Одержимость

Рощина Наталия

– Это не ответ.

– Чего ты хочешь?

– Не понимаю, почему ты раздражаешься? – Маше не понравилось, что он изворачивается.

– Какая муха тебя укусила? Зачем тебе мое прошлое? Мы вместе. Этого недостаточно?

– Я устала.

– Отчего?

– От неопределенности.

– Ты решила покапризничать? – Андрон был недоволен. – Не разочаровывай меня. Я всегда считал тебя умнее.

– Не говори со мной так.

– Тебя что-то не устраивает?

То была их первая ссора. Маша хотела, но не могла признаться, что все эти годы жила в постоянном

напряжении. Все это не могло длиться долго. Не нужно ей было переступать порог этого дома. Она была и останется здесь чужой. И вообще все должно было закончиться гораздо раньше. Не стоило заходить так далеко. Маша не вписывается в сказку под названием «Жизнь прекрасна».

И Андрон уже не тот восторженный юноша, который ждал ее после работы с букетом. Некрасов постепенно приподнимает занавес. Он не так прост, не так безобиден, как ей казалось. Жизнь с ним предполагает полный отказ от собственных желаний. С некоторых пор ему даже не нужно ни о чем говорить. Маша давно перестала чего-либо желать. Иногда она позволяет себе капризничать, но делает это скорее из злости, досады на саму себя. Чтобы поднять ей настроение, Андрон пополняет ее шкатулку с ювелирными украшениями. Их уже слишком много. Жемчуг белый, розовый, черный, в белом, желтом золоте, наборы из бирюзы, сапфиров, бриллиантов. Андрон верит, что его щедрые подарки делают ее счастливой. Шаг за шагом он вводит ее в свой мир. В нем все иначе. В нем ее слезы оценивают очередным колечком.

В том мире, из которого она пришла, Маша разучилась мечтать. Зачем, если самое маленькое «хочу» оказывалось недоступным? Детский дом с его неписаными правилами выживания отбил у нее охоту представлять себя принцессой на горошине. Со временем она привыкла к жизни, заполненной трудом и лишениями. Маша не жаловалась, не предавалась отчаянию. Просто старалась вырваться из окружающей серости. Ей рано пришлось начать работать. Труд был мало оплачиваемый, тяжелый, но Маша не сдавалась. Она верила, что все это – обязательный этап, своеобразная проверка на прочность.

Когда в ее жизни появился Некрасов, она поняла – вот он! Красивый, умный, надежный. Маша снова позволяла себе мечтать, а Андрон говорил, что выполнит все ее желания. Ей стоило только сказать, но она ни о чем не просила. Была благодарна ему только за то, что ее серую обыденность он превратил в сказку. Чего еще желать?

Они стали близки. Маша боготворила Андрона за то, что он открыл ей мир наслаждений. Однажды более опытная подруга сказала ей, что есть любовь, а есть страсть к первому мужчине.

– Ты просто переспала с ним и полна восторга. Все понятно, но в этом нет любви.

– Я люблю его!

– Нет, ты с ним спишь. Это разные вещи. У тебя не любовь, а страсть.

– Страсть быстро проходит, – заметила Маша и опечалилась.

– Глупая ты, Машка. К тому, кто разжег этот огонь, – никогда…

Ответ подруги тогда показался полным противоречий. Чаще Маша слышала обратное: с первым мужчиной торопятся как можно скорее расстаться. Он – страница, которую нужно перевернуть и идти дальше. А вот ей не хочется идти дальше без Андрона. Кажется,

у них это взаимно. То, что он привел ее в свой дом, доказывало серьезность его намерений. И пусть она не понравилась его родителям. Она забудет об этом. У них просто не было возможности узнать, какая она замечательная, как она любит их сына. Так сложилось. Но сейчас она здесь, в их доме.

Окружающее великолепие лишило Машу остатков уверенности. Дом, в котором Андрону было так уютно, показался ей ледяным дворцом. Ей никогда не справиться с ролью хозяйки. Дом поглотит ее всю без остатка. Приучит к роскоши. Пройдет время, и она уже не будет понимать, где любовь, а где расчет. Все смешается в яркую, взрывоопасную смесь. Маша испугалась. Кажется, она не готова к тому, чтобы стать хозяйкой этого дома. Все-таки родители Андрона были правы. Между их сыном и ею невозможны отношения.

– О чем ты думаешь? – улыбнулся Некрасов.

– Андрон, это не может быть правдой. – Маша пыталась сохранить остатки былой уверенности.

– Это не сон, милая. – Андрон обнял ее. – Все только начинается. Пойдем дальше.

Первая экскурсия по огромному дому впечатлила ее. Как красиво! Здесь все достойно восхищения, а Андрон так спокоен. Он привык ко всему, что вызывает у нее щенячий восторг. Это его мир.

– Тебе не нравится?

– Очень нравится! – От волнения ее голос дрожал. Ей было страшно. Она здесь чужая, совсем чужая. – Нравится – нет слов.

– А ты подбери, – улыбнулся Некрасов и повел ее на следующий этаж.

– Красиво, как в кино, – пробормотала Маша, выходя из очередной спальни. Какая она по счету?

– Да ты, я вижу, растерялась совсем, – усмехнулся Андрон.

– Честно? – Она улыбнулась дрожащими губами. – Не по Сеньке шапка. Теперь я это кожей чувствую.

– Ну, перестань. Зачем ты так?

– Извини, я очень волнуюсь. Наверное, мне нужно время, чтобы привыкнуть. – Маше не хотелось разочаровать Андрона. – Я справлюсь.

– Не сомневаюсь.

– К хорошему привыкают быстро.

– Привыкай на здоровье. Тебе никто не будет мешать. – Андрон не придал значения ее волнению. – Ты останешься здесь, пока я не вернусь из Лондона. Осваивайся. Потом я приеду, и ты расскажешь мне о своих впечатлениях. Договорились?

– Ты все-таки решил ехать?

– Родители очень хотели этого.

Маша опустила глаза. Она подумала, что это был хороший способ отвадить сына от неподходящей девицы. С глаз долой – из сердца вон. Устыдившись своих мыслей, она покраснела.

– Я должен сделать это.

– И в качестве кого я буду здесь жить? – Голубые глаза смотрят с надеждой.

– Ты – хозяйка. Твое желание – закон.

– Я заменила бы слово «хозяйка» на «сожительницу», тогда все сходится.

– Маша, я думал, мы выше предрассудков.

– Мне будет неуютно здесь без тебя. Давай сделаем так. Сегодняшнюю экскурсию будем считать проведенной на высшем уровне. Я возвращаюсь к себе домой. А потом, когда ты приедешь из Англии, мы вернемся к этому вопросу.