Одержимый фанат
Шрифт:
На него запрыгнули сзади и обхватили руками и ногами. Крис был не маленького роста, почти под два метра, но для нападающей это не составило проблемы. Она вскарабкалась на него, словно на дерево, обвила его шею руками и втянула носом воздух рядом с ним.
Майер застыл на месте, не понимая, что происходит.
— Что за…? – только и успел проговорить он. – Да вы ваще ох...!
Со скоростью ветра сзади к нему подбежал кто-то ещё и, уцепившись за его брюки, собрался стянуть их. К счастью для Криса, ремень не позволил брюкам
Оступившись, Майер рухнул на землю вместе с напавшими на него фанатками и драгоценным пакетом, в котором лежали шесть бутылок наипрекраснейшего тёмного пива.
Звон разбитого стекла печально прозвучал на всю улицу. На студии распахнулась дверь.
Увидев мчащегося к ним со всех ног Говарда, чей рассерженный вид предвещал скорую расправу с теми, кто предал пиво такой суровой каре, девушки, испуганно взвизгнув, вскочили на ноги и припустили бежать вдоль по улице, а затем скрылись за углом здания. Говард не стал догонять их.
— Я так и знал! – он помог Крису встать и с тоской уставился на асфальт, где растекались дорожки так и не попавшего им в желудки пива. — Потерпеть не мог что ли? Налакался уже так, что копыта не держат?
— Я не сам упал. Меня фанатки чуть не изнасиловали в очередной раз, – с оттенком гордости ответил Крис, отряхнув брюки. А вот пиджак было уже не спасти от стирки – на нём расплывались тёмные пятна. Крис поморщился и спросил у Говарда, матерно сокрушавшегося по поводу утраченного алкоголя: – Ужин готов?
— Конечно, но ужин без пива – деньги на ветер! Я позвоню менеджеру, пускай притащит “Майбок”, что ли! Должен же он заботиться о своих подопечных.
— Хорошая мысль, – одобрил Крис, и они пошли на студию.
Со стороны могло показаться, что Майер повёл себя удивительно сдержанно после нападения. Просто ему было не привыкать. Хотя бы пару раз в неделю, а то и чаще, к нему приставали на улице или в магазине с просьбой дать автограф, сфотографироваться для страницы в “Тристаграме” либо расписаться на груди или на других частях тела. Иногда девушки (и даже парни!) предлагали ему себя в разных позах и разных местах. Бывало и такое, что Майер не отказывался от их предложений.
Лейтон, гитарист группы Криса, сидел на диване и смотрел дешёвый ужастик.
— Вас только за смертью посылать, – буркнул он, когда Крис и Говард вошли в комнату, и принюхался. – Почему от тебя так пивом несёт, Крис? Ну и амбре...
— Говард расскажет, что случилось, – не пожелав вдаваться в объяснения, Крис направился на второй этаж, где находились его апартаменты, в которых он ночевал, если задерживался на студии допоздна. Он прошёл туда, включил свет и обнаружил стоявшую посредине огромную коробку, перевязанную красной лентой и увенчанную пышным бантиком. – Ого, вот так сюрприз!
Мельком подумав о том, что Говард не предупредил об очередном подношении его эго и таланту со стороны благодарных поклонников, Крис скинул с себя провонявший
Тем временем недавно напавшие на него фанатки сидели на ветке дерева, росшего напротив окна его апартаментов, и с удивлением смотрели на странную коробку. Это были Сальери и Янсонс. Оставив чемоданы в отеле, они сразу решили наведаться к своему кумиру на студию, ради чего проехали половину Берлина.
— Конкурентки постарались вовсю, – вздохнула Джулия и отряхнула штанины джинсов от пыли. Она не пострадала при падении с Криса, лишь слегка испачкалась и от неё тоже несло пивом. – Эта коробка размером с человека, жесть! А вдруг там торт, из которого выскочит стриптизёрша? Тогда сегодня вообще не имеет смысла проситься в гости на его студию. Ему будет, чем заняться вечером.
— Кто-то воплотил в жизнь одну из наших стратегий, подарив ему себя, – то ли в шутку, то ли всерьёз заметила Вика. – Может, и нам надо было так сделать, а не нападать на него? Повязать на себя бантики и всякие ленточки, упаковаться в коробку и...
— Вот ещё! Я никому не собираюсь себя раздаривать, – презрительно фыркнула Джулия и укорила её: – Что ж ты брюки с него не стянула-то? Мы так и не узнали то, что хотели!
— Ремень крепко застегнут был, зараза такая! – оправдывалась Вика. – Это тебе надо было по голове его треснуть, чтобы он вырубился!
— Ты что? Я бы ни за что не причинила ему вреда! М-м-м, кстати, от него так классно пахнет цитрусовым парфюмом! Вот бы поваляться на его вещах, свернувшись бубликом, как котик... Ой, ты глянь, что творится! – Джулия едва не свалилась с ветки, засмотревшись в окно.
Крис разрезал ленточку, и стенки коробки рассыпались. Ох, лучше бы он не открывал её...
В центре коробки стояло существо, вроде бы напоминавшее девушку, судя по обнажённым отвисшим грудям, полную и покрытую разными не гармонирующими друг с другом татуировками. Её кожа как будто была намаслена, шею украшал шипастый кожаный ошейник. Она кривила толстые губки в форме “уточки”, а тонко выщипанные брови придавали ей изумлённо-идиотский вид. Ярко-красные волосы по бокам были выбриты, оставшиеся свисали лохматыми патлами.
— Здравствуй, любимый, – проворковала она голосом прокуренного мужика. – Узнал?
— Н-н-нет… – ножницы выпали из рук остолбеневшего Криса. – Но, вероятно, ты являлась мне в самых худших кошмарах.
— Ай-яй-яй, разве ты не помнишь? Я же присылала тебе фотографии своего роскошного тела, – девка призывно шевельнула окорочками. — Чтобы подбодрить тебя, когда ты болел. Посмотри-ка!
Она приподняла колыхавшееся, словно желе, пузо, где была выбита та самая расплывшаяся тату с символикой его группы, которую Крис видел на фото. Подавив в горле спазм, он подумал, где же стоит тазик, чтобы блевануть в него в случае повторного приступа отвращения.