Одержимые

Михайленко Елена

– Нет-нет! Что ты?! Сейчас дам тебе книги и будешь заниматься. Но сегодня, увы, недолго. Вечером буду проводить один опасный эксперимент...
– быстро подойдя к лаборатории, уже из-за ее двери объяснял мне Экзор. Меня уже съедало любопытство, что же такого принес Экзор. За дверью тонко звякнуло стекло! Точно бутылки с реактивами. Не в силах побороть любопытство, я все же заглянула за двери лаборатории, как раз вовремя, чтобы успеть заметить бутыль и темно-красной жидкостью внутри.

– Это что?!
– вырвалось у меня.
– Кровь драконов? Или слезы красного

дерева?

Дверца личного сейфа профессора тут же стукнула. Вот только смотрел он на меня с такой досадой, что я уже сто раз прокляла свое любопытство.

– Нет, это алхимическое средство широкого действия. Расслабляет мышцы, притупляет внимание, ослабляет реакции. В малых дозах используется, как успокоительное, но при передозировке возможно возникновение побочных эффектов в виде перевозбудимости и чрезмерной агрессии, хотя это сугубо индивидуально. Меня, например, тянет петь или рисовать, но поскольку ни того, ни другого я не умею - это тоже побочный эффект и большая опасность для окружающей действительности.

– О-о-о-о...Ясно. Это с этим зельем будет сегодняшний эксперимент?
– прониклась я. Так и захотелось поучаствовать. Прямо руки зачесались. Хотя, может, это кожа шелушилась от холодного ветра.

– Нет-нет. Помогать мне будет Бен, он преподаватель, взрослый мужчина и сможет справиться с последствиями принятия этого зелья, - объяснил Экзор, понемногу оттесняя меня к двери.

– А что за последствия?
– решила уточнить я.

– Сильная головная боль, слабость, головокружение и тошнота. Примерзкое зелье, - скривился профессор, запирая двери и уже подталкивая меня в сторону кухни.

– Так зачем же его тогда пить?!
– удивилась я.

– Противоядие разрабатываю!
– лукаво мне подмигнув, мужчина, приглашающее указал мне на кресло у камина.
– Садись. Будем пить чай, а то я замерз с дороги. Ты ведь не откажешь мне в компании?

Посидели мы у камина хорошо. Просто плюнули на книги в тот день, и Экзор сам рассказывал мне хриплым от холодного осеннего ветра голосом историю магии и кое-что из личного опыта пребывания в других странах. Я рассказала ему все, что узнала об оставшихся в подозреваемых. При имени Мартина и Тода Экзор призадумался, а от Николетты и Алексы просто скривился, от Стефича в глазах преподавателя мелькнуло затравленное выражение.

– Вам тоже хочется его стукнуть?

– Еще как!
– Признался Экзор, помешивая новую партию чая над огнем.
– И ведь сидит, гад такой, прямо на первой парте, передо мной... Так и чешутся руки ему на голову котел опустить. Хотя на литературе, помнится, он неплохо частушки со своей родины пел. Но вот то, что он цитировал мне полгода классика экономической теории и интересовался, как он мне... Весь класс за успокоительным себе бегал, а иногда и под мои двери приносили. Впрочем, тебе будет легко его разговорить, и даже подлить ему зелье правды. Стоит только немного поиграть в таинственность, в чем все девушки просто мастера, и он от тебя не отвяжется, при этом попутно расскажет все о себе, начиная с рождения и воспоминаний бабушек.

Ты так на меня смотришь, что я начинаю подозревать, что в таинственность ты играть не умеешь.

– Не умею, но научусь, а вот зелье подливать... Это же попахивает нарушением не только правил университета, но и законов страны.

– Ничего подобного. В стенах университета это расценивается, как неудачный эксперимент. Три недели отработки и не более.

– Хорошо, но где я найду это зелье? Варить его точно запрещено! Это уж точно не изменилось за столетие?

– Что, прости?
– вздернул бровь Экзор.

– Я имею в виду, что закону, запрещающему без лицензии варить это зелье, больше ста лет, - пришлось мне тут же поправиться. Чуть не подловил!

– А ты используй народное зелье правды.

– В смысле?

– Две бутылки крепкого вина и немного закуски, - подмигнул мне Экзор, наливая чай и добавляя в чашки по щепотке еще каких-то трав. Я уже давно перестала обращать внимание, что мне там подсыпают. За весь месяц чаепитий мне не сделали ничего плохого и не залили кипятком ни одного запрещенного стебелька, грибочка или корешка. Кстати о питье.

– Профессор, а не зелье правды ли вы с собой сегодня принесли и спрятали в сейфе?
– с прищуром, скопированным у мужчины, спросила я.

– Нет, не его... даже не смотри на меня так! Все равно не поделюсь! Я за этими бутылками в столицу посылал! Специально, чтобы Бена порадовать. Свое зелье можешь у бабки Створихи купить в Звездном переулке. С одного глотка Стефича с ног собьет, - Экзор с сомнением на меня посмотрел.
– А тебя вообще гвоздями к земле прибьет.

Я не смогла сдержать смешка.

– Ну спасибо. Только вам придется мне еще и того противоядия отсыпать, которые вы сегодня будете разрабатывать, - немного обнаглела я. Он ведь сам стремился быть со мной как можно откровенней, словно невзначай делился тайнами, посвящал в свою личную жизнь. Теперь посмотрим, насколько он готов поддерживать такое отношение.

– Уговорила, - хмыкнул Экзор и чуть подумав, снова предложил.
– Девушек я могу взять на себя. Или Кристофа. Алекса давно занимается тем же, что и Ливир, а Николетта пытается с меня портреты рисовать. Так быстро я на парах никогда не ходил за всю свою преподавательскую карьеру.

– Хм... Профессор. Не стоит утруждать себя. Вы и так мне много в чем помогаете. Вам ведь надо время и на проверку домашних работ, уроков, да и опыты ваши... Вы ведь ими наверняка зарабатываете больше, чем вам платят тут.

– Почти угадала. Опыты по большей части я делаю для себя и чтобы мне очередную премию от научного общества в столице выписали. Уж с тем набором медалей и грамот меня Риар не посмеет выгнать. Одна докторская по пыткам чего стоила. Кстати, мою работу по ядам тебе стоит почитать. Думаю, ты ее уже потянешь. Формулы там простые, а взгляд на такие вещи у тебя достаточно практичный и научный. За сердце в ужасе хвататься не будешь, как старички из магического сообщества.

– Значит, не так уж много они вам приносят, - заключила я.