Одержимый фанат
Шрифт:
Вика подошла и подняла пилу. Тяжёлая, ржавая, вряд ли работает. Она дёрнула ручку, пила взревела, но цепь не закрутилась, а двигатель почти сразу же заглох. Разочарованно вздохнув, Вика собралась отбросить её, как вдруг услышала за спиной шаги и резко обернулась.
В свете фонаря стоял парень, один из тех, кого она видела на фото – русоволосый тип с прыщавой рожей, Ян Янковский. Он жевал брецель и пялился на девушку стеклянными глазами.
— Вика, да? – спросил он зловещим басом. Сам он был упитанного телосложения, но не жирный. На вид обычный парень, если бы
Вика почувствовала, что её буквально замутило от такого зрелища, но всё же выдавила из себя:
— Да, я Вика, а что? Ты кто такой? И чего тебе надо?
— Неважно, кто я и кто меня прислал. Пора раз и навсегда разобраться с тобой и твоей напарницей. Вы уже давно как кость в горле, – Янковский забросил последний кусок брецеля в рот и вытер руки о штанины брюк.
— Ты от Сандро? – Вика невольно попятилась назад.
— Какой ещё Сандро? – Янковский зловеще улыбнулся как можно шире, напрягая мышцы лица. Он делал это специально, чтобы кожа лопнула от напряжения, выпуская на свободу, о нет, не гной, а гораздо хуже.
Белёсые шарики, вылетевшие из “жерл вулкана”, упали на траву. Их было штук пятьдесят, не меньше. Они стремительно выросли до размеров бильярдных шаров и полопались с мерзким звуком.
Глаза Виктории расширились до предела, когда она увидела, что из шариков выбралось наружу нечто. Сначала склизкие ручки, затем головы, туловища...
— Ах ты, урод моральный! Ну и мерзость! – ужаснулась Вика, поняв, что вылезшие из шариков существа – это голые мини-клоны самого Янковского. В высоту каждый клон достигал не выше пятнадцати сантиметров.
— Что такого? Это же моё, а родное не противно. В атаку!
Голые клоны понеслись к Вике со всех ног. Некоторые не могли быстро бежать, спотыкались, падали по дороге, но тут же подскакивали и бодро мчались дальше, пища и повизгивая. За несколько секунд они добрались до девушки и стали на неё напрыгивать, пытаясь укусить. Вика заорала от ужаса, они напоминали ей крупных тараканов. Впав в беспамятство и ярость, она принялась смахивать их с себя и топтать ногами.
В первый момент было очень противно. Под кроссовками хлюпало, будто она попала в болото и ощущение того, что ты давишь нечто живое, было крайне неприятным.
Мини-клоны, вереща, взбирались по ней, по одежде и по волосам, кусались и царапались.
Отмахиваясь от них, Вика вертелась чуть ли не волчком и пинала их так, что они разлетались во все стороны и с жалобным писком приземлялись на электропровода, где их коротило или плющились о стволы деревьев или землю. Клоны были непрочными и недолговечными. При соприкосновении с твёрдой поверхностью они растекались, словно желе.
Янковский наблюдал за девушкой, своими клонами и хохотал, как ненормальный.
В отчаянии Вика снова дёрнула рычаг старой ржавой пилы, которую, на своё счастье, не выпустила из рук. После нескольких
— Я вам ща устрою! А ну валите отсюда, засранцы, не то я затолкаю свою маленькую подружку вам в глотки так, что до Октоберфеста будете зубьями срать! – закричала она и стала размахивать пилой во все стороны, рассекая попадавшихся ей клонов на части.
Ей уже было всё равно, что пищавшие и почуявшие опасность клоны забрызгивали её прозрачной, дурно пахнущей субстанцией, когда она рассекала на части их мерзкие тела.
Спустя пару минут от клонов ничего не осталось.
Последнего Вика с удовольствием пригвоздила к земле подошвой кроссовка. Тот пискнул, словно задушенный комар.
Янковский рассердился и изумился. Он не ожидал, что такая хрупкая девочка, как она, перепилит и перетопчет его клонов так быстро, и промычал сквозь зубы:
— Ты ничтожество, вы обе, вы, жалкие защитнички вонючего немецкого алкоголика, моя хозяйка скоро вас обеих прихлопнет!
Услышав это, Вика словно потеряла рассудок. Она бросилась к Янковскому, но он стоял на месте, ничего не предпринимая, и в последний момент увернулся, отскочив. У него не оказалось больше никаких суперспособностей, не считая так отвратно появившихся мелких клонов, что намного упрощало расправу.
Как бы Вика ни старалась достать его пилой, зацепить Янковского у неё не получалось – он то и дело ловко уворачивался, надеясь измотать девушку. Так и вышло. Вскоре Вика выдохлась и остановилась, переводя дыхание.
Пока девушка за ним бегала, Янковский ожидал, когда его прыщи снова назреют, чтобы выпустить наружу ещё больше клонов. На этот раз они будут гораздо сильнее. Их хозяин увидел и распознал угрозу в лице Виктории и послал сигнал внутрь своего подсознания с данными против неё для будущего поколения клонов. Они вычислят её слабое место и нанесут удар.
— Что, так и будешь за мной бегать? Мне это надоело, ты, мерзкая недофанатка, сейчас настанет моя очередь прихлопнуть тебя! Ахахах!!! — хохоча, он кинулся на Вику с кулаками и напряг мышцы лица.
Завизжав от страха, Вика в последний момент выставила вперёд руки, удерживая пилу, в надежде хоть чем-то отгородиться от противника и зажмурила глаза. Она услышала, как Янковский прохрипел что-то и буквально захрюкал – этот идиот напоролся пузом на бензопилу, не успев выпустить наружу новую орду клонов.
Вика распахнула глаза и уставилась на противника. Он дёргался, словно червяк на крючке.
— Надеюсь, твои клоны арендовали для тебя местечко в аду? – лицо девушки озарилось яростной радостью. Одним резким движением вверх она прошлась пилой у него между рёбер, распиливая грудную клетку, шею и череп напополам. Мозгов, кстати, в его черепушке не оказалось.
Пила заглохла из-за намотавшейся на зубья и спутавшейся ткани рубашки.
Янковский был не человек, поэтому стыда и сожаления за совершенное действие Вика не испытывала. Из него посыпалась труха, похожая на ту, в которую рассыпалась в сортире пожилая фанатка, когда-то охотившаяся на Криса.