завертел башкой, приговаривая: Надо нам найти мешок покрепче или короб под добычу! А лучше два!»
«Какой ещё к демонам мешок? — вздохнул я. — И так еле ноги передвигаю… Без всякого груза…»
«Так и что мы теперь, бросим что ли золото
Я вновь вздохнул, глядя на маленькую горку золотых слитков на полу. Придётся тащить их на своём горбу… А куда деваться? Бросить не выйдет — нечисть же меня со свету после этого сживёт! Да и, как ни крути, а деньги мне край как нужны…
«Ладно, — сказал я разволновавшемуся бесу, — пошли с выходом из подземелья разберёмся. А заодно поищем какой-нибудь мешок покрепче…»
«Можно даже не мешок, а пару корзинок взять! — предложил подскочивший рогатый. — В одной из кладовых наверху их полным-полно!»
«Не, никаких корзинок! Только мешок!» — помотал головой я. После того как немного поразмыслил и представил себе эту картину — как я, как дурак, прусь через весь Римхолл с двумя корзинками, из которых золотые слитки торчат…
Отправились мы, в общем, на поиски выхода и мешка. Ну это я так думал… А жадная-прежадная нечисть и не помышляла, похоже, поиски сокрытых в этом подземелье сокровищ прекращать…
Хотя, всё что ни делается — всё к лучшему. Благодаря неуёмной алчности беса, мы не только выход нашли, но и потайную комнату рядом с ним. И возиться здесь, как со стенным тайником, не пришлось. Обе фальшивые стены: и та, что отделяла идущий дальше ход от коридора, и другая, за которой скрывалась небольшая каморка, отпирались по общему принципу. Надо лишь сдвинуть вправо бронзовый держатель расположенного поблизости магического светильника, а затем просто открыть облицованную каменными плитками дверь.
Уводящий куда-то далеко ход, мы, само собой, проверять не стали. Хватает и оставленных в пыли следов, чтобы понять, что выход на поверхность в конце его есть. Именно этим путём, наверное, проникают в подземелье либо работорговцы, либо их тёмные подельники. Значит и мы выберемся… Но сначала нужно золото забрать.
Тем более и мешок отыскался… Да не один, а целых шесть! В потайной-то комнате обнаружился целый схрон полезных путешественнику вещей! Тючки с простой и крепкой дорожной одеждой. Обувка. Кожаные ремни с ножами и баклажками для воды. Те же походные мешки… Набитые дополна: сменным верхним и нательным бельём, всякой полезной в пути мелочёвкой, типа механической кремневой зажигалки и крохотной ёмкости со спиритусом, иглы и дратвы, а так же провиантом, окаменевшим, к сожалению, от времени. А ещё в этой комнате имелось оружие… В немалом количестве. Коротких мечей в ножнах и с поясами — четыре, и длинных прямых — два. Малых стреломётов — опять же четыре, длинный лук и тяжёлый арбалет. Ну и боезапас к ним.
Сев на имевшуюся в каморке лавку, я тут же пустые обоймы бронебойными стрелками набил. Не разрывные, конечно, но всё же лучше чем ничего.
После этого вытряхнул из того мешка, что поменьше, весь хлам — окаменевший провиант и одежду, явно предназначавшуюся девочке-подростку. И принялся потрошить кошели. Их аж восемь здесь нашлось. Два исключительно с золотыми монетами, и шесть заполнены медью пополам с серебром.
Увы, но часть денег придётся оставить… И забрать лишь золотые и серебряные ролдо. И так почти на три фунта дополнительного веса выходит. А если присовокупить ещё и медяки и серебрушки, то будет все пять. Так что, самой малоценной частью добычи придётся пожертвовать, как бы не сопел бес. Не на его же горбу всё это добро переться будет…