Одержимость
Шрифт:
Обычно ты получаешь от Лаксена или Гибрида что-то, что они подчеркивают, что им важно, что заполняет их память. Тот, которого я только что убил, был умен. Когда я поглощал его энергию, Лаксен думал о телевизионном шоу, которое он смотрел прошлой ночью, а это значит что Светлячок скорее всего был чертовым золотым рудником информации. Но было слишком поздно. А в случае с Сереной была тишина. От нее ничего не исходило, кроме тепла и мягкости и солнечного света. Да, так и есть. Ее вкус напомнил мне солнечный свет.
Я обвил рукой ее за
Люди такие хрупкие.
Серена на последнем дыхании испустила вздох напротив моих губ и опустилась, словно бумажный пакет, на мои руки.
Густые ресницы опустились на ее бледные щеки. Едва заметная синяя тень появилась под ее глазами, и я знал, что если продолжу, то все ее тело покроется этой синевой. В этом можно было не сомневаться, синева уже покрыла ее губы.
Если я продолжу — я убью ее.
Но останавливаться было не в моей натуре. Аэрумы были убийцами. И я никогда не прятался от самого себя, даже будучи мальчиком на побегушках у МО. Неважно, сколько бы поводков они не нацепили на меня или на другого Аэрума, я всегда оставался тем, кто я есть — частичкой расы, которая была создана убивать.
Но в последний момент я остановился — я не должен был убивать её.
С неимоверными усилиями я оторвался от нее и прервал нашу связь. Ее голова быстро отклонилась, и я поймал ее затылок прежде, чем она успела свернуть себе шею.
— Вот дерьмо, — сказал я, глядя на нее сверху. Она пробудет в отключке еще очень-очень долго.
…
Просыпаться было сложно, словно пытаешься выкарабкаться из зыбучих песков. Каждый раз, когда добиралась до вершины, и уже была близка к тому, чтобы открыть глаза, меня снова затягивало обратно. Мое тело отказывалось подниматься и двигаться, и я снова впадала в глубокий сон, настолько глубокий, что даже ничего не снилось, пока забвение окончательно не ослабило свое давление на меня.
У меня было такое ощущение, что мои глаза зашиты, и когда, наконец, я открыла их, я сразу же зажмурилась от слишком яркого света. Повернув голову, я сглотнула, удивившись, насколько сухо было в горле. Как только мое зрение пришло в норму, мое сердце бешено заколотилось.
Где я, черт возьми?
Я определённо была не в своей квартире. Всё, что меня окружало было слишком хорошим и дорогим. Комод в углу, которому соответствовало зеркало во весь рост, выглядел как бесценная реликвия. Диван напротив стен кремового цвета был покрыт пушистыми подушками.
Нахмурившись, я повернула голову.
Тонкие белые занавески вздымались под дуновение теплого бриза, скользнувшего из открытой стеклянной двери. Мне были видны цветы в горшочках в массиве цветов за дверью. Было более чем очевидным,
Я была словно на своего рода ярусе, потому что на этом уровне было видно крону деревьев. Птички щебетали мелодичную песню. Ни звуков машин, ни криков людей, ни смеха.
Поднявшись, я подавила волну головокружения и стянула с себя одеяло — где была остальная часть моей одежды? Ошеломлённая, я уставилась на свои голые ноги. Мои джинсы пропали. На мне была только старая футболка и трусики в горошек.
— Какого чёрта? — Прошептала я хриплым голосом.
Сбросив ноги с кровати, я встала на трясущихся коленях. НЕ ПАНИКОВАТЬ.НЕ ПАНИКОВАТЬ. Последнее, что я помню, это как я стояла и разговаривала с Хантером и после он убил…пришельца.
Хантер тоже был пришельцем.
Пришельцы существуют.
— О Боже! — Я убрала запутавшиеся волосы с моего лица.
Мой взгляд прошёлся по роскошной спальне. Во-первых, мне нужно найти свои штаны, а затем оружие — возможно оружие ядерного уровня.
Хантер поцеловал меня?
Нет? Да. Что-то вроде того? Моему разуму необходимо замолчать, так как он не выдает ничего полезного. Оглядевшись, я заметила две двери: одна напротив кровати, а другая возле кушетки. Сначала я попыталась открыть ту, что напротив кровати.
Заперта.
Господи. Спальня была заперта снаружи. Отлично. Я поторопилась к другой двери и открыла ванную… она была больше чем спальня в моей прежней квартире. Комната, которая позволила бы мне свободно лечь и нарисовать ванных ангелочков, не задев при этом ни единого предмета. Нелепо, но там стояла и ванная размером с те, которые обычно размещают в саду, и отдельная душевая кабина с отделкой из дорогого кафеля.
Мое сердце колотилось, и я почувствовала, что меня тошнит. Я быстро захлопнула за собой дверь в ванную и вернулась, сев на краешек ванны. Хорошо. Очевидно, что меня куда-то привезли, причем, скорее всего, это дело рук Хантера. Что бы он там со мной не сделал, но это вырубило меня Бог знает насколько. Прибавить еще к этому тот факт, что он был инопланетянином, и я действительно не считала, что я в безопасности.
Но он спас мне жизнь.
Или нет?
Я в любом случае не понимала почему. Черт, я даже не знала, где нахожусь. Прижав ладони ко лбу, я зажмурилась. В моей голове грохотал пульс. Я чувствовала себя так, словно только что пережила опасную лихорадку. Все было таким неправдоподобным, слишком ярким и чрезвычайно запутанным — но все это было реальным.
Я должна придумать план. А ещё мне нужно узнать, где я, найти телефон, найти оружие — НАЙТИ ЭТИ ПРОКЛЯТЫЕ ДЖИНСЫ. Опустив руки, я осмотрела ванную. Здесь не было ничего, что можно использовать как оружие, только если я была бы Джеймсом Бондом. Но на раковине была миска леденцов со вкусом зелёного винограда. Странно.